144 лучших мыслей на тему «наблюдение»

Тема «наблюдение» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 144 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Разумный — свободный от всех заблуждений, кроме тех, которые проистекают из наблюдения, опыта и размышлений.

   Разумный — свободный от всех заблуждений, кроме тех, которые проистекают из наблюдения, опыта и размышлений.

   — Амброз Бирс · книга
2. «

   Если день начинается воскресной тишиной, а вы точно знаете, что сегодня среда, значит что-то неладно.

   Если день начинается воскресной тишиной, а вы точно знаете, что сегодня среда, значит что-то неладно.

   — Джон Уиндем · книга
3. «

   Роль наблюдателя и участвующего в создании энергии, пространства, массы и времени, приводит нас на следующую вершину, с которой мы можем наблюдать реальность.

   Роль наблюдателя и участвующего в создании энергии, пространства, массы и времени, приводит нас на следующую вершину, с которой мы можем наблюдать реальность.

   — Стивен Волинский · книга
4. «

   — О-о-о!... Водишь взад-вперёд? Когда чистишь, ты водишь взад-вперёд? Просто я предпочитаю чистить кругами. Даже интересно, как другие Уэллсы чистят зубы. — Ты что, самоубийца? — Просто меня увлекают тонкие различия между нами. — И не очень тонкие. — Какие это? — Например, что я — гений. А ты — кретин.

   — О-о-о!... Водишь взад-вперёд? Когда чистишь, ты водишь взад-вперёд? Просто я предпочитаю чистить кругами. Даже интересно, как другие Уэллсы чистят зубы. — Ты что, самоубийца? — Просто меня увлекают тонкие различия между нами. — И не очень тонкие. — Какие это? — Например, что я — гений. А ты — кретин.

   — Гаррисон Уэллс · сериал
5. «

   Когда вы больше не отождествляетесь со своим разумом, вы вольны жить вне каких-либо ограничений. Быть Буддой – значит стать наблюдателем за собственным интеллектом.

   Когда вы больше не отождествляетесь со своим разумом, вы вольны жить вне каких-либо ограничений. Быть Буддой – значит стать наблюдателем за собственным интеллектом.

   — Садхгуру
6. «

   Я потратила минут двадцать на разглядывание пальца одного из персонажей. Вы когда-нибудь смотрели двадцать минут без отрыва на чей-то палец? Я заметила, насколько гениально природа создала обычный палец, прикрыв его ногтем для защиты фаланги. Интересно, природа во всем так мудра? К концу первого часа я начала замечать другие детали, которые раньше никогда не видела (хотя сталкивалась с картиной больше десяти раз). Тогда я подумала: «Интересно, а какие важные детали в самой себе я никогда не рассматривала?» И быстро нашла ответ: я никогда не обращала внимания на то, насколько я сильная внутренне и насколько могу опереться на себя. Меня множество раз штормило, иногда сил не было совсем, но каждый раз внутренний огонь (который почти погас) снова превращался в пламя. В моей жизни случались куча кризисов, мне часто казалось, что внутренний свет померк, мне хотелось просто лежать и больше не вставать, но каждый раз я поднималась, подходила к зеркалу и говорила: «Ты жива. А это значит, что сегодня еще один день, чтобы все изменить». У каждого из нас есть что-то внутри, чего мы не замечаем.

   Я потратила минут двадцать на разглядывание пальца одного из персонажей. Вы когда-нибудь смотрели двадцать минут без отрыва на чей-то палец? Я заметила, насколько гениально природа создала обычный палец, прикрыв его ногтем для защиты фаланги. Интересно, природа во всем так мудра? К концу первого часа я начала замечать другие детали, которые раньше никогда не видела (хотя сталкивалась с картиной больше десяти раз). Тогда я подумала: «Интересно, а какие важные детали в самой себе я никогда не рассматривала?» И быстро нашла ответ: я никогда не обращала внимания на то, насколько я сильная внутренне и насколько могу опереться на себя. Меня множество раз штормило, иногда сил не было совсем, но каждый раз внутренний огонь (который почти погас) снова превращался в пламя. В моей жизни случались куча кризисов, мне часто казалось, что внутренний свет померк, мне хотелось просто лежать и больше не вставать, но каждый раз я поднималась, подходила к зеркалу и говорила: «Ты жива. А это значит, что сегодня еще один день, чтобы все изменить». У каждого из нас есть что-то внутри, чего мы не замечаем.

   — Лариса Парфентьева · книга
7. «

   Мне нравится звук ее голоса, ее неторопливые, но четкие движения, нравится запах кофе и корицы. Я слушаю и курю. Этого мне вполне достаточно.

   Мне нравится звук ее голоса, ее неторопливые, но четкие движения, нравится запах кофе и корицы. Я слушаю и курю. Этого мне вполне достаточно.

   — Макс Фрай · книга
8. «

   Я впитывала отрывистый ритм их беседы, звук их смеха, скрытые намеки в киваниях головой. Я понимала смысл взаимоотношений, симпатий & неприязни, витавших в помещении, так, как никогда не смогла бы, говори я на их языке. Мы не отдаем себе отчета, насколько язык препятствует коммуникации, пока не лишаемся его, насколько он мешает, перекрывая собой все остальное. То остальное, на которое вы вынуждены обращать больше внимания, если не понимаете слов. Когда приходит понимание языка, многое утрачивается. Отныне вы полагаетесь на слова, а слова далеко не всегда надежная основа.

   Я впитывала отрывистый ритм их беседы, звук их смеха, скрытые намеки в киваниях головой. Я понимала смысл взаимоотношений, симпатий & неприязни, витавших в помещении, так, как никогда не смогла бы, говори я на их языке. Мы не отдаем себе отчета, насколько язык препятствует коммуникации, пока не лишаемся его, насколько он мешает, перекрывая собой все остальное. То остальное, на которое вы вынуждены обращать больше внимания, если не понимаете слов. Когда приходит понимание языка, многое утрачивается. Отныне вы полагаетесь на слова, а слова далеко не всегда надежная основа.

   — Лили Кинг · книга
9. «

   Невозможно одновременно наблюдать и быть внутри того, за чем наблюдаешь.

   Невозможно одновременно наблюдать и быть внутри того, за чем наблюдаешь.

   — Даниэль Шпек · книга
10. «

    Камера, скрытая за камерой, скрытой за камерой.

    Камера, скрытая за камерой, скрытой за камерой.

    — Чак Паланик · книга
11. «

    Я наткнулся на ещё одну душу в этом обречённом уголке земли. Я не знаю её имени, но в ней определенно что-то есть. Наши пути никогда не пересекались, но она выглядит так, как если бы она занималась этим довольно долгое время. Изможденная окружением, окутанная управляемой паникой, регулярно оглядывается через плечо, за чем то наблюдая.

    Я наткнулся на ещё одну душу в этом обречённом уголке земли. Я не знаю её имени, но в ней определенно что-то есть. Наши пути никогда не пересекались, но она выглядит так, как если бы она занималась этим довольно долгое время. Изможденная окружением, окутанная управляемой паникой, регулярно оглядывается через плечо, за чем то наблюдая.

    — Бенедикт Бейкер · игра
12. «

    Прошу извинить, задержался с ооновцами... Скоро восхотят приставить наблюдателей даже к нашим постелям!

    Прошу извинить, задержался с ооновцами... Скоро восхотят приставить наблюдателей даже к нашим постелям!

    — Юрий Никитин · книга
13. «

    По вулицях ходять мертві, та їх не бачить ніхто. Свічки їм не ставлять у церкві. Крізь них проїжджають авто. Ніхто їм не скаже: Здрастуй. Ніхто не присвячує шпальт. У місті не топчуть рясту, у місті топчуть асфальт. Обличчя втомою стерті. Облом. Тарапата. Бедлам. По вулицях ходять мертві. Вони не читають реклам. Не їм сигналять клаксони. Не їм мигтить світлофор. Безсмертні душі безсонні, над ними святий омофор. І там, де тіні простерті каштанів і лип вікових, — по місту блукають мертві, які ще люблять живих.

    По вулицях ходять мертві, та їх не бачить ніхто. Свічки їм не ставлять у церкві. Крізь них проїжджають авто. Ніхто їм не скаже: Здрастуй. Ніхто не присвячує шпальт. У місті не топчуть рясту, у місті топчуть асфальт. Обличчя втомою стерті. Облом. Тарапата. Бедлам. По вулицях ходять мертві. Вони не читають реклам. Не їм сигналять клаксони. Не їм мигтить світлофор. Безсмертні душі безсонні, над ними святий омофор. І там, де тіні простерті каштанів і лип вікових, — по місту блукають мертві, які ще люблять живих.
14. «

    Все глаза смотрят, но немногие из них наблюдают, и ничтожное меньшинство способно видеть.

    Все глаза смотрят, но немногие из них наблюдают, и ничтожное меньшинство способно видеть.

    — Альберт Санчес Пиньоль · книга
15. «

    Понаблюдайте за тостами, ритуальными речами, тренингами, лекциями, митингами, в общем, за любыми выступлениями ораторов. Везде вы встретите одинаковую структуру: вступление, основная часть и заключение. Неважно, что это — торжественный концерт или новогодний тост из трёх предложений.

    Понаблюдайте за тостами, ритуальными речами, тренингами, лекциями, митингами, в общем, за любыми выступлениями ораторов. Везде вы встретите одинаковую структуру: вступление, основная часть и заключение. Неважно, что это — торжественный концерт или новогодний тост из трёх предложений.

    — Александр Куберский · книга
16. «

    Я просидел полдня, издали глядя, как играют другие дети. Я их не боялся. Мне просто нравилось смотреть, какой полной жизнью они живут. Многие дети любят наблюдать за котятами, канарейками или хомяками, я это тоже любил, но наблюдать за живыми детьми было куда забавнее.

    Я просидел полдня, издали глядя, как играют другие дети. Я их не боялся. Мне просто нравилось смотреть, какой полной жизнью они живут. Многие дети любят наблюдать за котятами, канарейками или хомяками, я это тоже любил, но наблюдать за живыми детьми было куда забавнее.

    — Юстейн Гордер · книга
17. «

    Для толпы, даже для царей и низших жрецов у нас много тайн. Мы знаем, как лечить болезни. Мы знаем ход небесных светил. Мы даже знаем, когда должно наступить затмение солнца или луны. Мы можем вызывать мертвых. Чего же больше? Да, мы обладаем великими знаниями, но в них нет ничего таинственного... Тысячи лет мы наблюдали за ходом болезней человека и записывали эти наблюдения. Тысячи раз мы испробовали — сперва на больных рабах — тысячи разных трав, настоев и смесей. Тысячи больных умирали от наших лекарств, но от некоторых они выздоравливали. Мы тщательно записывали все это, сверяли записи, делали выводы. Так ощупью, слепо, опытным путем мы создавали нашу медицину. Почему настой горькой коры известного нам дерева исцеляет лихорадку? Мы не знаем сами. Мы лишь знаем его целебное действие... Тысячи лет мы наблюдали светила неба и записывали наши наблюдения. Сравнивая их, мы заметили закономерность и периодичность многих небесных явлений и научились предсказывать наступление этих явлений... У нас нет других тайн, кроме тысячи накопленных наблюдений. Но и это тайны лишь потому, что наш опыт мы скрываем от непосвященных. И только в этом наше могущество!

    Для толпы, даже для царей и низших жрецов у нас много тайн. Мы знаем, как лечить болезни. Мы знаем ход небесных светил. Мы даже знаем, когда должно наступить затмение солнца или луны. Мы можем вызывать мертвых. Чего же больше? Да, мы обладаем великими знаниями, но в них нет ничего таинственного... Тысячи лет мы наблюдали за ходом болезней человека и записывали эти наблюдения. Тысячи раз мы испробовали — сперва на больных рабах — тысячи разных трав, настоев и смесей. Тысячи больных умирали от наших лекарств, но от некоторых они выздоравливали. Мы тщательно записывали все это, сверяли записи, делали выводы. Так ощупью, слепо, опытным путем мы создавали нашу медицину. Почему настой горькой коры известного нам дерева исцеляет лихорадку? Мы не знаем сами. Мы лишь знаем его целебное действие... Тысячи лет мы наблюдали светила неба и записывали наши наблюдения. Сравнивая их, мы заметили закономерность и периодичность многих небесных явлений и научились предсказывать наступление этих явлений... У нас нет других тайн, кроме тысячи накопленных наблюдений. Но и это тайны лишь потому, что наш опыт мы скрываем от непосвященных. И только в этом наше могущество!

    — Александр Беляев · книга
18. «

    — Меня в это не впутывай. — В каком смысле? — Хочешь расслабиться — расслабляйся! Зачем зыркать в мою сторону и наблюдать за моей реакцией? — Ты следил за мной.

    — Меня в это не впутывай. — В каком смысле? — Хочешь расслабиться — расслабляйся! Зачем зыркать в мою сторону и наблюдать за моей реакцией? — Ты следил за мной.

    — Эшли Карлсон · фильм
19. «

    На обочине дождь превращается в грязь.

    На обочине дождь превращается в грязь.

    — Михаил Сафарбекович Гуцериев
20. «

    Наблюдать хаос, стоя вот так в тени... никогда не думал, что бывает так одиноко.

    Наблюдать хаос, стоя вот так в тени... никогда не думал, что бывает так одиноко.

    — Кота Фудзики · игра