33 цитаты про «мания величия»

33 цитаты про «мания величия»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Когда людей из низов вытаскиваешь наверх, они теряют голову, какими бы красивыми фразами это ни прикрывалось.

   Когда людей из низов вытаскиваешь наверх, они теряют голову, какими бы красивыми фразами это ни прикрывалось.

   — Фрэнсис Скотт Фицджеральд · книга
2. «

   Занятная форма мании величия — прыщи на больном теле пытаются представлять себя смертельным заболеванием.

   Занятная форма мании величия — прыщи на больном теле пытаются представлять себя смертельным заболеванием.

   — Леонид Шебаршин · книга
3. «

   Только у нас можно встретить, казалось бы, невероятное сочетание мании величия с комплексом неполноценности.

   Только у нас можно встретить, казалось бы, невероятное сочетание мании величия с комплексом неполноценности.

   — Евгений Сагаловский · книга
4. «

   И только мания величия Выше всякого приличия.

   И только мания величия Выше всякого приличия.

   — Михаил Николаевич Савояров
5. «

   Весьма легко считать себя великим человеком, если ваш мозг не отягощен ни малейшим подозрением, что на свете жили когда-то Рембрандт, Бетховен, Данте и Наполеон.

   Весьма легко считать себя великим человеком, если ваш мозг не отягощен ни малейшим подозрением, что на свете жили когда-то Рембрандт, Бетховен, Данте и Наполеон.

   — Стефан Цвейг · книга
6. «

   — Ты несешь какой-то бред, парень. — Простите, не я несу бред — это вы просто не догоняете.

   — Ты несешь какой-то бред, парень. — Простите, не я несу бред — это вы просто не догоняете.

   — 11 Доктор · сериал
7. «

   Что же ты, чемпион, ведь в руках миллион. Ты сверкаешь звездой над безликой толпой. А вокруг боль и ад, нищета и разврат. Ведь с Олимпа высот, неузреть нечистот!

   Что же ты, чемпион, ведь в руках миллион. Ты сверкаешь звездой над безликой толпой. А вокруг боль и ад, нищета и разврат. Ведь с Олимпа высот, неузреть нечистот!
8. «

   А великие — страдают ли они манией величия?

   А великие — страдают ли они манией величия?

   — Михаил Владимирович Генин
9. «

   А теперь коротко о себе – тихонечко сижу... на троне...

   А теперь коротко о себе – тихонечко сижу... на троне...
10. «

    Не важно, что у тебя на голове, главное — представь, что на ней корона.

    Не важно, что у тебя на голове, главное — представь, что на ней корона.

    — Пэрис Хилтон
11. «

    Человек, который считает свою зубную боль несчастием всего мира, — явно склонен преувеличивать события.

    Человек, который считает свою зубную боль несчастием всего мира, — явно склонен преувеличивать события.

    — Максим Горький
12. «

    У меня нет мании величия, у меня есть действующий рецепт величия.

    У меня нет мании величия, у меня есть действующий рецепт величия.

    — Эдди Морра · фильм
13. «

    Манией величия-то гораздо приятнее болеть, чем манией преследования!

    Манией величия-то гораздо приятнее болеть, чем манией преследования!

    — Евгений Красницкий · книга
14. «

    Великий страдал отложением солей своего величия.

    Великий страдал отложением солей своего величия.

    — Борис Андреев
15. «

    Американская русофобия — это не русофобия, это американская мания величия. Они себя называют «мастерс ов зе юниверс», то есть «хозяева вселенной, мира». Я встречал совершенно нормальных людей, американцев, которые серьёзно говорили: «Мы — римляне».

    Американская русофобия — это не русофобия, это американская мания величия. Они себя называют «мастерс ов зе юниверс», то есть «хозяева вселенной, мира». Я встречал совершенно нормальных людей, американцев, которые серьёзно говорили: «Мы — римляне».

    — Эдуард Лимонов
16. «

    У нас слишком высокий уровень агрессии и беспредельная мания величия. Нам кажется, что мы настолько хороши, что вот-вот на нас нападут инопланетяне, что вот-вот кто-нибудь нас захватит, и что мы должны против этого бороться. Мы порабощены идеей войны настолько, что видим врага даже в своих фантазиях. Чувство превосходства так глубоко проникло в наше сознание, что нам и в голову не приходит, что для того, чтобы опасаться нападения, для начала нужно его заслужить. Рабы собственного «Я» и своих мелких страхов. Стоит оглядеться, и понимаешь, какие мы глупцы. То, что мы делаем с собой и со своей планетой, не имеет оправдания. И тут думаешь: да кому мы к чёрту нужны? Мы для них всего лишь первобытная комедия.

    У нас слишком высокий уровень агрессии и беспредельная мания величия. Нам кажется, что мы настолько хороши, что вот-вот на нас нападут инопланетяне, что вот-вот кто-нибудь нас захватит, и что мы должны против этого бороться. Мы порабощены идеей войны настолько, что видим врага даже в своих фантазиях. Чувство превосходства так глубоко проникло в наше сознание, что нам и в голову не приходит, что для того, чтобы опасаться нападения, для начала нужно его заслужить. Рабы собственного «Я» и своих мелких страхов. Стоит оглядеться, и понимаешь, какие мы глупцы. То, что мы делаем с собой и со своей планетой, не имеет оправдания. И тут думаешь: да кому мы к чёрту нужны? Мы для них всего лишь первобытная комедия.
17. «

    Говно тоже чувствует себя знаменитостью, когда вокруг него летают мухи.

    Говно тоже чувствует себя знаменитостью, когда вокруг него летают мухи.

    — Макс Пейн · игра
18. «

    В три с половиной года я хотел стать кухаркой, заметьте, кухаркой, а не поваром. В семь лет я возжелал стать Наполеоном, и претензии мои с тех пор стали неуклонно возрастать.

    В три с половиной года я хотел стать кухаркой, заметьте, кухаркой, а не поваром. В семь лет я возжелал стать Наполеоном, и претензии мои с тех пор стали неуклонно возрастать.

    — Сальвадор Дали · книга
19. «

    Лоре нравится думать (это один из ее самых больших секретов), что и в ней самой тоже есть искра незаурядности, толика величия, хотя она сознает, что подобные сладкие подозрения, как некие маленькие бутоны, живут чуть ли не в каждом человеке, живут и так и умирают, не раскрывшись. Толкая тележку в супермаркете или сидя под феном в парикмахерской, она спрашивает себя, а не думают ли и все другие женщины примерно то же самое: вот великая душа, познавшая скорби и радости, вот женщина, которой полагалось бы находиться совсем не здесь, добровольно занимается такими обыденными и, в сущности, такими дурацкими вещами: выбирает помидоры, сушит волосы в парикмахерской, ибо в этом ее долг и творчество. Потому что мир устоял, война закончилась, и наша задача — заводить семьи, рожать и растить детей, создавать не просто книги или картины, а новую, гармоничную вселенную, в которой детям должна быть обеспечена безопасность (если не счастье), а мужчинам, пережившим немыслимые ужасы, сражавшимся храбро и умело, — светлые гостиные, запах духов, крахмальные скатерти, салфетки.

    Лоре нравится думать (это один из ее самых больших секретов), что и в ней самой тоже есть искра незаурядности, толика величия, хотя она сознает, что подобные сладкие подозрения, как некие маленькие бутоны, живут чуть ли не в каждом человеке, живут и так и умирают, не раскрывшись. Толкая тележку в супермаркете или сидя под феном в парикмахерской, она спрашивает себя, а не думают ли и все другие женщины примерно то же самое: вот великая душа, познавшая скорби и радости, вот женщина, которой полагалось бы находиться совсем не здесь, добровольно занимается такими обыденными и, в сущности, такими дурацкими вещами: выбирает помидоры, сушит волосы в парикмахерской, ибо в этом ее долг и творчество. Потому что мир устоял, война закончилась, и наша задача — заводить семьи, рожать и растить детей, создавать не просто книги или картины, а новую, гармоничную вселенную, в которой детям должна быть обеспечена безопасность (если не счастье), а мужчинам, пережившим немыслимые ужасы, сражавшимся храбро и умело, — светлые гостиные, запах духов, крахмальные скатерти, салфетки.

    — Майкл Каннингем · книга
20. «

    Только несчастный человек пытается доказывать, что он счастлив; только мертвый человек старается доказать, что он жив; только трус пытается доказать, что он храбрец. Только человек, знающий свою низменность, пытается доказать свое величие.

    Только несчастный человек пытается доказывать, что он счастлив; только мертвый человек старается доказать, что он жив; только трус пытается доказать, что он храбрец. Только человек, знающий свою низменность, пытается доказать свое величие.

    — Ошо (Бхагван Шри Раджниш)