247 сильных цитат: «магия»

Тема «магия» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 247 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Что есть магия? Ведьмы отвечают на этот вопрос по-разному, в зависимости от своего возраста. Ведьмы постарше вообще не любят об этом говорить, но в душе они подозревают, что на самом деле вселенная ни черта не знает и состоит из биллионов триллионов миллионов возможностей, каждая из которых может осуществиться, если тренированный, затвердевший от квантовой уверенности ум вставить в нужную щелку и повернуть. Таким образом, если вы хотите, чтобы на ком-нибудь взорвалась шляпа, нужно лишь перейти в ту вселенную, в которой великое множество молекул шляпы вдруг одновременно решат разлететься в разные стороны.

   Что есть магия? Ведьмы отвечают на этот вопрос по-разному, в зависимости от своего возраста. Ведьмы постарше вообще не любят об этом говорить, но в душе они подозревают, что на самом деле вселенная ни черта не знает и состоит из биллионов триллионов миллионов возможностей, каждая из которых может осуществиться, если тренированный, затвердевший от квантовой уверенности ум вставить в нужную щелку и повернуть. Таким образом, если вы хотите, чтобы на ком-нибудь взорвалась шляпа, нужно лишь перейти в ту вселенную, в которой великое множество молекул шляпы вдруг одновременно решат разлететься в разные стороны.

   — Терри Пратчетт · книга
2. «

   — По-моему, неспроста этот мир зовут — миром без магии. — Верно, он таков для неискушённых. Нет, магия тут везде, надо лишь разглядеть. — Что-то похожее мне внушал мой один давний знакомый... — Август? Да, я знаю тебя, спасительница. Коль хочешь найти магию — вспомни его науку. — Главное — верить.

   — По-моему, неспроста этот мир зовут — миром без магии. — Верно, он таков для неискушённых. Нет, магия тут везде, надо лишь разглядеть. — Что-то похожее мне внушал мой один давний знакомый... — Август? Да, я знаю тебя, спасительница. Коль хочешь найти магию — вспомни его науку. — Главное — верить.

   — Злая Королева / Реджина Миллс · сериал
3. «

   Никакое чёрное сердце Не бьется за их ребром. И только на них надеется Вавилон.

   Никакое чёрное сердце Не бьется за их ребром. И только на них надеется Вавилон.

   — Надежда Жаглей
4. «

   Когда люди начинают верить в один-единственный миф или магию, это неизбежно приводит к безумию

   Когда люди начинают верить в один-единственный миф или магию, это неизбежно приводит к безумию

   — Гор Видал · книга
5. «

   — Что ты будешь с ними делать? — заинтересовался Андреас. — Убьёшь? Или прогонишь? — Что ты! — возмутилась Лара. — Я же просвещённая девушка, развившая свой разум в духе гуманизма... Я просто превращу их в людей.

   — Что ты будешь с ними делать? — заинтересовался Андреас. — Убьёшь? Или прогонишь? — Что ты! — возмутилась Лара. — Я же просвещённая девушка, развившая свой разум в духе гуманизма... Я просто превращу их в людей.

   — Виктория Килеева · книга
6. «

   Магия, пока она ещё не искоренена, должна быть орудием людей, а не люди — орудием магии.

   Магия, пока она ещё не искоренена, должна быть орудием людей, а не люди — орудием магии.

   — Терри Гудкайнд · книга
7. «

   Маг несет ответственность за свои поступки перед своей душой. Душа — перед Богом и его заветом.

   Маг несет ответственность за свои поступки перед своей душой. Душа — перед Богом и его заветом.
8. «

   Магия всегда красива и прелестна, чего иногда не скажешь о красоте и прелести магов.

   Магия всегда красива и прелестна, чего иногда не скажешь о красоте и прелести магов.
9. «

   – Может, существуют виды магии, о которых вы не знаете? – Если такие и есть, мы о них не знаем.

   – Может, существуют виды магии, о которых вы не знаете? – Если такие и есть, мы о них не знаем.

   — Терри Пратчетт · книга
10. «

    Земля и соль, по древней традиции, были нужны, чтобы отпугивать привидений. Тиффани никогда не видела привидений, значит, традиция, по всей видимости, работала эффективно. По крайней мере, по мнению крестьян, которые чувствовали себя гораздо спокойнее, если тарелки с землей и солью стояли там, где им полагалось. Пойми это, и ты поймёшь многое о природе магии.

    Земля и соль, по древней традиции, были нужны, чтобы отпугивать привидений. Тиффани никогда не видела привидений, значит, традиция, по всей видимости, работала эффективно. По крайней мере, по мнению крестьян, которые чувствовали себя гораздо спокойнее, если тарелки с землей и солью стояли там, где им полагалось. Пойми это, и ты поймёшь многое о природе магии.

    — Терри Пратчетт · книга
11. «

    Лара учила немое заклинание для стирания памяти, ожидая, пока нагреется вода. Учила, пока раздевалась. Учила, пока лежала в ванне. «Семь строк беспросветного бреда» преследовали её даже во сне... — Ка-ар-р! — А-а? — Она подскочила, забрызгав пол. — Что такое? Я же просила меня не отвлекать. Крэх сидел на краю ванны и с укором качал головой. — Я не сплю. Всего лишь задремала. Когда ворон с оглушительным карканьем вылетел вон, Лара обнаружила, что колдовская книга валяется на мокром полу, и быстро обтёрла её тряпкой, пока никто не заметил, как она непочтительна с древним источником чёрной магии.

    Лара учила немое заклинание для стирания памяти, ожидая, пока нагреется вода. Учила, пока раздевалась. Учила, пока лежала в ванне. «Семь строк беспросветного бреда» преследовали её даже во сне... — Ка-ар-р! — А-а? — Она подскочила, забрызгав пол. — Что такое? Я же просила меня не отвлекать. Крэх сидел на краю ванны и с укором качал головой. — Я не сплю. Всего лишь задремала. Когда ворон с оглушительным карканьем вылетел вон, Лара обнаружила, что колдовская книга валяется на мокром полу, и быстро обтёрла её тряпкой, пока никто не заметил, как она непочтительна с древним источником чёрной магии.

    — Виктория Килеева · книга
12. «

    — Не стоит бояться Утера, его следует жалеть. — Жалеть? Почему? — Потому что он сломленный человек, подверженный страху. Его ненависть к магии убивает все хорошее в его сердце. — Мне всегда говорили, что магия — зло. Что она развращает душу. — Это слова Утера? Его ослепляет ненависть. Со временем вы поймете, что магия не темное искусство, покрытое тайнами. Ее можно использовать во имя добра.

    — Не стоит бояться Утера, его следует жалеть. — Жалеть? Почему? — Потому что он сломленный человек, подверженный страху. Его ненависть к магии убивает все хорошее в его сердце. — Мне всегда говорили, что магия — зло. Что она развращает душу. — Это слова Утера? Его ослепляет ненависть. Со временем вы поймете, что магия не темное искусство, покрытое тайнами. Ее можно использовать во имя добра.

    — Эглен · сериал
13. «

    You see the magic of art, It would tear you apart if you knew!

    You see the magic of art, It would tear you apart if you knew!
14. «

    – Взгляните на это, на всё это! Вы спрашивали, откуда берётся вдохновение и магия. Это хороший вопрос. Думаю, вот отсюда. – Вы же не верите в магию, мистер Уоликер! – Нет, но я задумался…

    – Взгляните на это, на всё это! Вы спрашивали, откуда берётся вдохновение и магия. Это хороший вопрос. Думаю, вот отсюда. – Вы же не верите в магию, мистер Уоликер! – Нет, но я задумался…

    — Скотт Уоллакер · фильм
15. «

    Антимагическим оковам было как-то всё равно, что маг-недоучка приказывает им рассыпаться на мелкие кусочки.

    Антимагическим оковам было как-то всё равно, что маг-недоучка приказывает им рассыпаться на мелкие кусочки.

    — Ольга Болдырева · книга
16. «

    В моей книге и магия и готика становятся добрыми или злыми в зависимости от намерений того, кто к ним прибегает. Каков моотив, каково побуждение, таковы и подручные средства.

    В моей книге и магия и готика становятся добрыми или злыми в зависимости от намерений того, кто к ним прибегает. Каков моотив, каково побуждение, таковы и подручные средства.

    — Джон Рональд Руэл Толкин · книга
17. «

    Возможно, некоторые истории были так интересны... так убедительны... так желанны... что вселенная поверила в них. Так сильно, что они обрели магию. Так сильно, что они ожили. Только представьте! Только послушайте их! Самые древние сказки! Перекликаются! Через воздух, через разум! Сквозь пространство и время! Возвращаясь к началу времен! Смешиваясь со всем, что уже существовало, и пробуждая что-то новое! Десять миров! Десять звонких сфер на великом Мировом Древе! Десять миров богов, демонов и оживших мифов! Разве это не прекрасно? Или, может, это просто бессмыслица.

    Возможно, некоторые истории были так интересны... так убедительны... так желанны... что вселенная поверила в них. Так сильно, что они обрели магию. Так сильно, что они ожили. Только представьте! Только послушайте их! Самые древние сказки! Перекликаются! Через воздух, через разум! Сквозь пространство и время! Возвращаясь к началу времен! Смешиваясь со всем, что уже существовало, и пробуждая что-то новое! Десять миров! Десять звонких сфер на великом Мировом Древе! Десять миров богов, демонов и оживших мифов! Разве это не прекрасно? Или, может, это просто бессмыслица.

    — Локи
18. «

    — Прости, я думал, что сумею изменить предсказание. Я надеялся, что успею... — О чем ты говоришь? — Это я разбил саксов, убил дракона. Я знал, что остановить нужно было именно Мордреда. — Тот, кто победил их, был волшебником. — Это был я. Я волшебник, во мне магия. Я использовал ее для тебя.

    — Прости, я думал, что сумею изменить предсказание. Я надеялся, что успею... — О чем ты говоришь? — Это я разбил саксов, убил дракона. Я знал, что остановить нужно было именно Мордреда. — Тот, кто победил их, был волшебником. — Это был я. Я волшебник, во мне магия. Я использовал ее для тебя.

    — Мерлин · сериал
19. «

    Свойство магии – превращать серые вещи мира в золотые, в серебряные, может быть, в бронзовые, может быть, в медные, но непременно с отсветом, который говорит душе и указует на внутреннее богатство того, что взору невидящему представляется повседневным и ничего не рассказывающим. Лунный луч войдет в ночную комнату, и белая занавеска на окне станет похожей на легкий наряд юной колдуньи, которая сейчас пойдет по росистому лугу и будет собирать для тайнодействия ночные душистые травы. Весенний ветерок шевельнет ветку, и качание ее, приближение и отдаление, разбудит в душе глядящего колыбельно поющую грезу. Далекое зарево зари, еще не пришедшей в наш мир, скользнет чуть-чуть по самым верхним листьям самого высокого дерева в лесу, а птица, спавшая на ветке дерева, быть может, самой нижней, проснется и зазвенит хрустальным колокольчиком. Это все – магия. Так же волшебен и художник, касающийся своим словом простого явления и заставляющий его говорить необычно и вдохновенно.

    Свойство магии – превращать серые вещи мира в золотые, в серебряные, может быть, в бронзовые, может быть, в медные, но непременно с отсветом, который говорит душе и указует на внутреннее богатство того, что взору невидящему представляется повседневным и ничего не рассказывающим. Лунный луч войдет в ночную комнату, и белая занавеска на окне станет похожей на легкий наряд юной колдуньи, которая сейчас пойдет по росистому лугу и будет собирать для тайнодействия ночные душистые травы. Весенний ветерок шевельнет ветку, и качание ее, приближение и отдаление, разбудит в душе глядящего колыбельно поющую грезу. Далекое зарево зари, еще не пришедшей в наш мир, скользнет чуть-чуть по самым верхним листьям самого высокого дерева в лесу, а птица, спавшая на ветке дерева, быть может, самой нижней, проснется и зазвенит хрустальным колокольчиком. Это все – магия. Так же волшебен и художник, касающийся своим словом простого явления и заставляющий его говорить необычно и вдохновенно.

    — Константин Дмитриевич Бальмонт · книга
20. «

    Кошка Катя свернулась клубком в ногах, толстый кот Соус кое-как втиснулся между человеческой спиной и диванными подушками. Наверху лежали, обнявшись, ворона Эсмеральда и влчак Линас, в кабинете дрых без задних ног рыжий чужой сон с крыльями и хвостом, под потолком умиротворенно мерцали призраки, шептались о чем-то своем. В камине сладко спала саламандра Соня, веская причина никогда не съезжать из этой квартиры, которая, по правде сказать, понемногу становится тесновата для такой большой компании. Но тут уж ничего не поделаешь.

    Кошка Катя свернулась клубком в ногах, толстый кот Соус кое-как втиснулся между человеческой спиной и диванными подушками. Наверху лежали, обнявшись, ворона Эсмеральда и влчак Линас, в кабинете дрых без задних ног рыжий чужой сон с крыльями и хвостом, под потолком умиротворенно мерцали призраки, шептались о чем-то своем. В камине сладко спала саламандра Соня, веская причина никогда не съезжать из этой квартиры, которая, по правде сказать, понемногу становится тесновата для такой большой компании. Но тут уж ничего не поделаешь.

    — Макс Фрай · книга