194 цитаты «общество потребления» для статуса

Тема «общество потребления» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 194 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   На Земле же сегодня идет гло­бальный спор о путях человечества, о вариантах выхода из об­щего кризиса, в который загоняет нас «золотой миллиард» с его безудержным потреблением. Вот самый главный, самый грубый выбор: есть общества, построенные по типу семьи, и общества, построенные по типу рынка.

   На Земле же сегодня идет гло­бальный спор о путях человечества, о вариантах выхода из об­щего кризиса, в который загоняет нас «золотой миллиард» с его безудержным потреблением. Вот самый главный, самый грубый выбор: есть общества, построенные по типу семьи, и общества, построенные по типу рынка.

   — Сергей Кара-Мурза · книга
2. «

   Ты не должен иметь ничего, что не в состоянии унести на своих плечах.

   Ты не должен иметь ничего, что не в состоянии унести на своих плечах.

   — Джон Кракауэр · книга
3. «

   Фантаст Роберт Шекли в одном из своих рассказов, «Nothing for Something», показывает человека, подписавшего с дьяволом, агентом по продажам, контракт, по которому ему предлагалась вечная жизнь и неограниченный кредит, на который он мог приобрести мраморный дворец, одежду, украшения, множество услуг. Много лет он наслаждался своим богатством и в один прекрасный день получил счёт, по которому должен отработать по контракту. 10 тысяч лет рабом на каменоломнях за пользование дворцом, 25 тысяч лет рабом на галерах за пиры и 50 тысяч лет рабом на плантациях за всё остальное. Впереди у него вечность.

   Фантаст Роберт Шекли в одном из своих рассказов, «Nothing for Something», показывает человека, подписавшего с дьяволом, агентом по продажам, контракт, по которому ему предлагалась вечная жизнь и неограниченный кредит, на который он мог приобрести мраморный дворец, одежду, украшения, множество услуг. Много лет он наслаждался своим богатством и в один прекрасный день получил счёт, по которому должен отработать по контракту. 10 тысяч лет рабом на каменоломнях за пользование дворцом, 25 тысяч лет рабом на галерах за пиры и 50 тысяч лет рабом на плантациях за всё остальное. Впереди у него вечность.

   — Михель Гофман
4. «

   В потребительском обществе наиболее ходким продуктом является оптимизм.

   В потребительском обществе наиболее ходким продуктом является оптимизм.

   — Робер Мерль · книга
5. «

   «Средний американец», невзирая на его внешнюю активность, на самом деле натура очень пассивная. Ему надо подавать все готовым, как избалованному мужу. Скажите ему, какой напиток лучше, — и он будет его пить. Сообщите ему, какая политическая партия выгоднее, — и он будет за нее голосовать. Скажите ему, какой бог «настоящее» — и он будет в него верить. Только не делайте одного — не заставляйте его думать в неслужебные часы. Этого он не любит, и к этому он не привык.

   «Средний американец», невзирая на его внешнюю активность, на самом деле натура очень пассивная. Ему надо подавать все готовым, как избалованному мужу. Скажите ему, какой напиток лучше, — и он будет его пить. Сообщите ему, какая политическая партия выгоднее, — и он будет за нее голосовать. Скажите ему, какой бог «настоящее» — и он будет в него верить. Только не делайте одного — не заставляйте его думать в неслужебные часы. Этого он не любит, и к этому он не привык.

   — Илья Ильф · книга
6. «

   Если нет запретов, не с чем бороться; а как тогда реализуется контроль? Путём отвлечения: тело в неолиберальном обществе окружено неперевариваемым количеством возможностей и соблазнов: большинство из них ведут в направлениях выгодной режиму нормы, другие уводят в сторону от чего-то действительно важного, но в конечном итоге – да, просто оставляют тела высосанными.

   Если нет запретов, не с чем бороться; а как тогда реализуется контроль? Путём отвлечения: тело в неолиберальном обществе окружено неперевариваемым количеством возможностей и соблазнов: большинство из них ведут в направлениях выгодной режиму нормы, другие уводят в сторону от чего-то действительно важного, но в конечном итоге – да, просто оставляют тела высосанными.

   — Виктор Вилисов · книга
7. «

   Что нам мешает жить? Во-первых, очень много ленивых людей – они просто не желают трудиться. Во-вторых, люди очень многого хотят. Вот это общество потребления – оно и формирует человека: вечно несытые, вечно недовольные. Для того чтобы человек был несчастлив, в нем нужно пробудить большие аппетиты, вот и все. То есть сытый, здоровый, одетый человек может быть несчастлив только потому, что он живет, например, не в Майами и не на яхте катается. Если в него поселишь какие-то ложные желания, то ты его сделаешь несчастным. И вот, люди ходят по свету, напичканные ложными желаниями: чего-то хотят, о чем-то мечтают, что-то требуют друг от друга и от жизни, трудиться не очень хотят, жертвенно служить кому-то или чему-то тоже не очень хотят – превратили жизнь в поиск удовольствий. И, конечно, если цель жизни – это удовольствия, то уже счастья в жизни нет. Тогда жизнь – это череда катастроф.

   Что нам мешает жить? Во-первых, очень много ленивых людей – они просто не желают трудиться. Во-вторых, люди очень многого хотят. Вот это общество потребления – оно и формирует человека: вечно несытые, вечно недовольные. Для того чтобы человек был несчастлив, в нем нужно пробудить большие аппетиты, вот и все. То есть сытый, здоровый, одетый человек может быть несчастлив только потому, что он живет, например, не в Майами и не на яхте катается. Если в него поселишь какие-то ложные желания, то ты его сделаешь несчастным. И вот, люди ходят по свету, напичканные ложными желаниями: чего-то хотят, о чем-то мечтают, что-то требуют друг от друга и от жизни, трудиться не очень хотят, жертвенно служить кому-то или чему-то тоже не очень хотят – превратили жизнь в поиск удовольствий. И, конечно, если цель жизни – это удовольствия, то уже счастья в жизни нет. Тогда жизнь – это череда катастроф.

   — Протоиерей Андрей Ткачев
8. «

   — Господа, пожалуйста, съешьте порции и сделайте такие же для тех, кто внизу... Господа... пожалуйста... Прошу вас! Пора начать меня слушать, потому что под нашими ногами умирают люди! — Так, сволочи, делайте что говорит дама или я буду срать на вашу еду каждый день! Я размешаю дерьмо так, что ни кусочка живого не останется, слышите меня?! Будете жрать дерьмо каждый день и скажите то же самое ублюдкам под вами! Поняли меня?! — Кажется сработало... — Очевидно. — Но я такого не ожидала, думала я справлюсь. — Они убеждены. — Дерьмом? — Гораздо эффективнее спонтанной солидарности. — Давай попробуем убедить людей наверху. — Люди наверху меня не послушают. — Почему? — Я не могу срать наверх.

   — Господа, пожалуйста, съешьте порции и сделайте такие же для тех, кто внизу... Господа... пожалуйста... Прошу вас! Пора начать меня слушать, потому что под нашими ногами умирают люди! — Так, сволочи, делайте что говорит дама или я буду срать на вашу еду каждый день! Я размешаю дерьмо так, что ни кусочка живого не останется, слышите меня?! Будете жрать дерьмо каждый день и скажите то же самое ублюдкам под вами! Поняли меня?! — Кажется сработало... — Очевидно. — Но я такого не ожидала, думала я справлюсь. — Они убеждены. — Дерьмом? — Гораздо эффективнее спонтанной солидарности. — Давай попробуем убедить людей наверху. — Люди наверху меня не послушают. — Почему? — Я не могу срать наверх.

   — Имогири · фильм
9. «

   Если вы перестанете уподобляться американским сорокалетним шопоголичкам и скупать все, на чем есть табличка SALE, то вы перестанете обрастать раздражающими пылесобирателями на полках и в мозгах. И тогда вы будете в шоке, как вдруг подпрыгнут ваше внимание и трудоспособность.

   Если вы перестанете уподобляться американским сорокалетним шопоголичкам и скупать все, на чем есть табличка SALE, то вы перестанете обрастать раздражающими пылесобирателями на полках и в мозгах. И тогда вы будете в шоке, как вдруг подпрыгнут ваше внимание и трудоспособность.

   — Франц Вертфоллен · книга
10. «

    — Посмотри на них, Шарль. Как они молоды и красивы, все как один. <...> И ты знаешь, о чем они говорят? — Нет, — ответил я. — О своих девайсах, черт подери! Повытаскивали свои дурацкие гаджеты и меряются, у кого из них больше гигов... Ужасно, правда? Как подумаешь, что это им предстоит обеспечивать нашу спокойную старость! <...> Нет, серьезно, друзья, вы меня огорчаете... Да в вашем возрасте вы должны умирать от любви! Писать стихи! Замышлять Революцию! Грабить богатых! Паковать рюкзаки и уезжать на край света! Пытаться переделать мир! Но гигабайты?! Фу... Даже не знаю... Чего уж тогда не кредиты на покупку жилья?

    — Посмотри на них, Шарль. Как они молоды и красивы, все как один. <...> И ты знаешь, о чем они говорят? — Нет, — ответил я. — О своих девайсах, черт подери! Повытаскивали свои дурацкие гаджеты и меряются, у кого из них больше гигов... Ужасно, правда? Как подумаешь, что это им предстоит обеспечивать нашу спокойную старость! <...> Нет, серьезно, друзья, вы меня огорчаете... Да в вашем возрасте вы должны умирать от любви! Писать стихи! Замышлять Революцию! Грабить богатых! Паковать рюкзаки и уезжать на край света! Пытаться переделать мир! Но гигабайты?! Фу... Даже не знаю... Чего уж тогда не кредиты на покупку жилья?

    — Анна Гавальда · книга
11. «

    — Люди ни о чем не говорят. — Ну как это может быть! — Да-да. Ни о чём. Сыплют названиями — марки автомобилей, моды, плавательные бассейны и ко всему прибавляют: «Как шикарно!» Все они твердят одно и то же. Как трещотки. А в кафе включают ящики анекдотов и слушают всё те же старые остроты или включают музыкальную стену и смотрят, как по ней бегут цветные узоры, но ведь всё это совершенно беспредметно, так — переливы красок.

    — Люди ни о чем не говорят. — Ну как это может быть! — Да-да. Ни о чём. Сыплют названиями — марки автомобилей, моды, плавательные бассейны и ко всему прибавляют: «Как шикарно!» Все они твердят одно и то же. Как трещотки. А в кафе включают ящики анекдотов и слушают всё те же старые остроты или включают музыкальную стену и смотрят, как по ней бегут цветные узоры, но ведь всё это совершенно беспредметно, так — переливы красок.

    — Рэй Брэдбери · книга
12. «

    Приобретать нужно не то, что хочется, а то, что необходимо. А необходимо только то, без чего нельзя обойтись. А обойтись нельзя только без ума.

    Приобретать нужно не то, что хочется, а то, что необходимо. А необходимо только то, без чего нельзя обойтись. А обойтись нельзя только без ума.
13. «

    К жизни надо относиться философски. В самих по себе материальных ценностях и в самом по себе комфорте счастья нет, никогда не было и не будет, и искать его в этих вещах бессмысленно. Вопрос в том, в каком состоянии находится человек, что у него в душе́. <...> Огромное количество людей блу́дят вот в этом, как в трёх соснах и постоянно ведут некую погоню за горизонтом, которая их же выматывает, и не только их, но выматывает и окружающих.

    К жизни надо относиться философски. В самих по себе материальных ценностях и в самом по себе комфорте счастья нет, никогда не было и не будет, и искать его в этих вещах бессмысленно. Вопрос в том, в каком состоянии находится человек, что у него в душе́. <...> Огромное количество людей блу́дят вот в этом, как в трёх соснах и постоянно ведут некую погоню за горизонтом, которая их же выматывает, и не только их, но выматывает и окружающих.

    — Сергей Александрович Михеев
14. «

    Нам объяснили, что исследовать внешний космос слишком дорого, а внутренний — слишком опасно, нас обещали сделать равными Богу, а превратили в занятое изнурительной и бессмысленной суетой стадо потребителей, поклоняющихся «кумирам на час».

    Нам объяснили, что исследовать внешний космос слишком дорого, а внутренний — слишком опасно, нас обещали сделать равными Богу, а превратили в занятое изнурительной и бессмысленной суетой стадо потребителей, поклоняющихся «кумирам на час».

    — Илья Кормильцев
15. «

    Общество же, вместо того чтобы признать опасность подобного явления, поощряет его, так как заинтересовано в увеличении количества послушных потребителей, питающих систему, а люди не понимают, какая расплата их ждет: их индивидуальность так и останется недоразвитой или вообще погибнет.

    Общество же, вместо того чтобы признать опасность подобного явления, поощряет его, так как заинтересовано в увеличении количества послушных потребителей, питающих систему, а люди не понимают, какая расплата их ждет: их индивидуальность так и останется недоразвитой или вообще погибнет.

    — Дарио Салас Соммэр · книга
16. «

    Музыку ведь редко воспринимают серьёзно. Моё глубокое убеждение, что средний человек боится музыки. Музыка — разрушитель его обыденного мироощущения. Она бесплотна, но способна воздействовать. Она не обязательна, поскольку создается искусственно, но в то же время всегда присутствует везде — в шумах, в ритмике. Это тайна, которая разрушает линейный мир причинно-следственных связей. Попробуйте поставить обычному человеку серьёзную музыку и заставьте его её слышать (а не слушать), то есть чтобы она звучала не просто как фон. Вы увидите, как ему будет неуютно. Именно поэтому он нуждается в таком количестве как бы «стёртой» музыки, которая создавала бы впечатление, что музыка есть, но в то же время убивала бы её сущность. Огромным количеством такой музыки, звучащей вокруг, современный человек загораживается от тайны музыки настоящей. То есть музыка звучит, чтобы её не слышать.

    Музыку ведь редко воспринимают серьёзно. Моё глубокое убеждение, что средний человек боится музыки. Музыка — разрушитель его обыденного мироощущения. Она бесплотна, но способна воздействовать. Она не обязательна, поскольку создается искусственно, но в то же время всегда присутствует везде — в шумах, в ритмике. Это тайна, которая разрушает линейный мир причинно-следственных связей. Попробуйте поставить обычному человеку серьёзную музыку и заставьте его её слышать (а не слушать), то есть чтобы она звучала не просто как фон. Вы увидите, как ему будет неуютно. Именно поэтому он нуждается в таком количестве как бы «стёртой» музыки, которая создавала бы впечатление, что музыка есть, но в то же время убивала бы её сущность. Огромным количеством такой музыки, звучащей вокруг, современный человек загораживается от тайны музыки настоящей. То есть музыка звучит, чтобы её не слышать.

    — Илья Кормильцев
17. «

    Ты приезжаешь на презентацию новой коллекции сумок «Tod's» и видишь всех этих фурий, которые с горящими глазами мечутся, как во время пожара, разбрасывая локтями продавцов и сметая с полок все, что на них выложено. А потом, ночью, встречаешь их же в новом, только что открытом ресторане, претендующем быть на гребне волны в этом месяце. Видишь всех этих жующих и выпивающих манекенов с чувством выполненной миссии на лицах. И у тебя остается четкое ощущение, что смыслом жизни для них является потратить за один день все заработанное на еду, аксессуары и одежду. Пожалуй, они счастливы только в короткий момент оплаты за покупку. В те несколько минут, когда меняют свои деньги на плотские удовольствия.

    Ты приезжаешь на презентацию новой коллекции сумок «Tod's» и видишь всех этих фурий, которые с горящими глазами мечутся, как во время пожара, разбрасывая локтями продавцов и сметая с полок все, что на них выложено. А потом, ночью, встречаешь их же в новом, только что открытом ресторане, претендующем быть на гребне волны в этом месяце. Видишь всех этих жующих и выпивающих манекенов с чувством выполненной миссии на лицах. И у тебя остается четкое ощущение, что смыслом жизни для них является потратить за один день все заработанное на еду, аксессуары и одежду. Пожалуй, они счастливы только в короткий момент оплаты за покупку. В те несколько минут, когда меняют свои деньги на плотские удовольствия.

    — Сергей Минаев · книга
18. «

    Вся наша западная цивилизация строится по принципу максимального обеспечения людей отмычками для дофаминовых рецепторов в мозгу, удовольствие считается высшей целью. При этом героин как главная дофаминовая отмычка воспрещён, — ещё бы, этот товар уничтожает конкуренцию.

    Вся наша западная цивилизация строится по принципу максимального обеспечения людей отмычками для дофаминовых рецепторов в мозгу, удовольствие считается высшей целью. При этом героин как главная дофаминовая отмычка воспрещён, — ещё бы, этот товар уничтожает конкуренцию.

    — Святослав Элис · книга
19. «

    Мы изобрели гору лишних потребностей, мы должны постоянно покупать и бросать. Так мы растрачиваем нашу жизнь. Когда я покупаю что-то или когда ты покупаешь, ты платишь не деньгами, а временем своей жизни — нужно постоянно работать, чтобы заработать ещё и ещё купить. Но жизнь нельзя купить, ёе можно только потратить. И плачевно тратить жизнь, теряя свою свободу.

    Мы изобрели гору лишних потребностей, мы должны постоянно покупать и бросать. Так мы растрачиваем нашу жизнь. Когда я покупаю что-то или когда ты покупаешь, ты платишь не деньгами, а временем своей жизни — нужно постоянно работать, чтобы заработать ещё и ещё купить. Но жизнь нельзя купить, ёе можно только потратить. И плачевно тратить жизнь, теряя свою свободу.

    — Хосе Мухика
20. «

    Стиглер называет капитализм экономикой мотивации, работающей до степени собственной контрпродуктивности: она с такой силой эксплуатирует либидинальные ресурсы тел, что они просто лишаются сил дальше хотеть и быть мотивированными. Думаю, многим знакомо состояние, когда отчётливо хочешь делать ничего, – это, кажется, одно из выражений психополитики на телесном уровне.

    Стиглер называет капитализм экономикой мотивации, работающей до степени собственной контрпродуктивности: она с такой силой эксплуатирует либидинальные ресурсы тел, что они просто лишаются сил дальше хотеть и быть мотивированными. Думаю, многим знакомо состояние, когда отчётливо хочешь делать ничего, – это, кажется, одно из выражений психополитики на телесном уровне.

    — Виктор Вилисов · книга