94 цитаты про «Жизненные цитаты про общественное мнение» от великих людей

94 цитаты про «Жизненные цитаты про общественное мнение»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Социальные психологи снова и снова находят подтверждение тому, что люди считают нужным говорить то, что, по их мнению, наиболее приемлемо в социальном смысле, и что все мы склонны намеренно забывать о том, что мы вовсе не паиньки.

   Социальные психологи снова и снова находят подтверждение тому, что люди считают нужным говорить то, что, по их мнению, наиболее приемлемо в социальном смысле, и что все мы склонны намеренно забывать о том, что мы вовсе не паиньки.

   — Дуглас Кенрик · книга
2. «

   Что такое, в конце концов, внешний блеск? Просто-напросто чувство такта, благодаря которому сеешь, когда тебя никто не видит, и жнёшь, когда ты у всех на виду.

   Что такое, в конце концов, внешний блеск? Просто-напросто чувство такта, благодаря которому сеешь, когда тебя никто не видит, и жнёшь, когда ты у всех на виду.

   — Фрэнсис Скотт Фицджеральд · книга
3. «

   Когда я был молод, я жаждал услышать чужое мнение обо мне и обо всем, созданном мною; теперь я больше всего стремлюсь к тому, чтобы как-нибудь уклониться от этого.

   Когда я был молод, я жаждал услышать чужое мнение обо мне и обо всем, созданном мною; теперь я больше всего стремлюсь к тому, чтобы как-нибудь уклониться от этого.

   — Джером Клапка Джером · книга
4. «

   Его теперь мало волновало, что о нем думают. Есть у старости небольшие преимущества, и это — одно из них.

   Его теперь мало волновало, что о нем думают. Есть у старости небольшие преимущества, и это — одно из них.

   — Иэн Макьюэн · книга
5. «

   Знаешь, опасаться стоит других людей. Посторонних. Они диктуют тебе что делать, чего стоить. И помимо воли ты тратишь собственную жизнь на поиски того, что посторонние велели тебе искать.

   Знаешь, опасаться стоит других людей. Посторонних. Они диктуют тебе что делать, чего стоить. И помимо воли ты тратишь собственную жизнь на поиски того, что посторонние велели тебе искать.

   — Элис Хармон · сериал
6. «

   В глубине души мне всегда было ровно по фигу, что там думают обо мне другие, но в то же самое время это меня очень волновало.

   В глубине души мне всегда было ровно по фигу, что там думают обо мне другие, но в то же самое время это меня очень волновало.

   — Иэн Бэнкс · книга
7. «

   Вот скажи, почему вы, европейцы, думаете, что чем просторнее дом, тем человек в нём счастливее?

   Вот скажи, почему вы, европейцы, думаете, что чем просторнее дом, тем человек в нём счастливее?

   — Мария Фариса · книга
8. «

   — Терпеть не могу людей, которые так трясутся над своей репутацией. Для вас мнение толпы — все, а собственного мнения, если присмотреться, вообще нет. Вот и получается: красивая упаковка, а внутри — пшик. Пусто. Брови парня медленно поползли вверх, глаза округлились. — Это у меня-то нет собственного мнения? — выдохнул он. — А что, есть? — неискренне удивилась я. — Если бы ты не строил из себя крутого, а действительно был крутым, тебя бы не волновало, кто что подумает.

   — Терпеть не могу людей, которые так трясутся над своей репутацией. Для вас мнение толпы — все, а собственного мнения, если присмотреться, вообще нет. Вот и получается: красивая упаковка, а внутри — пшик. Пусто. Брови парня медленно поползли вверх, глаза округлились. — Это у меня-то нет собственного мнения? — выдохнул он. — А что, есть? — неискренне удивилась я. — Если бы ты не строил из себя крутого, а действительно был крутым, тебя бы не волновало, кто что подумает.

   — Анна Гаврилова · книга
9. «

   Не стоит менять направление своего движения, основываясь на чужом мнении.

   Не стоит менять направление своего движения, основываясь на чужом мнении.

   — Майк Машок
10. «

    Любви нет дела до осуждения общества, классовой структуры, пристойности или простого здравого смысла.

    Любви нет дела до осуждения общества, классовой структуры, пристойности или простого здравого смысла.

    — Кейт Мортон · книга
11. «

    Сколько людей, и здоровых и сильных, не отличают своих собственных, богом данных им чувств от чувств общих, уличных. Эти люди и в постель ложатся с тем же распахнутым, для всего подходящим удовольствием, с каким садятся за стол: лишь бы насытиться. И плачут, и смеются они, оглядываясь вокруг — видно, слышно ли, что они плачут и радуются, не потратиться бы на слезы зря.

    Сколько людей, и здоровых и сильных, не отличают своих собственных, богом данных им чувств от чувств общих, уличных. Эти люди и в постель ложатся с тем же распахнутым, для всего подходящим удовольствием, с каким садятся за стол: лишь бы насытиться. И плачут, и смеются они, оглядываясь вокруг — видно, слышно ли, что они плачут и радуются, не потратиться бы на слезы зря.

    — Валентин Григорьевич Распутин · книга
12. «

    Если ты не сумасшедший, но тебя объявили таковым, то все твои протесты только укрепят их в этом мнении.

    Если ты не сумасшедший, но тебя объявили таковым, то все твои протесты только укрепят их в этом мнении.

    — Деннис Лихэйн · книга
13. «

    Когда люди уверяют, будто они безразличны к тому, что о них думают, они по большей части себя обманывают. Обычно они поступают, как им вздумается, в надежде, что никто не прознает об их чудачествах, иногда же они поступают вопреки мнения большинства, ибо их поддерживает признание близких. Право же, нетрудно пренебрегать условностями света, если это пренебрежение — условность, принятая в компании ваших приятелей. В таком случае человек проникается преувеличенным уважением к своей особе. Он удовлетворен собственной храбростью, не испытывая при этом малоприятного чувства опасности. Но жажда признания — пожалуй, самый неистребимый инстинкт цивилизованного человека. Я не верю людям, которые уверяют, что ни в грош не ставят мнения окружающих. Это пустая бравада. По сути дела, они только не страшатся упреков в мелких прегрешениях, убежденные, что никто о таковых не прознает.

    Когда люди уверяют, будто они безразличны к тому, что о них думают, они по большей части себя обманывают. Обычно они поступают, как им вздумается, в надежде, что никто не прознает об их чудачествах, иногда же они поступают вопреки мнения большинства, ибо их поддерживает признание близких. Право же, нетрудно пренебрегать условностями света, если это пренебрежение — условность, принятая в компании ваших приятелей. В таком случае человек проникается преувеличенным уважением к своей особе. Он удовлетворен собственной храбростью, не испытывая при этом малоприятного чувства опасности. Но жажда признания — пожалуй, самый неистребимый инстинкт цивилизованного человека. Я не верю людям, которые уверяют, что ни в грош не ставят мнения окружающих. Это пустая бравада. По сути дела, они только не страшатся упреков в мелких прегрешениях, убежденные, что никто о таковых не прознает.

    — Уильям Сомерсет Моэм · книга
14. «

    Иногда ты пляшешь твист, Иногда пьешь назипам, Говорят, ты фаталист, Алкоголик, наркоман. Никто не любит тебя, Никто не любит тебя.

    Иногда ты пляшешь твист, Иногда пьешь назипам, Говорят, ты фаталист, Алкоголик, наркоман. Никто не любит тебя, Никто не любит тебя.
15. «

    They were careful to exhibit only behaviour Which had been approved by their peer group.

    They were careful to exhibit only behaviour Which had been approved by their peer group.
16. «

    Когда человеку нужно принять трудное и ответственное решение, он скорее поступится своими моральными принципами и объединится с неправым большинством, и даже убедит себя, что мнение большинства – единственно правильное. Даже если речь идет об ужасных и жестоких вещах. На этом основывался механизм геноцида, который, начавшись, со временем только усиливался. Не способные принять и отстаивать собственное мнение люди просто слепо следовали «правильному» мнению большинства.

    Когда человеку нужно принять трудное и ответственное решение, он скорее поступится своими моральными принципами и объединится с неправым большинством, и даже убедит себя, что мнение большинства – единственно правильное. Даже если речь идет об ужасных и жестоких вещах. На этом основывался механизм геноцида, который, начавшись, со временем только усиливался. Не способные принять и отстаивать собственное мнение люди просто слепо следовали «правильному» мнению большинства.

    — Котаро Исака · книга
17. «

    Что касается общественного мнения, …тут есть погода, и есть климат. Ты пытаешься изменить климат, а это требует времени.

    Что касается общественного мнения, …тут есть погода, и есть климат. Ты пытаешься изменить климат, а это требует времени.

    — Джонатан Франзен · книга
18. «

    Лишь немногие в состоянии спокойно высказывать мнения, расходящиеся с предрассудками окружающей среды, большинство же людей вообще неспособно прийти к такого рода мнениям.

    Лишь немногие в состоянии спокойно высказывать мнения, расходящиеся с предрассудками окружающей среды, большинство же людей вообще неспособно прийти к такого рода мнениям.

    — Альберт Эйнштейн
19. «

    Слава — нечто абсолютно внешнее, исходящее от чужих умов. Она существует в том, как на тебя смотрят и держатся с тобой. В этом смысле быть известным все равно, что быть геем, евреем или представителем явного меньшинства: ты — это ты, а люди проецируют на тебя свое представление о тебе.

    Слава — нечто абсолютно внешнее, исходящее от чужих умов. Она существует в том, как на тебя смотрят и держатся с тобой. В этом смысле быть известным все равно, что быть геем, евреем или представителем явного меньшинства: ты — это ты, а люди проецируют на тебя свое представление о тебе.

    — Янн Мартел · книга
20. «

    Высказав с самого начала то, что хотел сказать в заключении, я постараюсь хотя бы в общем виде обозначить те приемы, с помощью которых достигается эффект консенсуса. Первый прием, отправной точкой имеющий постулат, по которому все люди должны иметь мнение, состоит в игнорировании позиции «отказ от ответа». Например, вы спрашиваете: «Одобряете ли Вы правительство Помпиду?» В результате регистрируете: 20% — «да», 50% — «нет», 30% — «нет ответа». Можно сказать: «Доля людей, не одобряющих правительство, превосходит долю тех, кто его одобряет, и в остатке 30% неответивших». Но можно и пересчитать проценты «одобряющих» и «не одобряющих», исключив «неответивших»; Этот простой выбор становится теоретическим приемом фантастической значимости, о чем я и хотел бы немного порассуждать.

    Высказав с самого начала то, что хотел сказать в заключении, я постараюсь хотя бы в общем виде обозначить те приемы, с помощью которых достигается эффект консенсуса. Первый прием, отправной точкой имеющий постулат, по которому все люди должны иметь мнение, состоит в игнорировании позиции «отказ от ответа». Например, вы спрашиваете: «Одобряете ли Вы правительство Помпиду?» В результате регистрируете: 20% — «да», 50% — «нет», 30% — «нет ответа». Можно сказать: «Доля людей, не одобряющих правительство, превосходит долю тех, кто его одобряет, и в остатке 30% неответивших». Но можно и пересчитать проценты «одобряющих» и «не одобряющих», исключив «неответивших»; Этот простой выбор становится теоретическим приемом фантастической значимости, о чем я и хотел бы немного порассуждать.

    — Пьер Бурдье · книга