110 фраз, которые всё говорят о «Жизненные цитаты про личность»

Тема «Жизненные цитаты про личность» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 110 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   — Вся беда в том, — сказал Шкрета после долгого задумчивого молчания, — что ты окружён идиотами! Разве я могу у кого-нибудь в этом городе спросить совета? Интеллигентный человек рождается в абсолютном изгнании. В силу своей профессии я только и занят этой мыслью: человечество плодит невероятное количество идиотов. Чем глупее индивид, тем сильнее у него желание размножаться. Полноценные личности производят на свет не более одного ребёнка, а лучшие из них, вроде тебя, приходят к решению вообще не плодиться. Это катастрофа. А я постоянно мечтаю о мире, в котором человек рождался бы не в чужой среде, а в среде своих братьев.

   — Вся беда в том, — сказал Шкрета после долгого задумчивого молчания, — что ты окружён идиотами! Разве я могу у кого-нибудь в этом городе спросить совета? Интеллигентный человек рождается в абсолютном изгнании. В силу своей профессии я только и занят этой мыслью: человечество плодит невероятное количество идиотов. Чем глупее индивид, тем сильнее у него желание размножаться. Полноценные личности производят на свет не более одного ребёнка, а лучшие из них, вроде тебя, приходят к решению вообще не плодиться. Это катастрофа. А я постоянно мечтаю о мире, в котором человек рождался бы не в чужой среде, а в среде своих братьев.

   — Милан Кундера · книга
2. «

   Я всегда испытываю легкое замешательство, когда приходится говорить о себе. Сбивает с толку классический парадокс самой постановки вопроса — «Что есть я?». Когда я рассказываю о себе, то как рассказчик, естественно, провожу ревизию себя как объекта рассказа. То есть я выбираю: о чем говорить, о чем нет, даю себе определения, и получается нечто, обструганное со всех сторон. Вот и спрашивается, сколько в таком «я» остается объективной правды от меня настоящего?

   Я всегда испытываю легкое замешательство, когда приходится говорить о себе. Сбивает с толку классический парадокс самой постановки вопроса — «Что есть я?». Когда я рассказываю о себе, то как рассказчик, естественно, провожу ревизию себя как объекта рассказа. То есть я выбираю: о чем говорить, о чем нет, даю себе определения, и получается нечто, обструганное со всех сторон. Вот и спрашивается, сколько в таком «я» остается объективной правды от меня настоящего?

   — Харуки Мураками · книга
3. «

   Согласен, эпоха сформировала мою личность — иначе в современном мире не бывает. Но мне эта личность со своим ментальным барахлом особа и не нужна. Ежедневно выскребаю, а к вечеру всё равно нарастает.

   Согласен, эпоха сформировала мою личность — иначе в современном мире не бывает. Но мне эта личность со своим ментальным барахлом особа и не нужна. Ежедневно выскребаю, а к вечеру всё равно нарастает.

   — Виктор Пелевин · книга
4. «

   Мандела, Джобс, Горбачев, Ганди или Лютер, изобретатели и великие руководители производства были детьми своего времени, а не родителями — они его не породили. Несомненно, они возглавили важные процессы и «рулили» согласно своей тактике — но если бы не они, то другие люди сделали бы то же самое и так же. Так что нам следует более сдержанно проявлять свой восторг в адрес «великих мужей» и «великих женщин», которых возводят на пьедестал. И нам стоит быть скромнее, когда речь идет о нас самих.

   Мандела, Джобс, Горбачев, Ганди или Лютер, изобретатели и великие руководители производства были детьми своего времени, а не родителями — они его не породили. Несомненно, они возглавили важные процессы и «рулили» согласно своей тактике — но если бы не они, то другие люди сделали бы то же самое и так же. Так что нам следует более сдержанно проявлять свой восторг в адрес «великих мужей» и «великих женщин», которых возводят на пьедестал. И нам стоит быть скромнее, когда речь идет о нас самих.

   — Рольф Добелли · книга
5. «

   «Ау меня есть новое название для боли». «Да? Какое же?» «Стиратель. Потому что во время приступов она стирает все, и больше ничего для тебя не существует — ни мыслей, ни чувств. Только желание избавиться от боли. А когда Стиратель становится особенно силён, то уничтожает и все, что делает нас личностями, превращая в жалкие существа с самыми примитивными инстинктами, преследующими одну-единственную цель: спастись от этого ужаса».

   «Ау меня есть новое название для боли». «Да? Какое же?» «Стиратель. Потому что во время приступов она стирает все, и больше ничего для тебя не существует — ни мыслей, ни чувств. Только желание избавиться от боли. А когда Стиратель становится особенно силён, то уничтожает и все, что делает нас личностями, превращая в жалкие существа с самыми примитивными инстинктами, преследующими одну-единственную цель: спастись от этого ужаса».

   — Кристофер Паолини · книга
6. «

   Лучше быть раздвоившейся личностью, чем не быть личностью вообще.

   Лучше быть раздвоившейся личностью, чем не быть личностью вообще.

   — Карл Лагерфельд
7. «

   Сегодня, впрочем, как и вчера, дети хотят стать Человеком-пауком, Дарт Вейдером, Микки Маусом — кем угодно, кроме самого себя.

   Сегодня, впрочем, как и вчера, дети хотят стать Человеком-пауком, Дарт Вейдером, Микки Маусом — кем угодно, кроме самого себя.
8. «

   Они романтизируют нас, зеркала, и в этом их секрет; какой изощренной пыткой было бы уничтожение всех зеркал на свете: где бы удостоверились мы тогда в существовании собственной личности?

   Они романтизируют нас, зеркала, и в этом их секрет; какой изощренной пыткой было бы уничтожение всех зеркал на свете: где бы удостоверились мы тогда в существовании собственной личности?

   — Трумен Капоте · книга
9. «

   Преданность — это высшая форма духовно-нравственного качества и божественного предназначения личности!

   Преданность — это высшая форма духовно-нравственного качества и божественного предназначения личности!
10. «

    Я изначально рождена гордой птицей с огромными крыльями, просто периодически мне их подрезали. Какой бы великолепной не была женщина, всегда найдется умелый манипулятор, способный внушить ей, что она курица. Поэтому время от времени нужно внимательно всматриваться в зеркало, чтобы понять кто ты на самом деле.

    Я изначально рождена гордой птицей с огромными крыльями, просто периодически мне их подрезали. Какой бы великолепной не была женщина, всегда найдется умелый манипулятор, способный внушить ей, что она курица. Поэтому время от времени нужно внимательно всматриваться в зеркало, чтобы понять кто ты на самом деле.

    — Александра Макарова · книга
11. «

    Ни один из нас не тот, кем хочет казаться. Встречаясь с другими людьми, мы пытаемся навязать им некий образ самих себя, надеясь, что он будет им приятен или как-то на них повлияет.

    Ни один из нас не тот, кем хочет казаться. Встречаясь с другими людьми, мы пытаемся навязать им некий образ самих себя, надеясь, что он будет им приятен или как-то на них повлияет.

    — Кристофер Прист · книга
12. «

    Когда мы становимся теми, кем должны стать? В юности или позже? В отрочестве, каковы бы ни были наши умственные способности и темперамент, мы в значительной мере зависим от образования, окружения, семьи; став взрослыми, мы творим себя в соответствии со сделанным выбором.

    Когда мы становимся теми, кем должны стать? В юности или позже? В отрочестве, каковы бы ни были наши умственные способности и темперамент, мы в значительной мере зависим от образования, окружения, семьи; став взрослыми, мы творим себя в соответствии со сделанным выбором.

    — Эрик-Эмманюэль Шмитт · книга
13. «

    Мы все создаем свое собственное внешнее «я» для предъявления миру, и некоторые постепенно привыкают к мысли, что они такие и есть.

    Мы все создаем свое собственное внешнее «я» для предъявления миру, и некоторые постепенно привыкают к мысли, что они такие и есть.

    — Робертсон Дэвис · книга
14. «

    Личность характеризуется не только тем, что она делает, но и тем, как она это делает.

    Личность характеризуется не только тем, что она делает, но и тем, как она это делает.

    — Фридрих Энгельс
15. «

    Маску надеваю лишь в маскарад, а не хожу с нею перед людьми каждодневно.

    Маску надеваю лишь в маскарад, а не хожу с нею перед людьми каждодневно.

    — Фёдор Михайлович Достоевский · книга
16. «

    То, что внезапно я сама для себя сделалась столь приятным обществом, открыло мне новые горизонты.

    То, что внезапно я сама для себя сделалась столь приятным обществом, открыло мне новые горизонты.

    — Амели Нотомб · книга
17. «

    Это нервы, просто нервы, как оголённые провода, свисают во все стороны и за всё цепляются, причем здесь личность и степень её яркости, глупое ты существо?

    Это нервы, просто нервы, как оголённые провода, свисают во все стороны и за всё цепляются, причем здесь личность и степень её яркости, глупое ты существо?

    — Мариам Петросян · книга
18. «

    Я помню одного своего родственника, который говорил: «Пушкин? Бабник, развратник, царю писал, унижался, денег просил... Гоголь? Онанист, церковник, подхалим... Чайковский? Педераст, барин, жил за счёт любовницы... Пастернак? Жид не жид, всё равно дерьмо». Нападение на личность — вот ещё одно подлое дело мещанина.

    Я помню одного своего родственника, который говорил: «Пушкин? Бабник, развратник, царю писал, унижался, денег просил... Гоголь? Онанист, церковник, подхалим... Чайковский? Педераст, барин, жил за счёт любовницы... Пастернак? Жид не жид, всё равно дерьмо». Нападение на личность — вот ещё одно подлое дело мещанина.

    — Ролан Быков · книга
19. «

    Знаешь, ходил я полгода назад на встречу одноклассников, и что же? Кто в школе был порядочным и симпатичным человеком, тот таким и остался, а кто был паршивцем — остался паршивцем. Наверное, другие, глядя на меня, тоже что-то такое подумали. Но меня это тогда поразило. Ведь как странно: работаешь над собой и думаешь, ты изменяешься. А другие глянут и тот час увидят, что ты все тот же самый, каким был всегда.

    Знаешь, ходил я полгода назад на встречу одноклассников, и что же? Кто в школе был порядочным и симпатичным человеком, тот таким и остался, а кто был паршивцем — остался паршивцем. Наверное, другие, глядя на меня, тоже что-то такое подумали. Но меня это тогда поразило. Ведь как странно: работаешь над собой и думаешь, ты изменяешься. А другие глянут и тот час увидят, что ты все тот же самый, каким был всегда.

    — Бернхард Шлинк · книга
20. «

    Может быть, если хочешь остаться личностью посреди кишащих толп, следует впасть в гротеск.

    Может быть, если хочешь остаться личностью посреди кишащих толп, следует впасть в гротеск.

    — Салман Рушди · книга