Я знаю, что курить сигареты глупо. Это плохая привычка. Но я курю, и в большинстве случаев это то, чем можно развлечься в перерывах на съемочной площадке.
Женщины, они как сигареты. Убивают. Поначалу, вроде даже как есть удовольствие, но потом оно тускнеет и остается только вредная привычка, не более. Зависимость. Да, конечно, лучше бросить. Совсем. Вредно. И женщин и сигареты. Но я по-прежнему люблю. Курить.
Раневская стояла в своей грим-уборной совершенно голая. И курила. Вдруг к ней без стука вошел директор-распорядитель театра имени Моссовета Валентин Школьников. И ошарашено замер. Фаина Георгиевна спокойно спросила: «Вас не шокирует, что я курю?»
Утро — это ритуал. Первая сигарета, первая чашка кофе, порция гренок, свежая газета. Молочная пелена тумана на улицах, редкие машины и рассвет — осторожный и неторопливый, словно пробирающийся в город вражеский лазутчик.
На прошлой неделе я поднял 128-ой окурок. Люди всегда мусорят в Нью-Йорке. Я не понимаю, почему люди нарушают закон?! Окурки — это плохая штука, потому что они вымываются в море и рыбы становятся никотинозависимыми.
— А ты что будешь курить? — Я бросил — нужно беречь голос! И поразит меня Господь, если я буду хотя бы пассивным курильщиком! — Здесь все курят. — Значит, я перестану вдыхать!