119 цитат про «миф» от великих людей

Тема «миф» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 119 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Однажды Александр сказал мне: — Мы наиболее одиноки в окружении мифов.

   Однажды Александр сказал мне: — Мы наиболее одиноки в окружении мифов.

   — Птолемей · фильм
2. «

   У человека много повелителей. Первый из них — он сам, а остальные — его близкие, если он хочет жить с ними по-хорошему. Но и у богов есть свои повелители. Над ними восседает Перун, всевидящий и всеслышащий, который решает споры богов, слушает просьбы людей.

   У человека много повелителей. Первый из них — он сам, а остальные — его близкие, если он хочет жить с ними по-хорошему. Но и у богов есть свои повелители. Над ними восседает Перун, всевидящий и всеслышащий, который решает споры богов, слушает просьбы людей.

   — Яромир Слушны · книга
3. «

   Медведь встал на четыре лапы, произведя немало шума, и изрек: — Мы можем разговаривать, о дитя смертного, но ты не должен бояться, потому что под этой звериной шкурой мы носим... ну, не шкурой, в смысле, но только шкурой, мы ведь и в самом деле медведь, лис и большая птица, вот ведь беда какая, в общем, мы... на чем я остановился? — Боги! — проскрипел орел. — Боги? — переспросил Одд. — Ага, боги, — вздохнул медведь. — Я как раз к тому вел. Я Тор, Бог Грома. Орел — Бог Один, Всеотец, величайший из богов. А этот назойливый, ушастый коротышка-лис... — Локи, — спокойно сказал лис. — Кровный брат богам. Самый умный, самый острый на язык, самый блестящий из обитателей Асгарда, по крайней мере, так говорят...

   Медведь встал на четыре лапы, произведя немало шума, и изрек: — Мы можем разговаривать, о дитя смертного, но ты не должен бояться, потому что под этой звериной шкурой мы носим... ну, не шкурой, в смысле, но только шкурой, мы ведь и в самом деле медведь, лис и большая птица, вот ведь беда какая, в общем, мы... на чем я остановился? — Боги! — проскрипел орел. — Боги? — переспросил Одд. — Ага, боги, — вздохнул медведь. — Я как раз к тому вел. Я Тор, Бог Грома. Орел — Бог Один, Всеотец, величайший из богов. А этот назойливый, ушастый коротышка-лис... — Локи, — спокойно сказал лис. — Кровный брат богам. Самый умный, самый острый на язык, самый блестящий из обитателей Асгарда, по крайней мере, так говорят...

   — Нил Гейман · книга
4. «

   История — это правда, которая становится ложью. Миф — это ложь, которая становится правдой.

   История — это правда, которая становится ложью. Миф — это ложь, которая становится правдой.

   — Жан Кокто
5. «

   Она думает, что звёзды – это божьи цветочки, а кролики – гномы на службе Королевы Фей. И каждый раз, когда фея сморкается, на земле рождается ребёночек, что, как мы знаем, не соответствует действительности.

   Она думает, что звёзды – это божьи цветочки, а кролики – гномы на службе Королевы Фей. И каждый раз, когда фея сморкается, на земле рождается ребёночек, что, как мы знаем, не соответствует действительности.

   — Пелам Гренвилл Вудхаус · книга
6. «

   Сказки о нашем времени будут слагаться потом.

   Сказки о нашем времени будут слагаться потом.

   — Джон Рональд Руэл Толкин · книга
7. «

   Миф – это дресс-код нации.

   Миф – это дресс-код нации.

   — Олег Сергеевич Кривченко · книга
8. «

   Сегодня всем хочется разрушать мифы – я нахожу это глупым и вульгарным. Куда легче развенчать легенду, чем ее создать, – и что же, интересно, выиграют, развенчав ее? Зато я знаю, что теряют.

   Сегодня всем хочется разрушать мифы – я нахожу это глупым и вульгарным. Куда легче развенчать легенду, чем ее создать, – и что же, интересно, выиграют, развенчав ее? Зато я знаю, что теряют.

   — Амели Нотомб · книга
9. «

   Мы привыкли оценивать историю с точки зрения абсолютной мифологии. Именно поэтому события Гражданской войны в России давно уже превратились в сказочный эпос, где на златом крыльце под портретом Ленина сидят усатый Чапаев вместе с пулеметчицей Анкой. Произошло это не вдруг и не сразу. Начало было положено в 1929 году, когда Ворошилов сочинил книгу «Сталин и Красная армия». Именно с этих страниц впервые и прозвучал сталинский план разгрома войск Вооруженных сил Юга России генерала Деникина. <...> Спустя год появился фундаментальный трехтомник «Гражданская война 1918–1921 гг.» В этой книге деятельность Троцкого и еще ряда фактических создателей армии молодой Советской республики подавалась как главная причина всех неудач и поражений РККА. После этого, что называется, трубы прорвало. Каждый следующий руководитель государства обязан был быть выдающимся полководцем. Поэтому и удивлялся весь мир, читая, как маршал Жуков всю войну мечтал посоветоваться с политруком Брежневым, а маршал Буденный с упоением писал: «Но особую роль в успешных действиях стрелковых частей и подразделений играли командиры и комиссары полков и батальонов. В числе этих самоотверженных воинов революции был и комиссар 2-го батальона 74-го стрелкового полка 9-й дивизии Никита Сергеевич Хрущев».

   Мы привыкли оценивать историю с точки зрения абсолютной мифологии. Именно поэтому события Гражданской войны в России давно уже превратились в сказочный эпос, где на златом крыльце под портретом Ленина сидят усатый Чапаев вместе с пулеметчицей Анкой. Произошло это не вдруг и не сразу. Начало было положено в 1929 году, когда Ворошилов сочинил книгу «Сталин и Красная армия». Именно с этих страниц впервые и прозвучал сталинский план разгрома войск Вооруженных сил Юга России генерала Деникина. <...> Спустя год появился фундаментальный трехтомник «Гражданская война 1918–1921 гг.» В этой книге деятельность Троцкого и еще ряда фактических создателей армии молодой Советской республики подавалась как главная причина всех неудач и поражений РККА. После этого, что называется, трубы прорвало. Каждый следующий руководитель государства обязан был быть выдающимся полководцем. Поэтому и удивлялся весь мир, читая, как маршал Жуков всю войну мечтал посоветоваться с политруком Брежневым, а маршал Буденный с упоением писал: «Но особую роль в успешных действиях стрелковых частей и подразделений играли командиры и комиссары полков и батальонов. В числе этих самоотверженных воинов революции был и комиссар 2-го батальона 74-го стрелкового полка 9-й дивизии Никита Сергеевич Хрущев».

   — Армен Гаспарян · книга
10. «

    В каждом мифе есть зерно истины.

    В каждом мифе есть зерно истины.

    — Яков · игра
11. «

    Развеян миф. И камня не осталось, холодный ветер дует на пески, и волчий вой, из песни только малость да из проклятья первых две строки. Но вдох и взор и снова пилигримом становится незримая Душа, и вот гарцует Дух непобедимый, мечта стает до боли хороша. По капле исполняются заветы из крови от меча судьбы — то знак, что воздается по делам ответом, отныне и вовек. Да будет так.

    Развеян миф. И камня не осталось, холодный ветер дует на пески, и волчий вой, из песни только малость да из проклятья первых две строки. Но вдох и взор и снова пилигримом становится незримая Душа, и вот гарцует Дух непобедимый, мечта стает до боли хороша. По капле исполняются заветы из крови от меча судьбы — то знак, что воздается по делам ответом, отныне и вовек. Да будет так.
12. «

    Все человеческие проблемы — смотри по списку, от «родился» до «умер» — решаются эффективнее бизнес-администраторами, чем сомнительными высшими силами — парками, мойрами, Ангелами высшего звена, даже самой Девой, к которой массово прибегают за разрешением технических вопросов, не имеющих к ней никакого отношения.

    Все человеческие проблемы — смотри по списку, от «родился» до «умер» — решаются эффективнее бизнес-администраторами, чем сомнительными высшими силами — парками, мойрами, Ангелами высшего звена, даже самой Девой, к которой массово прибегают за разрешением технических вопросов, не имеющих к ней никакого отношения.

    — Людмила Улицкая · книга
13. «

    Минотавр был пленником своего собственного лабиринта.

    Минотавр был пленником своего собственного лабиринта.
14. «

    Если научная фантастика — это мифология современной технологии, то этот миф очень трагичен.

    Если научная фантастика — это мифология современной технологии, то этот миф очень трагичен.

    — Урсула Ле Гуин
15. «

    Неизведанного-то — гораздо больше, чем изведанного... А в объяснениях нуждаются все. Слишком важных вещей это всё касается. Жизни и смерти иногда. Вот и придумывают [люди] себе и близким потихоньку правдоподобные объяснения на все более или менее важные случаи жизни. И начинают в них верить.

    Неизведанного-то — гораздо больше, чем изведанного... А в объяснениях нуждаются все. Слишком важных вещей это всё касается. Жизни и смерти иногда. Вот и придумывают [люди] себе и близким потихоньку правдоподобные объяснения на все более или менее важные случаи жизни. И начинают в них верить.

    — Валерий Рабинович · книга
16. «

    Я часто больше верю легендам и мифам, чем официальной истории. Легенда всегда преувеличивает, но никогда не врёт, а история меняется каждый раз со сменой власти.

    Я часто больше верю легендам и мифам, чем официальной истории. Легенда всегда преувеличивает, но никогда не врёт, а история меняется каждый раз со сменой власти.

    — Михаил Задорнов
17. «

    Чувство величия преходяще. Оно непостоянно и непоследовательно. Отчасти оно зависит от мифотворческого воображения человечества. Человек, испытывающий величие, должен чувствовать миф, в который вплетена его жизнь. Он должен отражать то, что этот миф проецирует на него. И он должен быть прежде всего ироничным — ибо именно ирония удержит его от веры в собственное величие, она — единственное, что даст ему подвижность внутри себя. Без этого качества даже и случайное величие уничтожит человека.

    Чувство величия преходяще. Оно непостоянно и непоследовательно. Отчасти оно зависит от мифотворческого воображения человечества. Человек, испытывающий величие, должен чувствовать миф, в который вплетена его жизнь. Он должен отражать то, что этот миф проецирует на него. И он должен быть прежде всего ироничным — ибо именно ирония удержит его от веры в собственное величие, она — единственное, что даст ему подвижность внутри себя. Без этого качества даже и случайное величие уничтожит человека.

    — Фрэнк Герберт · книга
18. «

    Один известный ученый в XX веке, француз, его зовут Клод Леви Строс, он занимался такой интересной тематикой, он изучал древние мифы. Когда мы рассматриваем древние мифы и легенды, мы их не вполне понимаем. Мы их воспринимаем подчас как загадки. Как вопросы, на которые надо найти ответ. Мы пытаемся эти мифы расшифровать, узнать, что за ними стоит. Леви Строс однажды сообразил. Он сказал: это положение: миф-загадка, миф-вопрос, на который надо найти ответ, это положение надо перевернуть. Надо сказать: миф — древняя легенда — это ответ, на который мы еще не подобрали вопрос.

    Один известный ученый в XX веке, француз, его зовут Клод Леви Строс, он занимался такой интересной тематикой, он изучал древние мифы. Когда мы рассматриваем древние мифы и легенды, мы их не вполне понимаем. Мы их воспринимаем подчас как загадки. Как вопросы, на которые надо найти ответ. Мы пытаемся эти мифы расшифровать, узнать, что за ними стоит. Леви Строс однажды сообразил. Он сказал: это положение: миф-загадка, миф-вопрос, на который надо найти ответ, это положение надо перевернуть. Надо сказать: миф — древняя легенда — это ответ, на который мы еще не подобрали вопрос.

    — Валерий Викторович Петухов
19. «

    Мифы и складываются для того, чтобы их оживляло наше воображение.

    Мифы и складываются для того, чтобы их оживляло наше воображение.

    — Альбер Камю · книга
20. «

    Человек — это существо, изобретающее миф, а затем подстраивающее мир под размерность этого мифа.

    Человек — это существо, изобретающее миф, а затем подстраивающее мир под размерность этого мифа.

    — Александр Лобок