94 высказываний на тему «Трогательные цитаты о любви»

Тема «Трогательные цитаты о любви» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 94 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Ее тело здесь, но разум расколот. Для нее он вечно останется молод. Ее сердце здесь, но разум расколот. Он постарел, но для нее всегда останется молод.

   Ее тело здесь, но разум расколот. Для нее он вечно останется молод. Ее сердце здесь, но разум расколот. Он постарел, но для нее всегда останется молод.
2. «

   Если ты проиграешь, я буду сопровождать тебя, неся позор в течение тысяч лет. Если ты умрешь, я последую за тобой в могилу.

   Если ты проиграешь, я буду сопровождать тебя, неся позор в течение тысяч лет. Если ты умрешь, я последую за тобой в могилу.

   — Прист · книга
3. «

   – Неро, я хочу понять смысл, – она не понимала, что она и есть смысл.

   – Неро, я хочу понять смысл, – она не понимала, что она и есть смысл.

   — Катерина Юн · книга
4. «

   Те, кого любят, не могут умереть, ведь любовь — бессмертие.

   Те, кого любят, не могут умереть, ведь любовь — бессмертие.

   — Эмили Дикинсон
5. «

   – Вань, а знаешь, что самое главное в жизни? – Что? – Это когда тебя ждёт женщина, и ты её сильно-сильно любишь.

   – Вань, а знаешь, что самое главное в жизни? – Что? – Это когда тебя ждёт женщина, и ты её сильно-сильно любишь.

   — Николай Басаргин · фильм
6. «

   — Кто обидел тебя? Скажи, на куски разорву. — Меня бы лучше разорвал. Хоть тогда я покой обрету. — Разве можно так? Сердце кровью обливается. Мне больно, когда ты пальчик поранишь.

   — Кто обидел тебя? Скажи, на куски разорву. — Меня бы лучше разорвал. Хоть тогда я покой обрету. — Разве можно так? Сердце кровью обливается. Мне больно, когда ты пальчик поранишь.

   — Гюль-ага · сериал
7. «

   Уве же ценил только то, что можно увидеть, пощупать. Бетон и цемент. Стекло и железо. Инструмент. Предсказуемые вещи. Прямые углы и чёткие инструкции. Проектные модели и чертежи. Предметы, которые можно изобразить на бумаге. Сам Уве состоял из двух цветов – чёрного и белого. Она раскрасила его мир. Дала ему остальные цвета.

   Уве же ценил только то, что можно увидеть, пощупать. Бетон и цемент. Стекло и железо. Инструмент. Предсказуемые вещи. Прямые углы и чёткие инструкции. Проектные модели и чертежи. Предметы, которые можно изобразить на бумаге. Сам Уве состоял из двух цветов – чёрного и белого. Она раскрасила его мир. Дала ему остальные цвета.

   — Фредрик Бакман · книга
8. «

   Знаешь, Гвен, с того самого мига, как я увидел тебя там, в медовом зале Бродов, я понял... Буквально почувствовал ту алую нить, что связала наши судьбы. И с тех самых пор не существует для меня уже только одного лишь я. И всë, что я делаю, делаю для нас. Так что ответ мой на твой вопрос прост, юная Благородная. Если только ты позволишь, я всегда и всюду буду рядом. В Сиде ли, если ты захочешь... И покажу тебе все его необъятные просторы. Или в Подлунном мире, куда отправлюсь за тобой без колебаний. И лишь дай согласие, и я с радостью свяжу наши руки алой нитью и дам клятву. Поклянусь пред богами и людьми, поклянусь самой своей силой, что любить тебя буду до последнего вздоха. Петь для тебя, пока голос меня не покинет, и играть, пока пальцы смогут держать струны. А ещë... Поклянусь всегда быть с тобою честным. Что бы ни произошло.

   Знаешь, Гвен, с того самого мига, как я увидел тебя там, в медовом зале Бродов, я понял... Буквально почувствовал ту алую нить, что связала наши судьбы. И с тех самых пор не существует для меня уже только одного лишь я. И всë, что я делаю, делаю для нас. Так что ответ мой на твой вопрос прост, юная Благородная. Если только ты позволишь, я всегда и всюду буду рядом. В Сиде ли, если ты захочешь... И покажу тебе все его необъятные просторы. Или в Подлунном мире, куда отправлюсь за тобой без колебаний. И лишь дай согласие, и я с радостью свяжу наши руки алой нитью и дам клятву. Поклянусь пред богами и людьми, поклянусь самой своей силой, что любить тебя буду до последнего вздоха. Петь для тебя, пока голос меня не покинет, и играть, пока пальцы смогут держать струны. А ещë... Поклянусь всегда быть с тобою честным. Что бы ни произошло.

   — Амергин Магрид · игра
9. «

   Ведь так любовь чудна, Что радостью пьяна, Хоть и в радости слышна Горечь расставанья.

   Ведь так любовь чудна, Что радостью пьяна, Хоть и в радости слышна Горечь расставанья.

   — Бернарт де Вентадорн · книга
10. «

    Кстати, ты спрашивал о чуде. Всегда моя бабушка старалась его мне подарить, хоть жили мы небогато. Милые сверточки под елкой, красивые фигурки в виде оленей. Даже если оставалась у нее пара монет тролля, она все тратила для того, чтобы я всегда верил и ждал праздник. Называла она меня Пинки. Мы должны быть благодарны нашим родителям за чувство того, что вот-вот произойдет что-то магическое и удивительное.

    Кстати, ты спрашивал о чуде. Всегда моя бабушка старалась его мне подарить, хоть жили мы небогато. Милые сверточки под елкой, красивые фигурки в виде оленей. Даже если оставалась у нее пара монет тролля, она все тратила для того, чтобы я всегда верил и ждал праздник. Называла она меня Пинки. Мы должны быть благодарны нашим родителям за чувство того, что вот-вот произойдет что-то магическое и удивительное.

    — Тамера Блэк · книга
11. «

    Девушка прижалась лбом к груди Матиаса. — Я ненавижу это. и немного тебя, дрюскель. — Я уже привык. Иди сюда. Он обвил ее руками и заставил говорить о Равке и Инеж.

    Девушка прижалась лбом к груди Матиаса. — Я ненавижу это. и немного тебя, дрюскель. — Я уже привык. Иди сюда. Он обвил ее руками и заставил говорить о Равке и Инеж.

    — Ли Бардуго · книга
12. «

    У меня не было возможности сказать, что значила для меня та ночь. Когда мы покинули таверну… луна, запах твоих волос, твоя рука в моей руке… когда мы поняли после всего того ужаса, что в этом хаосе нас спасёт только наша любовь… Знаешь, о чём я непрерывно думаю с тех пор? Я думаю, что ты и есть моя страна. Или это звучит слишком странно? Без тебя у меня в этом мире нет дома — я дерево с порубленными корнями; ты можешь повалить меня прикосновением пальца.

    У меня не было возможности сказать, что значила для меня та ночь. Когда мы покинули таверну… луна, запах твоих волос, твоя рука в моей руке… когда мы поняли после всего того ужаса, что в этом хаосе нас спасёт только наша любовь… Знаешь, о чём я непрерывно думаю с тех пор? Я думаю, что ты и есть моя страна. Или это звучит слишком странно? Без тебя у меня в этом мире нет дома — я дерево с порубленными корнями; ты можешь повалить меня прикосновением пальца.

    — Элиф Шафак · книга
13. «

    Я думал, мне не нужно ничего, кроме любимого дела. Я жил журналистикой: только она давала мне вкус к жизни, и меня это вполне устраивало. Пока не появилась ты. Впервые в жизни мне хочется писать не только про опасности, мораль, страдания и лишения... Мне хочется писать о тебе. Хочется считать не единицы боевой техники, а твои родинки и ресницы. Сидеть не в окопе с блокнотом, а с тобой за ужином. Понимаешь? Кажется, я теряю хватку. И мне абсолютно на это наплевать, потому что ты того стоишь.

    Я думал, мне не нужно ничего, кроме любимого дела. Я жил журналистикой: только она давала мне вкус к жизни, и меня это вполне устраивало. Пока не появилась ты. Впервые в жизни мне хочется писать не только про опасности, мораль, страдания и лишения... Мне хочется писать о тебе. Хочется считать не единицы боевой техники, а твои родинки и ресницы. Сидеть не в окопе с блокнотом, а с тобой за ужином. Понимаешь? Кажется, я теряю хватку. И мне абсолютно на это наплевать, потому что ты того стоишь.

    — Лоуренс · игра
14. «

    Впрочем, есть и гордость — гордость, что он всё сделал сам. Что у дочери столько упорства и любопытства. Быть отцом такого сильного существа — значит учиться смирению. Как будто ты — лишь тоненький проводок для чего-то куда более значительного. Так он и ощущает себя сейчас, стоя на коленях рядом с ванной и ополаскивая дочери волосы: словно любовь к ней рвётся за пределы его тела. Стены могут рухнуть, даже целый город, а яркость этого чувства не померкнет.

    Впрочем, есть и гордость — гордость, что он всё сделал сам. Что у дочери столько упорства и любопытства. Быть отцом такого сильного существа — значит учиться смирению. Как будто ты — лишь тоненький проводок для чего-то куда более значительного. Так он и ощущает себя сейчас, стоя на коленях рядом с ванной и ополаскивая дочери волосы: словно любовь к ней рвётся за пределы его тела. Стены могут рухнуть, даже целый город, а яркость этого чувства не померкнет.

    — Энтони Дорр · книга
15. «

    Кевин начал было что-то говорить, и Нил прекрасно понимал, что это что-то будет негативным и раздражающим. Нил потянулся за Эндрю и дал Кевину слабый подзатыльник, чтобы моментально заткнуть его. Мэтт подавился смехом, безуспешно попытавшись выдать его за кашель. Кевин на секунду застыл, а затем послал холодный взгляд в сторону Джостена. — Никто не хочет сейчас это слышать, — пояснил Нил. — Ударишь меня ещё раз... — начал Кевин. — И ты что? — спокойно вмешался Эндрю. Кевин замолчал и заметно сник.

    Кевин начал было что-то говорить, и Нил прекрасно понимал, что это что-то будет негативным и раздражающим. Нил потянулся за Эндрю и дал Кевину слабый подзатыльник, чтобы моментально заткнуть его. Мэтт подавился смехом, безуспешно попытавшись выдать его за кашель. Кевин на секунду застыл, а затем послал холодный взгляд в сторону Джостена. — Никто не хочет сейчас это слышать, — пояснил Нил. — Ударишь меня ещё раз... — начал Кевин. — И ты что? — спокойно вмешался Эндрю. Кевин замолчал и заметно сник.

    — Нора Сакавич · книга
16. «

    — На самом деле, — продолжил Таунс, — они, должно быть, уже выехали домой. Допрос прошёл быстро, и после этого мы их сразу отпустили. — Ошибаешься, — качнул головой Натаниэль. — Они не уедут без Эндрю, а Эндрю не уедет, пока не поговорит со мной. — Ты не можешь быть так уверен. — Нет, могу.

    — На самом деле, — продолжил Таунс, — они, должно быть, уже выехали домой. Допрос прошёл быстро, и после этого мы их сразу отпустили. — Ошибаешься, — качнул головой Натаниэль. — Они не уедут без Эндрю, а Эндрю не уедет, пока не поговорит со мной. — Ты не можешь быть так уверен. — Нет, могу.

    — Нора Сакавич · книга
17. «

    Вы пришли слишком поздно. Да, вы опоздали, Евгений. <...> Я Вас люблю, но я другому отдана..

    Вы пришли слишком поздно. Да, вы опоздали, Евгений. <...> Я Вас люблю, но я другому отдана..

    — Татьяна Ларина · фильм
18. «

    Извини, мам! Я был неправ. Даже если вступлю в Yokohama Little отец не вернётся. Я еще помню как он говорил, что тебя любит. Не думаю, что могу забыть отца, но я буду смотреть в будущее с тобой.

    Извини, мам! Я был неправ. Даже если вступлю в Yokohama Little отец не вернётся. Я еще помню как он говорил, что тебя любит. Не думаю, что могу забыть отца, но я буду смотреть в будущее с тобой.

    — Горо Хонда · аниме
19. «

    Мать — самый дорогой человек на земле. Она нам дала жизнь, она желает нам счастья, успехов в учебе, в тяжелые минуты слезы вытирает, на добрый путь направляет.

    Мать — самый дорогой человек на земле. Она нам дала жизнь, она желает нам счастья, успехов в учебе, в тяжелые минуты слезы вытирает, на добрый путь направляет.

    — Протоиерей Николай Гурьянов
20. «

    Добрая жена — от Бога Она стройна, она легка Хотя и высока немного Нашего полку, как говорится, прибыло

    Добрая жена — от Бога Она стройна, она легка Хотя и высока немного Нашего полку, как говорится, прибыло

    — Евгений Александрович Горюнов