306 цитат «Жизненные цитаты про общество»: от классиков до современников

306 цитат про «Жизненные цитаты про общество»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Люди, которые нас окружают, не дают нам забыть, где и как мы оступились. Они считают, что имен но наши ошибки достойны того, чтобы записать их для потомков.

   Люди, которые нас окружают, не дают нам забыть, где и как мы оступились. Они считают, что имен но наши ошибки достойны того, чтобы записать их для потомков.

   — Ханна Кент · книга
2. «

   Лорд — это существо, попирающее законы человеческой природы; лорд — это тот, кто в юности имеет права старика, а в старости — все преимущества молодости; развратник, он пользуется уважением порядочных людей; трус, он командует храбрецами; тунеядец, он пожирает плоды чужого труда; невежда, он является обладателем дипломов Кембриджского и Оксфордского университетов; глупец, он слышит в свою честь славословия поэтов; урод, он получает в награду улыбки женщин; Терсит, он носит шлем Ахилла; заяц, он облекается в львиную шкуру. Я не утверждаю, что всякий лорд — обязательно невежда, трус, урод и старый дурак; я только говорю, что он может быть всем этим без всякого ущерба для себя.

   Лорд — это существо, попирающее законы человеческой природы; лорд — это тот, кто в юности имеет права старика, а в старости — все преимущества молодости; развратник, он пользуется уважением порядочных людей; трус, он командует храбрецами; тунеядец, он пожирает плоды чужого труда; невежда, он является обладателем дипломов Кембриджского и Оксфордского университетов; глупец, он слышит в свою честь славословия поэтов; урод, он получает в награду улыбки женщин; Терсит, он носит шлем Ахилла; заяц, он облекается в львиную шкуру. Я не утверждаю, что всякий лорд — обязательно невежда, трус, урод и старый дурак; я только говорю, что он может быть всем этим без всякого ущерба для себя.

   — Виктор Гюго · книга
3. «

   Умные речи и замечания, имеют смысл лишь в умном обществе, в обычном же их прямо-таки ненавидят: чтобы понравиться в таком обществе, надо быть пошлым и ограниченным, а потому, вступая в него, приходится отрекаться от 3/4 своего «я», дабы сравняться с другими.

   Умные речи и замечания, имеют смысл лишь в умном обществе, в обычном же их прямо-таки ненавидят: чтобы понравиться в таком обществе, надо быть пошлым и ограниченным, а потому, вступая в него, приходится отрекаться от 3/4 своего «я», дабы сравняться с другими.

   — Артур Шопенгауэр · книга
4. «

   Котел на столе кипел, в ячейках, шумно бурля, варилась разная снедь. Так и люди – варятся каждый в своей жизни, но все равно оказываются пропитаны общим запахом.

   Котел на столе кипел, в ячейках, шумно бурля, варилась разная снедь. Так и люди – варятся каждый в своей жизни, но все равно оказываются пропитаны общим запахом.

   — Чжан Юэжань · книга
5. «

   У меня нет совершенно никакого желания приспосабливаться к этому глубоко больному обществу.

   У меня нет совершенно никакого желания приспосабливаться к этому глубоко больному обществу.

   — Флоренс Вёрстайл
6. «

   У Жени была четкая гражданская позиция, простая и легко объяснимая. Она всем сердцем любила свою страну, в общем и целом поддерживала действующую власть, уважала, даже восхищалась нынешним лидером, но считала неприемлемыми любые попытки местечковых политиков манипулирования населением. Не умели они играть по-честному, не доросли, заботились не о людях, а о прибыли. Бюджеты оперативно «пилились», мэров, региональных министров и глав департаментов одного за другим сажали, а жители многострадального города N все больше погружались в отчаяние.

   У Жени была четкая гражданская позиция, простая и легко объяснимая. Она всем сердцем любила свою страну, в общем и целом поддерживала действующую власть, уважала, даже восхищалась нынешним лидером, но считала неприемлемыми любые попытки местечковых политиков манипулирования населением. Не умели они играть по-честному, не доросли, заботились не о людях, а о прибыли. Бюджеты оперативно «пилились», мэров, региональных министров и глав департаментов одного за другим сажали, а жители многострадального города N все больше погружались в отчаяние.

   — Александра Макарова · книга
7. «

   Чем больше в руках, тем слаще грехи.

   Чем больше в руках, тем слаще грехи.

   — Михаил Сафарбекович Гуцериев
8. «

   С тех пор как в Отечество приползла демократия, везде появились охранники, даже в школах и детских садах. Можно ли считать нынешнее жизнеустройство правильным, если его приходится так истошно охранять?

   С тех пор как в Отечество приползла демократия, везде появились охранники, даже в школах и детских садах. Можно ли считать нынешнее жизнеустройство правильным, если его приходится так истошно охранять?

   — Юрий Поляков · книга
9. «

   Повышенная тревога, всевозможные расстройства тревожного спектра – одно из самых распространенных явлений в современном обществе. Как ни странно, это во многом связано с общим благополучием. Когда надо выживать, про эмоции думаешь в последнюю очередь. Сейчас задача выживать перед большинством не стоит. И во всей красе расцветает тревога. Плюс стрессы, хроническая усталость, отсутствие физических нагрузок.

   Повышенная тревога, всевозможные расстройства тревожного спектра – одно из самых распространенных явлений в современном обществе. Как ни странно, это во многом связано с общим благополучием. Когда надо выживать, про эмоции думаешь в последнюю очередь. Сейчас задача выживать перед большинством не стоит. И во всей красе расцветает тревога. Плюс стрессы, хроническая усталость, отсутствие физических нагрузок.

   — Елена Патрикеева · книга
10. «

    Большинство считает, что стыдно нынче быть патриотом. Мода запихивет в людей толерантность и аскетизм, одевает в унисекс, оверсайз и маски. Меня периодически тошнит уже от навязанной необходимости соблюдать политкорректность. Общества, по сути, не существует, между поколениями пропасть, между богатыми и бедными бездна. А мы думаем о том, как приезжих торговцев и лиц нетрадиционной ориентации бы не обидеть, да забываем друг о друге, русских гражданах, которые подвергаются, говоря откровенно, методичному уничтожению со всех сторон. И никакого монгольского ига не нужно.

    Большинство считает, что стыдно нынче быть патриотом. Мода запихивет в людей толерантность и аскетизм, одевает в унисекс, оверсайз и маски. Меня периодически тошнит уже от навязанной необходимости соблюдать политкорректность. Общества, по сути, не существует, между поколениями пропасть, между богатыми и бедными бездна. А мы думаем о том, как приезжих торговцев и лиц нетрадиционной ориентации бы не обидеть, да забываем друг о друге, русских гражданах, которые подвергаются, говоря откровенно, методичному уничтожению со всех сторон. И никакого монгольского ига не нужно.

    — Александра Макарова · книга
11. «

    Не знаю, сколько людям нужно объяснять, что каждый твой кошмар, каждая твоя боязнь — это всё продукт далёких лет.

    Не знаю, сколько людям нужно объяснять, что каждый твой кошмар, каждая твоя боязнь — это всё продукт далёких лет.

    — Владимир Вечный · книга
12. «

    Литература разных эпох – настоящая шкатулка с драгоценностями. Она помогает нам больше узнать о себе, потому что отражает ценности людей в различные эпохи. Независимо от того, осознает это автор или нет, представления, предрассудки и проблемы современной ему культуры всегда проникают в его сочинения.

    Литература разных эпох – настоящая шкатулка с драгоценностями. Она помогает нам больше узнать о себе, потому что отражает ценности людей в различные эпохи. Независимо от того, осознает это автор или нет, представления, предрассудки и проблемы современной ему культуры всегда проникают в его сочинения.

    — Клаудия Хохбрунн · книга
13. «

    Жизнь в обществе невозможна без взаимных уступок.

    Жизнь в обществе невозможна без взаимных уступок.

    — Сэмюэл Джонсон (поэт)
14. «

    Вступить в Союз писателей СССР, то есть стать писателем патентованным, проштемпелеванным, в те времена было не легче, чем стать членом масонской ложи. Это был магический круг, переступить который следовало как-то хитро, чуть ли не заклинания творя: членом Союза мог стать автор двух изданных книг; с другой стороны, издать книгу мог только член Союза… Это был нормальный бред советской жизни, одно из его проявлений.

    Вступить в Союз писателей СССР, то есть стать писателем патентованным, проштемпелеванным, в те времена было не легче, чем стать членом масонской ложи. Это был магический круг, переступить который следовало как-то хитро, чуть ли не заклинания творя: членом Союза мог стать автор двух изданных книг; с другой стороны, издать книгу мог только член Союза… Это был нормальный бред советской жизни, одно из его проявлений.

    — Дина Рубина · книга
15. «

    Надменный взгляд презреньем бьёт.

    Надменный взгляд презреньем бьёт.

    — Михаил Сафарбекович Гуцериев
16. «

    Неуверенность в себе, которой учит нас наша мораль удобна с точки зрения общества, но смешна в рамках личности. И когда подлавливаешь человека на черте, не одобряемой моралью, он, потупив глазки в пол, говорит, я знаю, что это не правильно, но вот такой уж я. А проблема в том, что не знает.

    Неуверенность в себе, которой учит нас наша мораль удобна с точки зрения общества, но смешна в рамках личности. И когда подлавливаешь человека на черте, не одобряемой моралью, он, потупив глазки в пол, говорит, я знаю, что это не правильно, но вот такой уж я. А проблема в том, что не знает.

    — Аль Квотион · книга
17. «

    Электрический заряд в электростатической машине, которая стоит на моем письменном столе, приобретает форму зигзагообразной молнии, потому что ищет путь наименьшего сопротивления, — и то же самое происходит в обществе. Верх берет все самое легкое, простое, самое схематичное.

    Электрический заряд в электростатической машине, которая стоит на моем письменном столе, приобретает форму зигзагообразной молнии, потому что ищет путь наименьшего сопротивления, — и то же самое происходит в обществе. Верх берет все самое легкое, простое, самое схематичное.

    — Станислав Лем · книга
18. «

    Жизнь коротка, стеснен ее полет, В суждениях не терпим мы различий. Фальшив отяготивший нас обычай. Средь наших норм, условностей, приличий Добро случайно, злу преграды нет, Рабы успеха, денег и отличий, На мысль и чувство наложив запрет, Предпочитают тьму, их раздражает свет.

    Жизнь коротка, стеснен ее полет, В суждениях не терпим мы различий. Фальшив отяготивший нас обычай. Средь наших норм, условностей, приличий Добро случайно, злу преграды нет, Рабы успеха, денег и отличий, На мысль и чувство наложив запрет, Предпочитают тьму, их раздражает свет.

    — Джордж Гордон Байрон · книга
19. «

    Нынче все подались в программисты, да в айтишники, да в местные начальники – ходят по порноклубам и сдают квартиры нелегальным путем. Офшоры да инвестпортфели. А работать ни-ни. Страна, где всем только бы обедать с утра до вечера.

    Нынче все подались в программисты, да в айтишники, да в местные начальники – ходят по порноклубам и сдают квартиры нелегальным путем. Офшоры да инвестпортфели. А работать ни-ни. Страна, где всем только бы обедать с утра до вечера.

    — Фредрик Бакман · книга
20. «

    В итоге дошло до того, что люди стали меня бояться. Они говорили, что я обладаю разрушающей энергетикой, как Ленин на броневике. Вскрывая острым словом все явные и скрытые пороки, я вызывала тем самым поток грязи в свою сторону, ведь такая правда никому не нравится. Многие привыкли жить, закрыв глаза и уши, боясь посмотреть реальности в лицо. Оголять свое тело на всеобщее обозрение нынче не стыдно, а вот обнажать истинные чувства – неприемлемо.

    В итоге дошло до того, что люди стали меня бояться. Они говорили, что я обладаю разрушающей энергетикой, как Ленин на броневике. Вскрывая острым словом все явные и скрытые пороки, я вызывала тем самым поток грязи в свою сторону, ведь такая правда никому не нравится. Многие привыкли жить, закрыв глаза и уши, боясь посмотреть реальности в лицо. Оголять свое тело на всеобщее обозрение нынче не стыдно, а вот обнажать истинные чувства – неприемлемо.

    — Александра Макарова · книга