102 высказываний на тему «легенды»

102 цитаты про «легенды»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Знаешь, когда легенда перестает быть легендой? Когда в неё начинают верить.

   Знаешь, когда легенда перестает быть легендой? Когда в неё начинают верить.

   — Корина Тилли · игра
2. «

   Платон считал, что раньше жили существа с четырьмя ногами, четырьмя руками и двумя головами. Они были совершенно самодостаточные, счастливые до экстаза и сильные. Настолько сильные, что Зевс разрезал их пополам и разбросал по всему миру, чем обрек людей на вечные поиски своей второй половинки, того, с кем у них одна душа на двоих. И находят друг друга только самые везучие, понимаешь.

   Платон считал, что раньше жили существа с четырьмя ногами, четырьмя руками и двумя головами. Они были совершенно самодостаточные, счастливые до экстаза и сильные. Настолько сильные, что Зевс разрезал их пополам и разбросал по всему миру, чем обрек людей на вечные поиски своей второй половинки, того, с кем у них одна душа на двоих. И находят друг друга только самые везучие, понимаешь.

   — Дженди Нельсон · книга
3. «

   Легенды нельзя вскрывать хирургическим скальпелем, они должны открываться сами, как только будут выполнены все нужные условия.

   Легенды нельзя вскрывать хирургическим скальпелем, они должны открываться сами, как только будут выполнены все нужные условия.

   — Сергей Недоруб · книга
4. «

   В древних санскритских легендах говорится о любви, предопределенной кармой, о существовании связи между душами, которым суждено встретиться, соприкоснуться и найти упоение друг в друге. Согласно легендам, суженую узнаешь мгновенно, потому что твоя любовь к ней сквозит в каждом её жесте, каждой мысли, каждом движении, каждом звуке и каждом чувстве, светящемся в её глазах. Ты узнаешь её по крыльям, невидимым для других, а ещё потому, что страсть к ней убивает все другие любовные желания. Те же легенды предупреждают, что такая предопределенная любовь может овладеть только одной из двух душ, соединенных судьбой. Но мудрость судьбы в данном случае противоположна любви. Любовь не умирает в нас именно потому, что она не мудра.

   В древних санскритских легендах говорится о любви, предопределенной кармой, о существовании связи между душами, которым суждено встретиться, соприкоснуться и найти упоение друг в друге. Согласно легендам, суженую узнаешь мгновенно, потому что твоя любовь к ней сквозит в каждом её жесте, каждой мысли, каждом движении, каждом звуке и каждом чувстве, светящемся в её глазах. Ты узнаешь её по крыльям, невидимым для других, а ещё потому, что страсть к ней убивает все другие любовные желания. Те же легенды предупреждают, что такая предопределенная любовь может овладеть только одной из двух душ, соединенных судьбой. Но мудрость судьбы в данном случае противоположна любви. Любовь не умирает в нас именно потому, что она не мудра.

   — Грегори Дэвид Робертс · книга
5. «

   Только в легендах может выжить то, что в природе выжить не может. Только легенде и мифу не ведомы пределы возможного.

   Только в легендах может выжить то, что в природе выжить не может. Только легенде и мифу не ведомы пределы возможного.

   — Анджей Сапковский · книга
6. «

   — Вот! — Он ткнул в меня пальцем, объясняя этим жестом все услышанное утром. — Вот та вонючая шлюха, с которой ты спал! И тут же получил такую затрещину, что упал на кровать. — Дурачина! Как ты вообще смеешь такое говорить о ней и обо мне? Это же твоя тетушка Клэр! Маленькие Айен буквально раскрыл рот. — Малыш, утром ты сбежал от меня так быстро, что я не успела представиться. Прости за неучтивость. — Но ты мертва, — сказал он первое пришедшее в голову. — Ну нет, пока еще нет, ты же видишь. А если удасться не слечь в постель с жаром, сидя здесь в мокром, то протяну еще несколько годков. Убедившись, что я и правда жива и здавствую, младший Айен теперь глазел с восхищением. — Белая Дама... Это ты, я знаю! Старухи в Лаллиброхе рассказывали эти истории. Ты ведьма или фея, говорили они. После Каллодена дядя Джейми пришел без тебя, и они сказали, что ты, наверное, отправилась к себе на родину, к феям. Такой пошел слух. Скажи, это правда? Они не ошиблись — ты живешь среди фей? Я перевела взгляд на Джейми. Он подкатил глаза, давая понять, что ничего не мог сделать с такими байками.

   — Вот! — Он ткнул в меня пальцем, объясняя этим жестом все услышанное утром. — Вот та вонючая шлюха, с которой ты спал! И тут же получил такую затрещину, что упал на кровать. — Дурачина! Как ты вообще смеешь такое говорить о ней и обо мне? Это же твоя тетушка Клэр! Маленькие Айен буквально раскрыл рот. — Малыш, утром ты сбежал от меня так быстро, что я не успела представиться. Прости за неучтивость. — Но ты мертва, — сказал он первое пришедшее в голову. — Ну нет, пока еще нет, ты же видишь. А если удасться не слечь в постель с жаром, сидя здесь в мокром, то протяну еще несколько годков. Убедившись, что я и правда жива и здавствую, младший Айен теперь глазел с восхищением. — Белая Дама... Это ты, я знаю! Старухи в Лаллиброхе рассказывали эти истории. Ты ведьма или фея, говорили они. После Каллодена дядя Джейми пришел без тебя, и они сказали, что ты, наверное, отправилась к себе на родину, к феям. Такой пошел слух. Скажи, это правда? Они не ошиблись — ты живешь среди фей? Я перевела взгляд на Джейми. Он подкатил глаза, давая понять, что ничего не мог сделать с такими байками.

   — Диана Гэблдон · книга
7. «

   — Неужели легенды не врут? — Легенды не сжигают деревень.

   — Неужели легенды не врут? — Легенды не сжигают деревень.

   — Имперский солдат · игра
8. «

   Человека охватило желание мести. Он позволил киту унести его мать в море. Ее волосы свились... свились в бивень и она превратилась в нарвала...

   Человека охватило желание мести. Он позволил киту унести его мать в море. Ее волосы свились... свились в бивень и она превратилась в нарвала...

   — Индеец-инуит · сериал
9. «

   Я мало знаю и мало видел, но истории стекались ко мне со всего света. А из легенд ценнее те, что сердце сложило из собственных осколков. И нет песни звонче той, что поёт перебитое однажды горло.

   Я мало знаю и мало видел, но истории стекались ко мне со всего света. А из легенд ценнее те, что сердце сложило из собственных осколков. И нет песни звонче той, что поёт перебитое однажды горло.

   — Ияр · игра
10. «

    История стала легендой, легенда — фарсом. А потом уже и анекдоты посочиняли.

    История стала легендой, легенда — фарсом. А потом уже и анекдоты посочиняли.

    — Братва и кольцо · фильм
11. «

    В Свитках сказано так – когда брат брату враг, взмоют в стуже два мрачных крыла! Алдуин, Бич Монархов, тень давних веков, жадность чья бы весь мир пожрала! Но наступит пора, и дракона игра, станет прахом навек и тогда! Скайрим гнет Алдуина утробы стряхнет, Довакина прославят уста!

    В Свитках сказано так – когда брат брату враг, взмоют в стуже два мрачных крыла! Алдуин, Бич Монархов, тень давних веков, жадность чья бы весь мир пожрала! Но наступит пора, и дракона игра, станет прахом навек и тогда! Скайрим гнет Алдуина утробы стряхнет, Довакина прославят уста!

    — Лизетта · игра
12. «

    — Я умру смертью воина! Обо мне сложат легенды.. — Живи и будешь рассказывать их сама!

    — Я умру смертью воина! Обо мне сложат легенды.. — Живи и будешь рассказывать их сама!

    — Тор Одинсон · фильм
13. «

    Много-много лет назад на месте школы-интернат «Логос» был детский дом. И жил в этом доме один доктор. Он мог лечить любые болезни. И была у этого доктора маленькая дочка. Которую звали Инга. Маленькая хозяйка детского дома. Доктор очень сильно любил свою дочку. Но однажды она заболела странной болезнью. От которой у неё стала чернеть кровь. Доктор пробовал разные средства, но Инге становилось всё хуже и хуже. Пока кровь не стала совсем чёрной. Доктор плакал каждый день, потому что он знал, что скоро ему придётся навсегда расстаться со своей малышкой. А ведь это самое страшное, что может случиться с родителями. Тогда доктор решил вылить из Инги всю чёрную кровь и заменить её на другую, красную. Но никакая кровь ей не подходила. И вот однажды маленькая хозяйка навсегда ушла из своего дома и больше не возвращалась. Говорят, она замёрзла и лежит в лесу в огромной ледяной глыбе. С тех пор призрак маленькой хозяйки каждый год приходит сюда. Инге очень холодно. Ей нужно забрать чью-то тёплую кровь. Всю до последней капельки. Тот, кто увидит призрак маленькой хозяйки, обречён на смерть. Согревшись, Инга снова исчезает на год. Легенда говорит, что однажды появится человек, который отыщет девочку и спасет её из ледяного плена. И тогда маленькая хозяйка вернётся в свой дом, и они с папой снова будут вместе. Навсегда.

    Много-много лет назад на месте школы-интернат «Логос» был детский дом. И жил в этом доме один доктор. Он мог лечить любые болезни. И была у этого доктора маленькая дочка. Которую звали Инга. Маленькая хозяйка детского дома. Доктор очень сильно любил свою дочку. Но однажды она заболела странной болезнью. От которой у неё стала чернеть кровь. Доктор пробовал разные средства, но Инге становилось всё хуже и хуже. Пока кровь не стала совсем чёрной. Доктор плакал каждый день, потому что он знал, что скоро ему придётся навсегда расстаться со своей малышкой. А ведь это самое страшное, что может случиться с родителями. Тогда доктор решил вылить из Инги всю чёрную кровь и заменить её на другую, красную. Но никакая кровь ей не подходила. И вот однажды маленькая хозяйка навсегда ушла из своего дома и больше не возвращалась. Говорят, она замёрзла и лежит в лесу в огромной ледяной глыбе. С тех пор призрак маленькой хозяйки каждый год приходит сюда. Инге очень холодно. Ей нужно забрать чью-то тёплую кровь. Всю до последней капельки. Тот, кто увидит призрак маленькой хозяйки, обречён на смерть. Согревшись, Инга снова исчезает на год. Легенда говорит, что однажды появится человек, который отыщет девочку и спасет её из ледяного плена. И тогда маленькая хозяйка вернётся в свой дом, и они с папой снова будут вместе. Навсегда.

    — Елена Сергеевна Крылова · сериал
14. «

    Надо слушать легенды — следы вековых коллективных усилий — и с их помощью отгадывать, насколько возможно, смысл нашей судьбы.

    Надо слушать легенды — следы вековых коллективных усилий — и с их помощью отгадывать, насколько возможно, смысл нашей судьбы.

    — Иво Андрич
15. «

    Легенды, как и магические трюки, возникают потому, что действительность не отвечает нашим мечтам…

    Легенды, как и магические трюки, возникают потому, что действительность не отвечает нашим мечтам…

    — Стивен Миллхаузер · книга
16. «

    В старом скрипучем доме жил в Бервикшире Томми, Где на холмах зеленых вереск душистый цвёл. Нянькиным глупым сказкам с детства не верил Томми, Верил в ситкомы Томми, в «Рэйнджерс» и рок-н-ролл. Томми не верил в сказки, Томми поехал в Глазго, В пахнущий травкой кампус, чтобы шальной весной Клясться в любви до гроба нежным зеленым глазкам И через год с коляской в парке гулять с женой. Вновь поселился Томми в старом отцовском доме, Осень прошла в заботах, следом за ней зима, А тихой майской ночью песню услышал Томми И убежал в истоме из дому прочь, к холмам. Весело ржали кони, вереск звенел на склоне, Эльфы смеялись: «Томми! Томми, станцуем рил!» Нянькиных глупых сказок Томми, увы, не вспомнил, Он ничего не понял, он в хоровод вступил. В залах, что под холмами, ярко горело пламя, Ритм отбивали ноги, в сердце стучала кровь. Сын и жена казались Томми смешными снами Только к рассвету память к Томми вернулась вновь. Эльфы, смеясь, как дети, вывели на рассвете Из золотых чертогов, из колдовского сна. Томми в лицо ударил пыльный горячий ветер, Мчащийся по планете там, где прошла война. Плачь на руинах, Томми, плачь о погибшем доме, Те, кто тебе был дорог, твой не услышат крик. Всё, что тебе осталось, — нянькины сказки помнить, Плачь на руинах, Томми, глупый смешной старик.

    В старом скрипучем доме жил в Бервикшире Томми, Где на холмах зеленых вереск душистый цвёл. Нянькиным глупым сказкам с детства не верил Томми, Верил в ситкомы Томми, в «Рэйнджерс» и рок-н-ролл. Томми не верил в сказки, Томми поехал в Глазго, В пахнущий травкой кампус, чтобы шальной весной Клясться в любви до гроба нежным зеленым глазкам И через год с коляской в парке гулять с женой. Вновь поселился Томми в старом отцовском доме, Осень прошла в заботах, следом за ней зима, А тихой майской ночью песню услышал Томми И убежал в истоме из дому прочь, к холмам. Весело ржали кони, вереск звенел на склоне, Эльфы смеялись: «Томми! Томми, станцуем рил!» Нянькиных глупых сказок Томми, увы, не вспомнил, Он ничего не понял, он в хоровод вступил. В залах, что под холмами, ярко горело пламя, Ритм отбивали ноги, в сердце стучала кровь. Сын и жена казались Томми смешными снами Только к рассвету память к Томми вернулась вновь. Эльфы, смеясь, как дети, вывели на рассвете Из золотых чертогов, из колдовского сна. Томми в лицо ударил пыльный горячий ветер, Мчащийся по планете там, где прошла война. Плачь на руинах, Томми, плачь о погибшем доме, Те, кто тебе был дорог, твой не услышат крик. Всё, что тебе осталось, — нянькины сказки помнить, Плачь на руинах, Томми, глупый смешной старик.

    — Томми
17. «

    Легенды появляются потому, что кто-то их сочиняет.

    Легенды появляются потому, что кто-то их сочиняет.

    — Котаро Исака · книга
18. «

    Святой Инквизиции вредят бессмысленные и демонстративные экзекуции. Вредит несправедливость. Именно благодаря таким действиям возникает чёрная легенда, миф о жестокой инквизиции, льётся вода на мельницу еретической пропаганды. Я с ужасом думаю о том, что через сто лет останется только эта легенда, мрачная и чудовищная повесть о ямах, пытках и кострах. Легенда, в которую поверят все.

    Святой Инквизиции вредят бессмысленные и демонстративные экзекуции. Вредит несправедливость. Именно благодаря таким действиям возникает чёрная легенда, миф о жестокой инквизиции, льётся вода на мельницу еретической пропаганды. Я с ужасом думаю о том, что через сто лет останется только эта легенда, мрачная и чудовищная повесть о ямах, пытках и кострах. Легенда, в которую поверят все.

    — Анджей Сапковский · книга
19. «

    Наконец, оставив книгу и вслушиваясь внимательно, он понял: девушка, больная воображением, слышала ночью в саду какие-то таинственные звуки, до такой степени прекрасные и странные, что должна была признать их гармонией священной, которая нам, смертным, непонятна и потому обратно улетает в небеса.

    Наконец, оставив книгу и вслушиваясь внимательно, он понял: девушка, больная воображением, слышала ночью в саду какие-то таинственные звуки, до такой степени прекрасные и странные, что должна была признать их гармонией священной, которая нам, смертным, непонятна и потому обратно улетает в небеса.

    — Антон Павлович Чехов · книга
20. «

    Чтобы стать легендой, нужно сначала умереть.

    Чтобы стать легендой, нужно сначала умереть.

    — Элизабет Тейлор