640 цитат на тему «небо»

Собрали 640 цитат на тему «небо» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Хочу проверить, высоко ли я смогу взлететь. Хочу узнать, правда ли это. Правда ли, что небо на самом верху открывается.

   Хочу проверить, высоко ли я смогу взлететь. Хочу узнать, правда ли это. Правда ли, что небо на самом верху открывается.

   — Джо Хилл · книга
2. «

   Великая битва – это ужасно, – сказал старый рыцарь. – Но посреди крови и резни иногда есть и красота, которая может сокрушить сердце. Я никогда не забуду солнце, садящееся над Полем Алых Трав. Десять тысяч человек умерло там, и воздух полон был стонов и стенаний, но над нами небо кипело золотым, алым и оранжевым и было так прекрасно, что я заплакал оттого, что мои сыновья никогда этого не увидят.

   Великая битва – это ужасно, – сказал старый рыцарь. – Но посреди крови и резни иногда есть и красота, которая может сокрушить сердце. Я никогда не забуду солнце, садящееся над Полем Алых Трав. Десять тысяч человек умерло там, и воздух полон был стонов и стенаний, но над нами небо кипело золотым, алым и оранжевым и было так прекрасно, что я заплакал оттого, что мои сыновья никогда этого не увидят.

   — Джордж Мартин · книга
3. «

   — Поисками внеземных цивилизаций человечество занято не первый век. А что мы там ищем? Нам эти цивилизации зачем? — Как зачем?! Для того, чтобы самим себе объяснить смысл своего существования. Что с нами будет после смерти? Кто такой Бог? Что это за звёзды над нами? Что такое бесконечность? Что значит время, которое никогда не кончается? Мы как-то разговаривали с писателем Андреем Битовым, и он сказал потрясающую фразу: «Для меня стопроцентным подтверждением существования Бога является то, что на тему смерти поставлено табу». Кто-то его в самом деле нам поставил, это табу. Мы не знаем, что будет Там. Хотя мы знаем, кажется, уже всё — наука раскрывает тайну за тайной. Поэтому страсть человечества узнать, что происходит там, на других планетах, — это попытка заглянуть в своё будущее. И попытка выяснить: ты вообще что-то значишь на этой Земле? Твоя жизнь — она для чего-то предназначена или это просто вспышка, никем не замеченная? Прошла и прошла... К тому же космос — это так красиво! Как в фильме «Пассажиры», где герои выходят на крыло космического корабля, а вокруг — эта бездна чёрная со светящимися звёздами. Я понимаю, что всё это мультфильм, графика. Но, слушайте, всё равно дух захватывает! И не у меня одного. Когда мы смотрим вверх, что-то же в нас начинает шевелиться. Мыслить начинаем яснее, чище становимся, когда видим звёздное небо над нами.

   — Поисками внеземных цивилизаций человечество занято не первый век. А что мы там ищем? Нам эти цивилизации зачем? — Как зачем?! Для того, чтобы самим себе объяснить смысл своего существования. Что с нами будет после смерти? Кто такой Бог? Что это за звёзды над нами? Что такое бесконечность? Что значит время, которое никогда не кончается? Мы как-то разговаривали с писателем Андреем Битовым, и он сказал потрясающую фразу: «Для меня стопроцентным подтверждением существования Бога является то, что на тему смерти поставлено табу». Кто-то его в самом деле нам поставил, это табу. Мы не знаем, что будет Там. Хотя мы знаем, кажется, уже всё — наука раскрывает тайну за тайной. Поэтому страсть человечества узнать, что происходит там, на других планетах, — это попытка заглянуть в своё будущее. И попытка выяснить: ты вообще что-то значишь на этой Земле? Твоя жизнь — она для чего-то предназначена или это просто вспышка, никем не замеченная? Прошла и прошла... К тому же космос — это так красиво! Как в фильме «Пассажиры», где герои выходят на крыло космического корабля, а вокруг — эта бездна чёрная со светящимися звёздами. Я понимаю, что всё это мультфильм, графика. Но, слушайте, всё равно дух захватывает! И не у меня одного. Когда мы смотрим вверх, что-то же в нас начинает шевелиться. Мыслить начинаем яснее, чище становимся, когда видим звёздное небо над нами.

   — Олег Меньшиков
4. «

   Открой глаза, посмотри на солнце, К тебе удача обязательно вернется, И улыбнется, засмеется звонко, Увидишь небо ты в глазах ребенка.

   Открой глаза, посмотри на солнце, К тебе удача обязательно вернется, И улыбнется, засмеется звонко, Увидишь небо ты в глазах ребенка.
5. «

   Я — луна в полночном небе, но не знающая пятен. Я — жемчужина, изъяном бог меня не покарал. Захворав, бальзам не пей ты, ведь мои целебней бейты, Слог мой, точно финик сладкий, выше всяческих похвал.

   Я — луна в полночном небе, но не знающая пятен. Я — жемчужина, изъяном бог меня не покарал. Захворав, бальзам не пей ты, ведь мои целебней бейты, Слог мой, точно финик сладкий, выше всяческих похвал.

   — Низами Гянджеви
6. «

   Молчат и дремлют небеса, Внизу века идут. Никто не верит в чудеса, Но все их тихо ждут...

   Молчат и дремлют небеса, Внизу века идут. Никто не верит в чудеса, Но все их тихо ждут...

   — Игорь Губерман
7. «

   Расправь крылья и устремись к небу, о котором мы так оба мечтали в своих снах.

   Расправь крылья и устремись к небу, о котором мы так оба мечтали в своих снах.
8. «

   К чему нам небеса — и в бездне есть спасенье.

   К чему нам небеса — и в бездне есть спасенье.
9. «

   Я пойду стучать в небеса... И слушать отзвуки...

   Я пойду стучать в небеса... И слушать отзвуки...

   — Кевин Флинн · фильм
10. «

    Ты, наверное, думаешь, что все межпланетники — убеждённые небожители. Неверно. Мы все очень любим Землю и тоскуем по голубому небу. Это наша болезнь — тоска по голубому небу. Сидишь где-нибудь на Фобосе. Небо бездонное, чёрное. Звёзды, как алмазные иглы, глаза колют. Созвездия кажутся дикими, незнакомыми. И всё вокруг искусственное: воздух искусственный, тепло искусственное, даже вес твой и тот искусственный…

    Ты, наверное, думаешь, что все межпланетники — убеждённые небожители. Неверно. Мы все очень любим Землю и тоскуем по голубому небу. Это наша болезнь — тоска по голубому небу. Сидишь где-нибудь на Фобосе. Небо бездонное, чёрное. Звёзды, как алмазные иглы, глаза колют. Созвездия кажутся дикими, незнакомыми. И всё вокруг искусственное: воздух искусственный, тепло искусственное, даже вес твой и тот искусственный…

    — Аркадий Стругацкий · книга
11. «

    Высоко в небесах, Где нет боли, и нет слова «страх», Там сбываются сны, и находится мир наших грёз. Только Ангел и Бес позабыли про силы небес И дерутся за власть над Королевством из слёз!

    Высоко в небесах, Где нет боли, и нет слова «страх», Там сбываются сны, и находится мир наших грёз. Только Ангел и Бес позабыли про силы небес И дерутся за власть над Королевством из слёз!
12. «

    — Кое-кто мне однажды сказал, что там великие короли прошлого. Они смотрят на нас. — Правда?! — Значит, за нами следят коронованные мертвяки?

    — Кое-кто мне однажды сказал, что там великие короли прошлого. Они смотрят на нас. — Правда?! — Значит, за нами следят коронованные мертвяки?

    — Симба · мультфильм
13. «

    Я легла там на спину и уставилась в равнодушное, безразличное к моим бедам небо. Я сомневалась, живёт ли там Бог и всё его небесное воинство.

    Я легла там на спину и уставилась в равнодушное, безразличное к моим бедам небо. Я сомневалась, живёт ли там Бог и всё его небесное воинство.

    — Вирджиния Эндрюс · книга
14. «

    Разнылось небо под запястьями, тоскует, хочет быть с тобой, но зрелость ждет и кормит баснями — постой, вы встретитесь. Постой...

    Разнылось небо под запястьями, тоскует, хочет быть с тобой, но зрелость ждет и кормит баснями — постой, вы встретитесь. Постой...

    — Аль Квотион · книга
15. «

    У ті часи, страшні, аж волохаті, коли в степах там хто не воював, - от їй хотілось, щоб у неї в хаті на стелі небо хтось намалював. Вона не чула зроду про Растреллі. Вона ходила в степ на буряки. А от якби не сволок, а на стелі - щоб тільки небо, небо і зірки. Уранці глянеш - хочеться літати.

    У ті часи, страшні, аж волохаті, коли в степах там хто не воював, - от їй хотілось, щоб у неї в хаті на стелі небо хтось намалював. Вона не чула зроду про Растреллі. Вона ходила в степ на буряки. А от якби не сволок, а на стелі - щоб тільки небо, небо і зірки. Уранці глянеш - хочеться літати.

    — Лина Васильевна Костенко
16. «

    Как странно чувствуется плечами небо, упругое, живое, прислушивающееся. Как это — вжиться, вчувствоваться, влюбиться, вкричаться, вплакаться, вмолчаться, встрадаться, врадоваться... и выплеснуться вовне, в руки, в глаза, в уши, в губы, в души...

    Как странно чувствуется плечами небо, упругое, живое, прислушивающееся. Как это — вжиться, вчувствоваться, влюбиться, вкричаться, вплакаться, вмолчаться, встрадаться, врадоваться... и выплеснуться вовне, в руки, в глаза, в уши, в губы, в души...

    — Аль Квотион · книга
17. «

    Небо люблю. Сколько угодно могу на него смотреть — не надоедает. А когда не хочу, то просто не смотрю.

    Небо люблю. Сколько угодно могу на него смотреть — не надоедает. А когда не хочу, то просто не смотрю.

    — Харуки Мураками · книга
18. «

    Над ним не было ничего уже, кроме неба, — высокого неба, не ясного, но все-таки неизмеримо высокого, с тихо ползущими по нем серыми облаками. «Как тихо, спокойно и торжественно, совсем не так, как я бежал, — подумал князь Андрей, — не так, как мы бежали, кричали и дрались; совсем не так, как с озлобленными и испуганными лицами тащили друг у друга банник француз и артиллерист, — совсем не так ползут облака по этому высокому бесконечному небу. Как же я не видал прежде этого высокого неба? И как я счастлив, что узнал его наконец. Да! все пустое, все обман, кроме этого бесконечного неба. Ничего, ничего нет, кроме его. Но и того даже нет, ничего нет, кроме тишины, успокоения. И слава Богу!..

    Над ним не было ничего уже, кроме неба, — высокого неба, не ясного, но все-таки неизмеримо высокого, с тихо ползущими по нем серыми облаками. «Как тихо, спокойно и торжественно, совсем не так, как я бежал, — подумал князь Андрей, — не так, как мы бежали, кричали и дрались; совсем не так, как с озлобленными и испуганными лицами тащили друг у друга банник француз и артиллерист, — совсем не так ползут облака по этому высокому бесконечному небу. Как же я не видал прежде этого высокого неба? И как я счастлив, что узнал его наконец. Да! все пустое, все обман, кроме этого бесконечного неба. Ничего, ничего нет, кроме его. Но и того даже нет, ничего нет, кроме тишины, успокоения. И слава Богу!..

    — Лев Николаевич Толстой · книга
19. «

    Не пойми неправильно, но для меня попасть в ад – это угодить на небеса и остаток вечности притворяться нормальной.

    Не пойми неправильно, но для меня попасть в ад – это угодить на небеса и остаток вечности притворяться нормальной.

    — Чак Паланик · книга
20. «

    The sky set out like a pathway But who decides which road we take.

    The sky set out like a pathway But who decides which road we take.