659 глубоких цитат про «небо»

Собрали 659 цитат на тему «небо» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   А ты думаешь, покорить небо так легко, юный принц, — с усмешкой спросил он, — что кто-то рождается, уже умея летать? Нет, это умение ни в ком не закладывается с рождения. Все без исключения рождаются для того, чтобы ползать. А вот учиться летать — это очень тяжёлый труд.

   А ты думаешь, покорить небо так легко, юный принц, — с усмешкой спросил он, — что кто-то рождается, уже умея летать? Нет, это умение ни в ком не закладывается с рождения. Все без исключения рождаются для того, чтобы ползать. А вот учиться летать — это очень тяжёлый труд.

   — Дмитрий Янтарный · книга
2. «

   Oh go and tell the king that the sky is falling in

   Oh go and tell the king that the sky is falling in
3. «

   Когда, подняв свой взор к высоким небесам, Я вижу этот месяц молодой, Встаёт передо мной изогнутая бровь Той, с кем один лишь раз Мне встретиться пришлось!

   Когда, подняв свой взор к высоким небесам, Я вижу этот месяц молодой, Встаёт передо мной изогнутая бровь Той, с кем один лишь раз Мне встретиться пришлось!

   — Отомо Якомоти
4. «

   Не люблю темные стекла, Сквозь них темное небо. Дайте мне войти, откройте двери. Мне снится Черное море, Теплое Черное море, За окнами дождь, но я в него не верю.

   Не люблю темные стекла, Сквозь них темное небо. Дайте мне войти, откройте двери. Мне снится Черное море, Теплое Черное море, За окнами дождь, но я в него не верю.
5. «

   Вы замечали, что когда лежишь, небо ближе?

   Вы замечали, что когда лежишь, небо ближе?

   — Джонатан Троппер · книга
6. «

   Я понимаю, из-за чего люди Врываются на крышу, Расправляют крылья И прыгают повыше, Желая зацепить грудью, Как ковшом — небо. Чтобы грудь не была полой, Чтобы сердце полым не было.

   Я понимаю, из-за чего люди Врываются на крышу, Расправляют крылья И прыгают повыше, Желая зацепить грудью, Как ковшом — небо. Чтобы грудь не была полой, Чтобы сердце полым не было.

   — Надежда Жаглей
7. «

   Между небом и землей не обязательно разрываться — можно просто комфортно существовать, наслаждаясь Божественной их красотой.

   Между небом и землей не обязательно разрываться — можно просто комфортно существовать, наслаждаясь Божественной их красотой.
8. «

   Небо красной зарей глаза режет, а тебе пора уходить, Ты снова куда — то спешишь... Ненавижу моменты, когда слов не найти для тебя, Cложно говорить, когда на волоске над бездной висишь.

   Небо красной зарей глаза режет, а тебе пора уходить, Ты снова куда — то спешишь... Ненавижу моменты, когда слов не найти для тебя, Cложно говорить, когда на волоске над бездной висишь.
9. «

   В синем небе ничего нет, Места нет ни птицам, ни мыслям, Даже смоляных капелек свет В этот полдень становится чистым.

   В синем небе ничего нет, Места нет ни птицам, ни мыслям, Даже смоляных капелек свет В этот полдень становится чистым.

   — Чуя Накахара
10. «

    Вот Скорпион с глазами красными, Распростёртые Орлиные крыла, Глядит Собачка синеглазая, Кольцом сияющим свилась Змея. Орион песней наполняет высь, Снежинки и росу роняя вниз.

    Вот Скорпион с глазами красными, Распростёртые Орлиные крыла, Глядит Собачка синеглазая, Кольцом сияющим свилась Змея. Орион песней наполняет высь, Снежинки и росу роняя вниз.
11. «

    Любите каждый день в своей жизни, Творя добро взамен не просите, Ведь нам на это немного осталось, Чтобы каждый след свой оставил. Я верю в то, что через года Мы осознаем мудрость в словах. Все, что дано, цените, храните, И небеса за все благодарите.

    Любите каждый день в своей жизни, Творя добро взамен не просите, Ведь нам на это немного осталось, Чтобы каждый след свой оставил. Я верю в то, что через года Мы осознаем мудрость в словах. Все, что дано, цените, храните, И небеса за все благодарите.
12. «

    Как это и почему? Мне демон отвечает: «Там гнили облака, какие небеса — такие ангелы».

    Как это и почему? Мне демон отвечает: «Там гнили облака, какие небеса — такие ангелы».
13. «

    Во мне живут рыбы. Они смотрят из меня в окно мира своими пустыми глазами, поблескивая холодной чешуей в свете случайных звезд. Они молча умирают в нагревающейся смеси души и так же молча рождаются вновь. Пугливые мальки сомнений, хищная змеевидная любовь, наэлектризованная страстями, прожорливые акулы ярости и разноцветные ядовитые рыбки улыбок. Они размножаются, пожирают друг друга, прячутся от суеты под камнями памяти и перебирая прозрачными плавниками меня изнутри, молча плывут в неизбежность. Во мне живут рыбы. А я курю и смотрю, как в мое окно льется небо. Я смотрю в него пустыми глазами рыбы, я перебираю его прозрачными пальцами, я вдыхаю воду, я плыву в...

    Во мне живут рыбы. Они смотрят из меня в окно мира своими пустыми глазами, поблескивая холодной чешуей в свете случайных звезд. Они молча умирают в нагревающейся смеси души и так же молча рождаются вновь. Пугливые мальки сомнений, хищная змеевидная любовь, наэлектризованная страстями, прожорливые акулы ярости и разноцветные ядовитые рыбки улыбок. Они размножаются, пожирают друг друга, прячутся от суеты под камнями памяти и перебирая прозрачными плавниками меня изнутри, молча плывут в неизбежность. Во мне живут рыбы. А я курю и смотрю, как в мое окно льется небо. Я смотрю в него пустыми глазами рыбы, я перебираю его прозрачными пальцами, я вдыхаю воду, я плыву в...

    — Аль Квотион · книга
14. «

    Чтобы верить в небо, в котором нуждается наша душа, нет необходимости верить в ад, который наш разум отвергает.

    Чтобы верить в небо, в котором нуждается наша душа, нет необходимости верить в ад, который наш разум отвергает.

    — Хосе Марти
15. «

    И тогда внутри, как звезда на бархате небес, загорится хрустальный сияющий огонек, который сможет разогнать любой мрак… Просто надо помнить, что облака могут закрыть звезды, но потушить их они не в силах.

    И тогда внутри, как звезда на бархате небес, загорится хрустальный сияющий огонек, который сможет разогнать любой мрак… Просто надо помнить, что облака могут закрыть звезды, но потушить их они не в силах.

    — Надежда Кузьмина · книга
16. «

    Du weißt, du wirst mich finden, am Ende unserer Zeit Wenn die Sterne am Himmel verglühen und die Welt sich nicht mehr dreht

    Du weißt, du wirst mich finden, am Ende unserer Zeit Wenn die Sterne am Himmel verglühen und die Welt sich nicht mehr dreht
17. «

    Иногда, когда небо настолько же серое — безупречно серое, можно сказать, отрицание самой идеи цвета — и сгорбленные миллионы поднимают взгляд, тяжело отличить воздух от дефектов зрения, словно все эти плывущие вверх-вниз размытыми завитушками песчинки являют часть самой стихии — дождь, споры, слезы, пленка, грязь. Возможно, в такие моменты небо — всего лишь сумма той грязи, что скопилась в наших глазах.

    Иногда, когда небо настолько же серое — безупречно серое, можно сказать, отрицание самой идеи цвета — и сгорбленные миллионы поднимают взгляд, тяжело отличить воздух от дефектов зрения, словно все эти плывущие вверх-вниз размытыми завитушками песчинки являют часть самой стихии — дождь, споры, слезы, пленка, грязь. Возможно, в такие моменты небо — всего лишь сумма той грязи, что скопилась в наших глазах.

    — Мартин Эмис · книга
18. «

    Радиоволны летят в мёртвую пустоту... Молчит земля, молчит и небо.

    Радиоволны летят в мёртвую пустоту... Молчит земля, молчит и небо.

    — Александр Беляев · книга
19. «

    Если небо затянут тучи И на сердце лежит тревога. Верю, завтра все будет лучше, Даже если сегодня плохо.

    Если небо затянут тучи И на сердце лежит тревога. Верю, завтра все будет лучше, Даже если сегодня плохо.
20. «

    Тот, кого ты любишь, это лезвие. Это скальпель, которым ты препарируешь собственную душу. Это разделочный нож, которым ты безжалостно отсекаешь в себе все лишнее, наносное, ставшее вдруг таким мелким и ненужным. Это бритва, которой ты вскрываешь грудную клетку, обнажая дрожащее сердце, жаждущее самого интимного прикосновения. И вскрыв себя, ты начинаешь бездумно кромсать это небо, чтобы по кусочкам дарить его тому, кого...

    Тот, кого ты любишь, это лезвие. Это скальпель, которым ты препарируешь собственную душу. Это разделочный нож, которым ты безжалостно отсекаешь в себе все лишнее, наносное, ставшее вдруг таким мелким и ненужным. Это бритва, которой ты вскрываешь грудную клетку, обнажая дрожащее сердце, жаждущее самого интимного прикосновения. И вскрыв себя, ты начинаешь бездумно кромсать это небо, чтобы по кусочкам дарить его тому, кого...

    — Аль Квотион · книга