86 лучших цитат на тему «Нью-Йорк»

Собрали 86 цитат на тему «Нью-Йорк» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Американские сионисты сами не стремятся на землю обетованную, наоборот, из Израиля уже полмиллиона его граждан перебрались в Штаты. Сами сионисты называют Нью-Йорк крупнейшим еврейским городом мира. В нём живёт почти столько же евреев, сколько и в Израиле…

   Американские сионисты сами не стремятся на землю обетованную, наоборот, из Израиля уже полмиллиона его граждан перебрались в Штаты. Сами сионисты называют Нью-Йорк крупнейшим еврейским городом мира. В нём живёт почти столько же евреев, сколько и в Израиле…

   — Сионизм перед судом истории · фильм
2. «

   Шоферы Нью-Йорка — совсем как сам Нью-Йорк: ни один не уступит ни пяди и всем плевать. Ни сострадания, ни любезности: бампер к бамперу — и вперед. Ясное дело: уступивший хоть дюйм, устроит дорожную аварию, беспорядок, убийство. Машины потекли по дороге сплошь, будто какашки в канализации. Видеть это было дивно, и никто из водителей не злился, они просто смирились с фактами.

   Шоферы Нью-Йорка — совсем как сам Нью-Йорк: ни один не уступит ни пяди и всем плевать. Ни сострадания, ни любезности: бампер к бамперу — и вперед. Ясное дело: уступивший хоть дюйм, устроит дорожную аварию, беспорядок, убийство. Машины потекли по дороге сплошь, будто какашки в канализации. Видеть это было дивно, и никто из водителей не злился, они просто смирились с фактами.

   — Чарльз Буковски · книга
3. «

   Отец говорил мне, что все мы рождаемся в муках и крови... Точно так же рождался и наш великий Город. Но тот Нью-Йорк, который знали мы, те, кто жил и умирал в нем в те жестокие дни, был уничтожен раз и навсегда. И как бы потом ни отстраивали город заново, отныне и во веки веков, он будет таким, словно нас в нем никогда не было!

   Отец говорил мне, что все мы рождаемся в муках и крови... Точно так же рождался и наш великий Город. Но тот Нью-Йорк, который знали мы, те, кто жил и умирал в нем в те жестокие дни, был уничтожен раз и навсегда. И как бы потом ни отстраивали город заново, отныне и во веки веков, он будет таким, словно нас в нем никогда не было!

   — Амстердам Валлон · фильм
4. «

   А вы любите осенний Нью-Йорк, когда дети идут в школу? Я бы прислал вам букет отточенных карандашей, если бы знал ваш адрес... Хотя в анонимности есть своя прелесть.

   А вы любите осенний Нью-Йорк, когда дети идут в школу? Я бы прислал вам букет отточенных карандашей, если бы знал ваш адрес... Хотя в анонимности есть своя прелесть.

   — Джо Фокс · фильм
5. «

   Парень, который видит Америку первым есть на каждом судне. И не думайте, что это случайность. Или оптический обман. Это — судьба. Это те люди, которые всегда имели тот самый момент отпечатанным в их жизни. Даже когда они были ещё детьми можно было заглянуть в их глаза, и если вы вглядитесь достаточно внимательно, вы уже тогда сможете увидеть её, Америку. И я видел Америку много раз.

   Парень, который видит Америку первым есть на каждом судне. И не думайте, что это случайность. Или оптический обман. Это — судьба. Это те люди, которые всегда имели тот самый момент отпечатанным в их жизни. Даже когда они были ещё детьми можно было заглянуть в их глаза, и если вы вглядитесь достаточно внимательно, вы уже тогда сможете увидеть её, Америку. И я видел Америку много раз.

   — Легенда о пианисте (La leggenda del pianista sull'oceano) · фильм
6. «

   Нью-Йорк – это большая деревня!

   Нью-Йорк – это большая деревня!

   — Бен · фильм
7. «

   В исторических трудах последнего времени, особенно в замечательной книге Рассела Шорто «The Island at Center of the World», посвященной Новому Амстердаму, подчеркивается неизменность личной и гражданской свободы, которую завещали Нью-Йорку голландцы.

   В исторических трудах последнего времени, особенно в замечательной книге Рассела Шорто «The Island at Center of the World», посвященной Новому Амстердаму, подчеркивается неизменность личной и гражданской свободы, которую завещали Нью-Йорку голландцы.

   — Эдвард Резерфорд · книга
8. «

   Нью-Йорк очень далеко, даже когда находишься в нем. Он огромен, он больше, чем что-либо на свете, даже когда вглядываешься в него. И кроме того, это самое угрюмое, самое безжизненное место на свете.

   Нью-Йорк очень далеко, даже когда находишься в нем. Он огромен, он больше, чем что-либо на свете, даже когда вглядываешься в него. И кроме того, это самое угрюмое, самое безжизненное место на свете.

   — Уильям Сароян · книга
9. «

   Л. А — самый одинокий и самый жестокий из американских городов; в Нью-Йорке становится неимоверно холодно зимой, но кое-где, в некоторых улочках можно поймать ощущение какого-то сомнительного товарищества. Лос-Анджелес же — просто джунгли.

   Л. А — самый одинокий и самый жестокий из американских городов; в Нью-Йорке становится неимоверно холодно зимой, но кое-где, в некоторых улочках можно поймать ощущение какого-то сомнительного товарищества. Лос-Анджелес же — просто джунгли.

   — Джек Керуак · книга
10. «

    Проклятый Нью-Йорк. То сто лет никого не видишь, а то сталкиваешься по два раза на дню.

    Проклятый Нью-Йорк. То сто лет никого не видишь, а то сталкиваешься по два раза на дню.

    — Люк Райт · фильм
11. «

    Только в Нью-Йорке какой-нибудь парень может одеться как зомби и пройти по улице незамеченным.

    Только в Нью-Йорке какой-нибудь парень может одеться как зомби и пройти по улице незамеченным.

    — Хавьер Эспозито · сериал
12. «

    Он не мог не поморщиться при воспоминании о том, как тогда замер и во всеуслышание объявил: — Нью-Йорк, я люблю тебя. Любить? Никогда. В лучшем случае это было слепым увлечением. И после трех месяцев, прожитых вместе с его воплощенной страстью, после стольких дней и ночей, проведенных с нею и только с нею, та утратила даже ауру былого великолепия. Нью-Йорк был просто городом. Может быть, столицей городов. Столицей — буквально. Он видел ее утром просыпавшейся, как шлюха, и выковыривавшей трупы убитых из щелей в зубах и самоубийц из спутанных волос. Он видел ее поздно ночью, бесстыдно соблазнявшей пороком на грязных боковых улицах. Он наблюдал за ней в жаркий полдень, вяло и безразличной к жестокостям, которые каждый час творились в ее душных переходах.

    Он не мог не поморщиться при воспоминании о том, как тогда замер и во всеуслышание объявил: — Нью-Йорк, я люблю тебя. Любить? Никогда. В лучшем случае это было слепым увлечением. И после трех месяцев, прожитых вместе с его воплощенной страстью, после стольких дней и ночей, проведенных с нею и только с нею, та утратила даже ауру былого великолепия. Нью-Йорк был просто городом. Может быть, столицей городов. Столицей — буквально. Он видел ее утром просыпавшейся, как шлюха, и выковыривавшей трупы убитых из щелей в зубах и самоубийц из спутанных волос. Он видел ее поздно ночью, бесстыдно соблазнявшей пороком на грязных боковых улицах. Он наблюдал за ней в жаркий полдень, вяло и безразличной к жестокостям, которые каждый час творились в ее душных переходах.

    — Клайв Баркер · книга
13. «

    Один из плюсов жизни в Нью-Йорке в том, что не нужно подслащивать свои чувства. Но значит ли это, что мы и вовсе научились обходиться без сахара? Готовы ли мы заменить его суррогатом? Электронная почта вместо лирических песен, шутки вместо стихов — немудрено, что когда приходят настоящие чувства, мы не в состоянии его переварить. Можем ли мы научиться понимать романтику или же у нас выработался неистребимый иммунитет?

    Один из плюсов жизни в Нью-Йорке в том, что не нужно подслащивать свои чувства. Но значит ли это, что мы и вовсе научились обходиться без сахара? Готовы ли мы заменить его суррогатом? Электронная почта вместо лирических песен, шутки вместо стихов — немудрено, что когда приходят настоящие чувства, мы не в состоянии его переварить. Можем ли мы научиться понимать романтику или же у нас выработался неистребимый иммунитет?

    — Кэрри Брэдшоу · сериал
14. «

    Нью-йоркцу, который не ездит на метро, нельзя доверять.

    Нью-йоркцу, который не ездит на метро, нельзя доверять.

    — Моззи · сериал
15. «

    В Нью-Йорке за деньги все можно, это я знаю.

    В Нью-Йорке за деньги все можно, это я знаю.

    — Джером Дэвид Сэлинджер · книга
16. «

    Люблю Нью-Йорк летом, во второй половине дня, когда он совсем пустой. В нем тогда есть что-то чувственное, перезрелое, как будто стоит подставить руки – и в них начнут валиться диковинные плоды.

    Люблю Нью-Йорк летом, во второй половине дня, когда он совсем пустой. В нем тогда есть что-то чувственное, перезрелое, как будто стоит подставить руки – и в них начнут валиться диковинные плоды.

    — Фрэнсис Скотт Фицджеральд · книга
17. «

    Однажды он даже запрограммировал электронные рекламные щиты на Таймс-Сквер, гласившие: «Все леди любят Лео». Случайно, конечно...

    Однажды он даже запрограммировал электронные рекламные щиты на Таймс-Сквер, гласившие: «Все леди любят Лео». Случайно, конечно...

    — Рик Риордан · книга
18. «

    Великая тайна Манхэттена: когда начинается дождь — все такси куда-то исчезают.

    Великая тайна Манхэттена: когда начинается дождь — все такси куда-то исчезают.

    — Финн Вудхаус · сериал
19. «

    — Ты молодец, ты всю жизнь занималась творчеством, не скрывала свою ориентацию и переехала в Бруклин раньше остальных. — Я переехала в Бруклин, потому что Манхэттен стал мне не по карману. А теперь и Бруклин мне не по карману, а все из-за бородатых торговцев сыром и женщин, похожих на Маколея Калкина.

    — Ты молодец, ты всю жизнь занималась творчеством, не скрывала свою ориентацию и переехала в Бруклин раньше остальных. — Я переехала в Бруклин, потому что Манхэттен стал мне не по карману. А теперь и Бруклин мне не по карману, а все из-за бородатых торговцев сыром и женщин, похожих на Маколея Калкина.

    — Лиза Миллер · сериал
20. «

    Если фирменный символ Нью-Йорка — яблоко, то его фирменный звук — вой сирен скорой помощи. Такое впечатление, что каждый день с утра до вечера со всеми происходят несчастные случаи и город должен об этом знать. А сколько ещё безвестных героев? Это жертвы падения в открытые люки или безответной любви к бывшему любовнику. Насколько опасно открытое сердце?

    Если фирменный символ Нью-Йорка — яблоко, то его фирменный звук — вой сирен скорой помощи. Такое впечатление, что каждый день с утра до вечера со всеми происходят несчастные случаи и город должен об этом знать. А сколько ещё безвестных героев? Это жертвы падения в открытые люки или безответной любви к бывшему любовнику. Насколько опасно открытое сердце?

    — Кэрри Брэдшоу · сериал