435 фраз на тему «несправедливость», которые цепляют

Собрали 435 цитат на тему «несправедливость» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Если бы мертвые вставали из-за каждой мелкой несправедливости, все, мать твою, кладбища стояли бы пустыми.

   Если бы мертвые вставали из-за каждой мелкой несправедливости, все, мать твою, кладбища стояли бы пустыми.

   — Поппи Брайт · книга
2. «

   Наша ненависть бывает особенно низкой, злобной и жестокой, когда она несправедлива.

   Наша ненависть бывает особенно низкой, злобной и жестокой, когда она несправедлива.

   — Грегори Дэвид Робертс · книга
3. «

   Взгляните! Отбросы превратились в реликвии!

   Взгляните! Отбросы превратились в реликвии!

   — Эми Хемпель · книга
4. «

   0000044. Каждым случаем несправедливости и попрания прав человеческих, вы ослабляете Родину на еще один выпавший кирпичик. В каждом случае несправедливости и попрания прав вы крушите свое Отечество, а не только людей бьете.

   0000044. Каждым случаем несправедливости и попрания прав человеческих, вы ослабляете Родину на еще один выпавший кирпичик. В каждом случае несправедливости и попрания прав вы крушите свое Отечество, а не только людей бьете.
5. «

   Она ни чуть не меньше меня верила в Бога и всегда всем хотела добра. Почему же мне суждено жить, а она, быть может, скоро умрет?

   Она ни чуть не меньше меня верила в Бога и всегда всем хотела добра. Почему же мне суждено жить, а она, быть может, скоро умрет?

   — Анна Франк · книга
6. «

   Страх — вот главное средство приручения. Каждый случай несправедливого отношения усиливает страх. Чувство несправедливости — это нож, оставляющий раны в эмоциональном теле. Эмоциональный яд, в свою очередь, — это наша реакция на то, что мы считаем несправедливостью. Одни раны заживают, но другие заражаются ядом, причем яд этот накапливается. Когда эмоционального яда становится слишком много, возникает потребность избавиться от него, — и мы делаем это, «передавая» отраву кому-то другому. Как именно это происходит? Прежде всего, мы завладеваем чужим вниманием.

   Страх — вот главное средство приручения. Каждый случай несправедливого отношения усиливает страх. Чувство несправедливости — это нож, оставляющий раны в эмоциональном теле. Эмоциональный яд, в свою очередь, — это наша реакция на то, что мы считаем несправедливостью. Одни раны заживают, но другие заражаются ядом, причем яд этот накапливается. Когда эмоционального яда становится слишком много, возникает потребность избавиться от него, — и мы делаем это, «передавая» отраву кому-то другому. Как именно это происходит? Прежде всего, мы завладеваем чужим вниманием.

   — Мигель Руис · книга
7. «

   Монашенки научили нас, что в жизни есть два пути: путь Естества, и путь Благодати. Надо выбирать, по какому пути пойдешь. Благодать не гонится за усладой, покорно принимает презрение, пренебрежение и ненависть, сносит оскорбления и побои. Естество тешит только себя, оно пользуется людьми для услады, оно любит властвовать людьми, все делать только по-своему. Оно предается унынию даже там, где все поет от радости, и свет любви лучится со всех сторон. Нас учили, что каждый, кто выберет путь Благодати, в счастии окончит дни свои. Я буду следовать тебе, что бы в моей жизни не случилось.

   Монашенки научили нас, что в жизни есть два пути: путь Естества, и путь Благодати. Надо выбирать, по какому пути пойдешь. Благодать не гонится за усладой, покорно принимает презрение, пренебрежение и ненависть, сносит оскорбления и побои. Естество тешит только себя, оно пользуется людьми для услады, оно любит властвовать людьми, все делать только по-своему. Оно предается унынию даже там, где все поет от радости, и свет любви лучится со всех сторон. Нас учили, что каждый, кто выберет путь Благодати, в счастии окончит дни свои. Я буду следовать тебе, что бы в моей жизни не случилось.

   — Древо жизни (The Tree of Life) · фильм
8. «

   Несправедливость к кому бы то ни было — это несправедливость к себе.

   Несправедливость к кому бы то ни было — это несправедливость к себе.

   — Дэвид Айк
9. «

   Можно вести борьбу двумя способами: доводами и силою. Первый приличествует людям, второй – животным. Не следует прибегать ко второму, пока есть надежда достигнуть успеха первым. Вести войну можно только для того, чтобы жить в мире, не опасаясь стать жертвой несправедливости.

   Можно вести борьбу двумя способами: доводами и силою. Первый приличествует людям, второй – животным. Не следует прибегать ко второму, пока есть надежда достигнуть успеха первым. Вести войну можно только для того, чтобы жить в мире, не опасаясь стать жертвой несправедливости.

   — Марк Туллий Цицерон · книга
10. «

    Трудно человеку примириться с несправедливостью и бессмысленностью выпадающих на его долю страданий. Человек может очень многое вынести, может вынести страдания, которые ему самому казались непереносимыми. Но труднее всего вынести бессмысленные страдания. Все существо человека возмущается против страданий бессмысленных и невыносимых. Слишком многие люди на земле считают свои страдания несправедливыми, не понимают, почему именно на их долю выпадают мучительные болезни, горькая нужда, неудачи, измены, почему им приходится страдать более, чем людям, которые не лучше их, даже много хуже. Объяснение человеческих несчастий первородным грехом ничего не объясняет, потому что обращено к «общему», а не к «частному». Более счастливые и удачливые, менее страдающие столь же поражены первородным грехом, как и несчастные и непомерно страдающие. Устанавливая пропорциональность между страданием и греховностью, мы уподобляемся утешителям Иова. Невозможно рационализировать человеческую судьбу. Такая рационализация принуждена все считать справедливым и, в сущности, отрицает существование зла. Задача, стоящая перед духовной жизнью, заключается совсем не в том, чтобы объяснить и оправдать страдания жизни, а в том, чтобы их просветлить и духовно пережить. Несение креста и означает духовно просветленное переживание страданий. Нужно нести свой крест жизни и облегчить несение креста другим людям, ближним.

    Трудно человеку примириться с несправедливостью и бессмысленностью выпадающих на его долю страданий. Человек может очень многое вынести, может вынести страдания, которые ему самому казались непереносимыми. Но труднее всего вынести бессмысленные страдания. Все существо человека возмущается против страданий бессмысленных и невыносимых. Слишком многие люди на земле считают свои страдания несправедливыми, не понимают, почему именно на их долю выпадают мучительные болезни, горькая нужда, неудачи, измены, почему им приходится страдать более, чем людям, которые не лучше их, даже много хуже. Объяснение человеческих несчастий первородным грехом ничего не объясняет, потому что обращено к «общему», а не к «частному». Более счастливые и удачливые, менее страдающие столь же поражены первородным грехом, как и несчастные и непомерно страдающие. Устанавливая пропорциональность между страданием и греховностью, мы уподобляемся утешителям Иова. Невозможно рационализировать человеческую судьбу. Такая рационализация принуждена все считать справедливым и, в сущности, отрицает существование зла. Задача, стоящая перед духовной жизнью, заключается совсем не в том, чтобы объяснить и оправдать страдания жизни, а в том, чтобы их просветлить и духовно пережить. Несение креста и означает духовно просветленное переживание страданий. Нужно нести свой крест жизни и облегчить несение креста другим людям, ближним.

    — Николай Александрович Бердяев · книга
11. «

    — Блэк и вы — оба сентиментальные дети! Вечно ноете, жалуетесь, как несправедливо обошлась с вами жизнь! Может быть вы ещё не заметили, но жизнь вообще несправедлива! Ваш блаженный отец был причастен ко всем несправедливостям! — Мой отец был великий человек! — Ваш отец — большая свинья!

    — Блэк и вы — оба сентиментальные дети! Вечно ноете, жалуетесь, как несправедливо обошлась с вами жизнь! Может быть вы ещё не заметили, но жизнь вообще несправедлива! Ваш блаженный отец был причастен ко всем несправедливостям! — Мой отец был великий человек! — Ваш отец — большая свинья!

    — Северус Снегг · фильм
12. «

    Некоторым достаются все почести, а другим бывшие проститутки и поездка в Аризону.

    Некоторым достаются все почести, а другим бывшие проститутки и поездка в Аризону.

    — Линн Маргарет Брэйкен · фильм
13. «

    Я очень ценю в людях чувство юмора, потому что часто это наше единственное оружие против всех гадостей и несправедливостей жизни.

    Я очень ценю в людях чувство юмора, потому что часто это наше единственное оружие против всех гадостей и несправедливостей жизни.

    — Пьер Ришар
14. «

    Жизнь полна несправедливости.

    Жизнь полна несправедливости.

    — Деким · аниме
15. «

    «Моё сердце чуть не выскочило из груди, я едва удержал слёзы. Стыд и беспомощность в этой несправедливости, как туман, затмили мой рассудок. Идти перед отцом, в наручниках, как преступник. Этого я не мог перенести. Он смотрел на меня с огромной любовью, но губы его дрожали, готовые мне что-то сказать, но, не сумев вымолвить ни одного слова»

    «Моё сердце чуть не выскочило из груди, я едва удержал слёзы. Стыд и беспомощность в этой несправедливости, как туман, затмили мой рассудок. Идти перед отцом, в наручниках, как преступник. Этого я не мог перенести. Он смотрел на меня с огромной любовью, но губы его дрожали, готовые мне что-то сказать, но, не сумев вымолвить ни одного слова»

    — Владимир Болтунов · книга
16. «

    – Не просто какая-нибудь вшивая медалишка, – как мальчишка радовался Фаррен Мария. – Теперь-то мне точно ничего не придется тырить, чтобы показать матушке. Да ещё и увольнительная на целую неделю! Может, я и вовсе не вернусь обратно. И что ты тогда будешь делать, сэр Хэл? – Выслежу тебя в том теплом углу, где ты будешь прятаться, и отволоку обратно на войну. И можешь сколько угодно вопить и брыкаться.

    – Не просто какая-нибудь вшивая медалишка, – как мальчишка радовался Фаррен Мария. – Теперь-то мне точно ничего не придется тырить, чтобы показать матушке. Да ещё и увольнительная на целую неделю! Может, я и вовсе не вернусь обратно. И что ты тогда будешь делать, сэр Хэл? – Выслежу тебя в том теплом углу, где ты будешь прятаться, и отволоку обратно на войну. И можешь сколько угодно вопить и брыкаться.

    — Кристофер Банч · книга
17. «

    Только представьте... Это здание пережило революцию, гражданскую войну, блокаду. А вы с вашим казино оказались опаснее любого бедствия. Вы из года в год наживаетесь на обычных людях, но запомните одну простую вещь!... Карман к гробу не пришьёшь. Подумайте об этом на досуге, когда будете пересчитывать свои миллиарды.

    Только представьте... Это здание пережило революцию, гражданскую войну, блокаду. А вы с вашим казино оказались опаснее любого бедствия. Вы из года в год наживаетесь на обычных людях, но запомните одну простую вещь!... Карман к гробу не пришьёшь. Подумайте об этом на досуге, когда будете пересчитывать свои миллиарды.

    — Сергей Разумовский · фильм
18. «

    Согласитесь, есть высшая несправедливость в том, что бессмертная душа волей судьбы вынуждена прозябать в смертном теле — вечная квинтэссенция в бренном флаконе, могучий храм на фундаменте из песка. Создатели мира обладали хорошим чувством юмора.

    Согласитесь, есть высшая несправедливость в том, что бессмертная душа волей судьбы вынуждена прозябать в смертном теле — вечная квинтэссенция в бренном флаконе, могучий храм на фундаменте из песка. Создатели мира обладали хорошим чувством юмора.

    — Генри Лайон Олди · книга
19. «

    Жил-был когда-то мальчик. Он жил в самой несправедливой стране на свете. Ею правили существа, которых по всем человеческим меркам следовало признать выродками. Чего, однако, не произошло.

    Жил-был когда-то мальчик. Он жил в самой несправедливой стране на свете. Ею правили существа, которых по всем человеческим меркам следовало признать выродками. Чего, однако, не произошло.

    — Иосиф Александрович Бродский · книга
20. «

    Представление о справедливости существует лишь в фантазиях образованных людей, природе же она совершенно не свойственна.

    Представление о справедливости существует лишь в фантазиях образованных людей, природе же она совершенно не свойственна.

    — Макс Фрай · книга