«Красивые цитаты о любви» в 355 цитат

Собрали 355 цитат на тему «Красивые цитаты о любви» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Столько лет боролась я против собственного сердца, ибо страшилась печали, страдания, забвения. Но я всегда знала, что истинная любовь — превыше всего этого, что лучше умереть, чем перестать любить.

   Столько лет боролась я против собственного сердца, ибо страшилась печали, страдания, забвения. Но я всегда знала, что истинная любовь — превыше всего этого, что лучше умереть, чем перестать любить.

   — Пауло Коэльо · книга
2. «

   И любовь наша сохранится чистой, как пламя… Она не превратится в кухонный очаг, на котором варят капусту к семейному обеду.

   И любовь наша сохранится чистой, как пламя… Она не превратится в кухонный очаг, на котором варят капусту к семейному обеду.

   — Эрих Мария Ремарк · книга
3. «

   — Я люблю его. — Ну что за вздор? Ты была влюблена когда-нибудь? — Нет. — Видишь, поэтому ты не можешь знать, любишь ли ты его. — Мы... танцевали. — Это ничего не значит. — Мы с ним вместе танцевали, и я знаю, что я люблю его, потому что я знаю — это здесь, здесь, во мне, а вы совсем ничего в жизни не понимаете, потому что у меня есть друг, а у вас нет! Вы старая корова... Мы танцевали, мы покупали билеты и ели мороженое... и поливали цветы, мы спали в одной кровати, любовались луной и я слышала, как бьётся его сердце...

   — Я люблю его. — Ну что за вздор? Ты была влюблена когда-нибудь? — Нет. — Видишь, поэтому ты не можешь знать, любишь ли ты его. — Мы... танцевали. — Это ничего не значит. — Мы с ним вместе танцевали, и я знаю, что я люблю его, потому что я знаю — это здесь, здесь, во мне, а вы совсем ничего в жизни не понимаете, потому что у меня есть друг, а у вас нет! Вы старая корова... Мы танцевали, мы покупали билеты и ели мороженое... и поливали цветы, мы спали в одной кровати, любовались луной и я слышала, как бьётся его сердце...

   — Лайла (пациентка психбольницы) · фильм
4. «

   ... Я бы хотела жить с Вами В маленьком городе, Где вечные сумерки И вечные колокола.

   ... Я бы хотела жить с Вами В маленьком городе, Где вечные сумерки И вечные колокола.

   — Марина Цветаева
5. «

   И, когда я говорю, что ты для меня самое любимое, пожалуй, это тоже не подлинная любовь; любовь — то, что ты для меня нож, которым я копаюсь в себе.

   И, когда я говорю, что ты для меня самое любимое, пожалуй, это тоже не подлинная любовь; любовь — то, что ты для меня нож, которым я копаюсь в себе.

   — Франц Кафка · книга
6. «

   У нас одно сердце на двоих. Разлуки, прощания, тоска ему противопоказаны...

   У нас одно сердце на двоих. Разлуки, прощания, тоска ему противопоказаны...

   — Эльчин Сафарли · книга
7. «

   Она не сумела понять ни одного из двух мужчин, которых любила, и вот теперь потеряла обоих. В сознании её где-то таилась мысль, что если бы она поняла Эшли, она бы никогда его не полюбила, а вот если бы она поняла Ретта, то никогда не потеряла бы его.

   Она не сумела понять ни одного из двух мужчин, которых любила, и вот теперь потеряла обоих. В сознании её где-то таилась мысль, что если бы она поняла Эшли, она бы никогда его не полюбила, а вот если бы она поняла Ретта, то никогда не потеряла бы его.

   — Маргарет Митчелл · книга
8. «

   И если даже она никогда больше, до самой смерти, его не увидит, её последняя мысль на краю могилы будет о нем, о Ральфе. Как это страшно, что один единственный человек так много значит, так много в себе воплощает.

   И если даже она никогда больше, до самой смерти, его не увидит, её последняя мысль на краю могилы будет о нем, о Ральфе. Как это страшно, что один единственный человек так много значит, так много в себе воплощает.

   — Колин Маккалоу · книга
9. «

   — Что-то нет энтузиазма в голосе... — Может, ты не слышишь? — Я все слышу. Слышу, что в твоих словах нет ни капли волнения — ваш роман похож на флирт двух рыбок. А я хочу, чтобы тебя захлестнула страсть и ты летала, как на крыльях, пела и танцевала от восторга... Чтобы ты жила, как в забытьи, в забытьи от счастья... Знаю, звучит сентиментально... Но любовь — одержимость человеком, в котором твоя жизнь. Найди мужчину, в которого влюбишься до беспамятства и который полюбит тебя так же. Как его отыскать? Главное, слушайся сердца... Пока оно не колышется... Без любви жизнь теряет всякий смысл. Попробуй... Не попробуешь — считай, что не жила. — Браво! — Ты черствая... — Извини, ладно... Повтори еще раз, только покороче, пап. — Идет. Распахни свое сердце для чьей-то стрелы.

   — Что-то нет энтузиазма в голосе... — Может, ты не слышишь? — Я все слышу. Слышу, что в твоих словах нет ни капли волнения — ваш роман похож на флирт двух рыбок. А я хочу, чтобы тебя захлестнула страсть и ты летала, как на крыльях, пела и танцевала от восторга... Чтобы ты жила, как в забытьи, в забытьи от счастья... Знаю, звучит сентиментально... Но любовь — одержимость человеком, в котором твоя жизнь. Найди мужчину, в которого влюбишься до беспамятства и который полюбит тебя так же. Как его отыскать? Главное, слушайся сердца... Пока оно не колышется... Без любви жизнь теряет всякий смысл. Попробуй... Не попробуешь — считай, что не жила. — Браво! — Ты черствая... — Извини, ладно... Повтори еще раз, только покороче, пап. — Идет. Распахни свое сердце для чьей-то стрелы.

   — Сьюзен Перриш · фильм
10. «

    Я люблю тебя. Сегодня я люблю тебя как никогда, а завтра буду любить еще сильней.

    Я люблю тебя. Сегодня я люблю тебя как никогда, а завтра буду любить еще сильней.

    — Сесилия Ахерн · книга
11. «

    — Я буду искать тебя в тысяче миров и десяти тысячах жизней, пока не найду... — Я буду ждать тебя в каждой из них.

    — Я буду искать тебя в тысяче миров и десяти тысячах жизней, пока не найду... — Я буду ждать тебя в каждой из них.

    — Кай (японец-полукровка) · фильм
12. «

    Я лишь хочу лечь с тобой и проснуться в одной постели. Хотя бы раз в жизни.

    Я лишь хочу лечь с тобой и проснуться в одной постели. Хотя бы раз в жизни.

    — Кассандра Клэр · книга
13. «

    Почему я вижу тебя только в снах? Почему я просыпаюсь, а вокруг ничего, кроме мыслей о тебе, и нет никакого твоего следа в реальности? Пойми, я не капризничаю, не закатываю истерик. Я просто люблю тебя. И мне без тебя тяжело.

    Почему я вижу тебя только в снах? Почему я просыпаюсь, а вокруг ничего, кроме мыслей о тебе, и нет никакого твоего следа в реальности? Пойми, я не капризничаю, не закатываю истерик. Я просто люблю тебя. И мне без тебя тяжело.

    — Эльчин Сафарли · книга
14. «

    — Отдать тебе любовь? — Отдай. — Она в грязи. — Отдай в грязи. — Я погадать хочу... — Гадай. — Ещё хочу спросить... — Спроси. — Допустим, постучусь... — Впущу. — Допустим, позову... — Пойду. — А если там беда? — В беду. — А если обману? — Прощу. — «Спой!» — прикажу тебе... — Спою. — «Запри для друга дверь!»... — Запру. — Скажу тебе: «Убей!»... — Убью. — А если захлебнусь? — Спасу. — А если будет боль? — Стерплю. — А если узел? — Разрублю. — А если сто? — И сто узлов! — ЛЮБОВЬ тебе отдать? — Любовь. — Не будет этого!!! — За что? — За то, что не люблю рабов...

    — Отдать тебе любовь? — Отдай. — Она в грязи. — Отдай в грязи. — Я погадать хочу... — Гадай. — Ещё хочу спросить... — Спроси. — Допустим, постучусь... — Впущу. — Допустим, позову... — Пойду. — А если там беда? — В беду. — А если обману? — Прощу. — «Спой!» — прикажу тебе... — Спою. — «Запри для друга дверь!»... — Запру. — Скажу тебе: «Убей!»... — Убью. — А если захлебнусь? — Спасу. — А если будет боль? — Стерплю. — А если узел? — Разрублю. — А если сто? — И сто узлов! — ЛЮБОВЬ тебе отдать? — Любовь. — Не будет этого!!! — За что? — За то, что не люблю рабов...

    — Роберт Рождественский
15. «

    Ещё я расскажу тебе: есть неизбежно у женщины, нашедшей наконец свою истинную, свою инстинктивную, но желанную любовь, есть у неё одно великое счастье: она становится неутолимой в своей щедрости. Ей мало отдать избраннику своё тело, ей хочется положить к его ногам и свою душу. Она радостно стремится подарить ему свои дни и ночи, свой труд и заботы, отдать в его руки свою волю и своё существо. Ей сладостно взирать на своё сокровище как на божество, снизу вверх. Если мужчина умом, душою, характером выше её, она пытается дотянуться, докарабкаться до него; если ниже, она незаметно опускается, падает до его уровня. И невольно она начинает думать его мыслями, говорить его словами, принимать его вкусы и привычки, — болеть его болезнями, любоваться его недостатками. О! Сладчайшее рабство!

    Ещё я расскажу тебе: есть неизбежно у женщины, нашедшей наконец свою истинную, свою инстинктивную, но желанную любовь, есть у неё одно великое счастье: она становится неутолимой в своей щедрости. Ей мало отдать избраннику своё тело, ей хочется положить к его ногам и свою душу. Она радостно стремится подарить ему свои дни и ночи, свой труд и заботы, отдать в его руки свою волю и своё существо. Ей сладостно взирать на своё сокровище как на божество, снизу вверх. Если мужчина умом, душою, характером выше её, она пытается дотянуться, докарабкаться до него; если ниже, она незаметно опускается, падает до его уровня. И невольно она начинает думать его мыслями, говорить его словами, принимать его вкусы и привычки, — болеть его болезнями, любоваться его недостатками. О! Сладчайшее рабство!

    — Александр Куприн · книга
16. «

    — А ты – там, наверху, — сказал он, рассмеявшись, и обращаясь к освещенному окну и не замечая, что смеется. – Ты, маленький огонек, фата-моргана, лицо, обретшее надо мной такую странную власть; ты, повстречавшаяся мне на планете, где существуют сотни тысяч других, лучших, более прекрасных, умных, добрых, верных, рассудительных... Ты, подкинутая мне судьбой однажды ночью, бездумная и властная любовь, ворвавшаяся в мою жизнь, во сне заползшая мне под кожу; ты, не знающая обо мне почти ничего, кроме того, что я тебе сопротивляюсь, и лишь поэтому бросившаяся мне навстречу. Едва я перестал сопротивляться, как ты сразу же захотела двигаться дальше. Привет тебе! Вот я стою здесь, хотя думал, что никогда уже не буду так стоять. Дождь проникает сквозь рубашку, он теплее, прохладнее и мягче твоих рук, твоей кожи... Вот я стою здесь, я жалок, и когти ревности разрывают мне все внутри; и я хочу и презираю тебя, восхищаюсь тобою и боготворю тебя, ибо ты метнула молнию, воспламенившую меня, молнию, таящуюся в каждом лоне, ты заронила в меня искру жизни, темный огонь...

    — А ты – там, наверху, — сказал он, рассмеявшись, и обращаясь к освещенному окну и не замечая, что смеется. – Ты, маленький огонек, фата-моргана, лицо, обретшее надо мной такую странную власть; ты, повстречавшаяся мне на планете, где существуют сотни тысяч других, лучших, более прекрасных, умных, добрых, верных, рассудительных... Ты, подкинутая мне судьбой однажды ночью, бездумная и властная любовь, ворвавшаяся в мою жизнь, во сне заползшая мне под кожу; ты, не знающая обо мне почти ничего, кроме того, что я тебе сопротивляюсь, и лишь поэтому бросившаяся мне навстречу. Едва я перестал сопротивляться, как ты сразу же захотела двигаться дальше. Привет тебе! Вот я стою здесь, хотя думал, что никогда уже не буду так стоять. Дождь проникает сквозь рубашку, он теплее, прохладнее и мягче твоих рук, твоей кожи... Вот я стою здесь, я жалок, и когти ревности разрывают мне все внутри; и я хочу и презираю тебя, восхищаюсь тобою и боготворю тебя, ибо ты метнула молнию, воспламенившую меня, молнию, таящуюся в каждом лоне, ты заронила в меня искру жизни, темный огонь...

    — Эрих Мария Ремарк · книга
17. «

    Ты не со мной — и день покрыла мгла; придешь во сне — и ночь, как день, светла.

    Ты не со мной — и день покрыла мгла; придешь во сне — и ночь, как день, светла.

    — Уильям Шекспир
18. «

    Пойми, Скарлетт. В моём сердце было любви на тысячу долларов. Золотом, а не в бумажках. И я всё потратил на тебя, до последнего пенни. Я банкрот. Ты меня выжала, как тряпку.

    Пойми, Скарлетт. В моём сердце было любви на тысячу долларов. Золотом, а не в бумажках. И я всё потратил на тебя, до последнего пенни. Я банкрот. Ты меня выжала, как тряпку.

    — Александра Риплей · книга
19. «

    Рози Данн, я люблю тебя всей душой, я всегда тебя любил. Я любил тебя, когда мне было семь, и я врал тебе, что не заснул, когда мы караулили Санту. Я любил тебя, когда мне было десять и я не пригласил тебя на свой день рождения, и когда мне было восемнадцать, и я был вынужден уехать, даже на своей свадьбе, и на твоей свадьбе, и на крестинах, на днях рождения, и даже когда мы ссорились. Я всегда любил тебя. И я стану самым счастливым человеком на этой земле, если ты согласишься быть со мной.

    Рози Данн, я люблю тебя всей душой, я всегда тебя любил. Я любил тебя, когда мне было семь, и я врал тебе, что не заснул, когда мы караулили Санту. Я любил тебя, когда мне было десять и я не пригласил тебя на свой день рождения, и когда мне было восемнадцать, и я был вынужден уехать, даже на своей свадьбе, и на твоей свадьбе, и на крестинах, на днях рождения, и даже когда мы ссорились. Я всегда любил тебя. И я стану самым счастливым человеком на этой земле, если ты согласишься быть со мной.

    — Сесилия Ахерн · книга
20. «

    Они пробовали жить друг без друга, отдалялись и снова воссоединялись, словно края незаживающей раны.

    Они пробовали жить друг без друга, отдалялись и снова воссоединялись, словно края незаживающей раны.

    — Поппи Брайт · книга