48 цитат на тему «одержимость»

Тема «одержимость» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 48 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Энтузиазм — это вирус, такой же, как любопытство или одержимость.

   Энтузиазм — это вирус, такой же, как любопытство или одержимость.

   — Чайна Мьевиль · книга
2. «

   Ты никогда не состаришься для скалолазания, если ты этим одержим.

   Ты никогда не состаришься для скалолазания, если ты этим одержим.

   — Сильвестр Сталлоне
3. «

   Одержимый злом уязвим, если уничтожить то, что ему дороже всего. Можно освободить марионеток, если разорвать связывающие их нити.

   Одержимый злом уязвим, если уничтожить то, что ему дороже всего. Можно освободить марионеток, если разорвать связывающие их нити.

   — Номикон · мультфильм
4. «

   Если вы не можете себе чего-то позволить, значит, вы не можете это заполучить. Вам остается только восхищаться. В этом мире так много красивых людей, что дух захватывает. Нет необходимости вести себя словно влюбленный подросток и устраивать переполох.

   Если вы не можете себе чего-то позволить, значит, вы не можете это заполучить. Вам остается только восхищаться. В этом мире так много красивых людей, что дух захватывает. Нет необходимости вести себя словно влюбленный подросток и устраивать переполох.

   — Прист · книга
5. «

   Kiss me as if you're punching me, until my lips bleed Hold me until my ribs make a cracking sound and break.

   Kiss me as if you're punching me, until my lips bleed Hold me until my ribs make a cracking sound and break.
6. «

   Я одержим идеей запечатления невинности в глазах перед тем, как она перерастет в страх. Это тонкая грань между черным, белым, серым.

   Я одержим идеей запечатления невинности в глазах перед тем, как она перерастет в страх. Это тонкая грань между черным, белым, серым.

   — Марк Джефферсон · игра
7. «

   Все начинается с того, что ваш возлюбленный дарует вам пьянящую, сводящую с ума дозу того, о чем вы не смели даже мечтать — эмоциональный спидбол ошеломляющей любви и возбуждения. Вскоре вы начинаете жаждать того внимания с болезненной одержимостью наркомана. Когда у вас это отнимают, вам плохо, вы сходите с ума, не говоря об обиде на дилера, который изначально сподвиг вас на эту зависимость, а теперь отказывается выкладывать этот кайф. Черт его побери! А ведь раньше он давал вам это бесплатно. А дальше вы обескровленная трясетесь в углу и знаете что продали бы душу за то, чтобы заполучить это еще хоть раз. Тем временем объект вашего обожания начинает испытывать к вам отвращение. Он смотрит на вас так, как будто первый раз видит. И что самое смешное вы не можете его в этом винить. Потом вы посмотрите на себя со стороны вы ужасно выглядите, вы даже сами себя не узнаете! Потом вы достигаете конечно пункта страстной влюбленности, полного и безжалостного уничтожения себя.

   Все начинается с того, что ваш возлюбленный дарует вам пьянящую, сводящую с ума дозу того, о чем вы не смели даже мечтать — эмоциональный спидбол ошеломляющей любви и возбуждения. Вскоре вы начинаете жаждать того внимания с болезненной одержимостью наркомана. Когда у вас это отнимают, вам плохо, вы сходите с ума, не говоря об обиде на дилера, который изначально сподвиг вас на эту зависимость, а теперь отказывается выкладывать этот кайф. Черт его побери! А ведь раньше он давал вам это бесплатно. А дальше вы обескровленная трясетесь в углу и знаете что продали бы душу за то, чтобы заполучить это еще хоть раз. Тем временем объект вашего обожания начинает испытывать к вам отвращение. Он смотрит на вас так, как будто первый раз видит. И что самое смешное вы не можете его в этом винить. Потом вы посмотрите на себя со стороны вы ужасно выглядите, вы даже сами себя не узнаете! Потом вы достигаете конечно пункта страстной влюбленности, полного и безжалостного уничтожения себя.

   — Элизабет Гилберт · фильм
8. «

   Я себя приучила любить тебя без надрыва, И не ждать каждый день, как спасенья, твоих звонков, Одержимость — когда ты, как-будто стоишь у обрыва, А любовь — это шанс избежать двух последних шагов. Ревновать я себе очень строго тебя запретила, Ты со мной потому, что другая тебе не нужна! Одержимость — когда страсть подобна тротилу, А любовь — когда в страсти ты все же нежна, Я себя научила не лезть в твою зону комфорта, Для двоих эта зона порой нереально тесна, Одержимость — когда за присест ты съедаешь пол торта, А любовь — это будто ты вечно чуть-чуть голодна... Я себе обещала всегда говорить тебе правду! А нужна ли тебе я? Ну это не мне ведь решать... Одержимость — когда удержать даже силою надо, А любовь — рядом быть, но при этом совсем не держать...

   Я себя приучила любить тебя без надрыва, И не ждать каждый день, как спасенья, твоих звонков, Одержимость — когда ты, как-будто стоишь у обрыва, А любовь — это шанс избежать двух последних шагов. Ревновать я себе очень строго тебя запретила, Ты со мной потому, что другая тебе не нужна! Одержимость — когда страсть подобна тротилу, А любовь — когда в страсти ты все же нежна, Я себя научила не лезть в твою зону комфорта, Для двоих эта зона порой нереально тесна, Одержимость — когда за присест ты съедаешь пол торта, А любовь — это будто ты вечно чуть-чуть голодна... Я себе обещала всегда говорить тебе правду! А нужна ли тебе я? Ну это не мне ведь решать... Одержимость — когда удержать даже силою надо, А любовь — рядом быть, но при этом совсем не держать...
9. «

   В людях, которых сильно и постоянно занимает одна мысль или одна страсть, заметно что-то общее, какое-то внешнее сходство в обращенье, как бы ни были, впрочем, различны их качества, способности, положение в свете и воспитание.

   В людях, которых сильно и постоянно занимает одна мысль или одна страсть, заметно что-то общее, какое-то внешнее сходство в обращенье, как бы ни были, впрочем, различны их качества, способности, положение в свете и воспитание.

   — Иван Сергеевич Тургенев · книга
10. «

    Одержимость какой-либо идеей — это тоже своего рода тирания.

    Одержимость какой-либо идеей — это тоже своего рода тирания.

    — Кадир · игра
11. «

    Странно, что, когда ты одержим каким-то желанием, тебе совершенно понятна и близка одержимость другого, пусть даже по иному совсем поводу.

    Странно, что, когда ты одержим каким-то желанием, тебе совершенно понятна и близка одержимость другого, пусть даже по иному совсем поводу.

    — Эрленд Лу · книга
12. «

    Желанная Цель. Мастер говорит об этом: «Ты знай действительность своего характера, чтобы Всевышний сам помогал тебе». Нуждаться. Скажем, быть жалким. От человека требуется, чтобы он знал истинность нужды и жалобности, дабы научится путям избавления от этого. Как человек может избавится от того, чего не знает? Ничто не является таким сильным, как нужда, потому что она вынуждает всех склонить голову. К кому твоя жалость? В чем твоя нужда, эй путник? Мы много хотим. Мы хотим все. Мы своими руками закрываем себя в тюрьме наших желаний и потребностей. Ты склоняешь голову перед владеющим тем, в чем ты нуждаешься. Если ты нуждаешься в душевном гневе, месте, силе, деньгах, то становишься рабом. Но самая большая наша нужда — в справедливости. Любовь к тебе забрала у меня себя. Мне ты нужна, ты... Я горю каждый день.. Я не радуюсь твоему присутствию, не огорчаюсь твоему отсутствию. Я тешусь твоей любовью. Мне ты нужна, ты. Твоя любовь убивает влюбленных, погружает в море любви. Наполняет изменениями.. Снял бы я цепи любви... Сошел бы сума... Полез бы в горы... Это ты превращаешь вчерашнее в день. Мне ты нужна, ты. Если меня убьют, мой пепел взлетит на небо... Моя земля позовет меня. Но, я ни на Земле не уместился, ни на небесах. А что они называют раем? Несколько садов и несколько гурий? Желающим отдай это. Я много плакал по тебе... Мне ты нужна, ты. Ты моя нужда... Моя желанная цель. Эй, путник, а конец любви — это избавление от нужды. Добиться желаемого, то есть любви, когда ты не нуждаешься ни в чем, кроме любимого. Мы нуждаемся в правде, действительности. А любовь ведущая к истине — это место, где кончается нужда.

    Желанная Цель. Мастер говорит об этом: «Ты знай действительность своего характера, чтобы Всевышний сам помогал тебе». Нуждаться. Скажем, быть жалким. От человека требуется, чтобы он знал истинность нужды и жалобности, дабы научится путям избавления от этого. Как человек может избавится от того, чего не знает? Ничто не является таким сильным, как нужда, потому что она вынуждает всех склонить голову. К кому твоя жалость? В чем твоя нужда, эй путник? Мы много хотим. Мы хотим все. Мы своими руками закрываем себя в тюрьме наших желаний и потребностей. Ты склоняешь голову перед владеющим тем, в чем ты нуждаешься. Если ты нуждаешься в душевном гневе, месте, силе, деньгах, то становишься рабом. Но самая большая наша нужда — в справедливости. Любовь к тебе забрала у меня себя. Мне ты нужна, ты... Я горю каждый день.. Я не радуюсь твоему присутствию, не огорчаюсь твоему отсутствию. Я тешусь твоей любовью. Мне ты нужна, ты. Твоя любовь убивает влюбленных, погружает в море любви. Наполняет изменениями.. Снял бы я цепи любви... Сошел бы сума... Полез бы в горы... Это ты превращаешь вчерашнее в день. Мне ты нужна, ты. Если меня убьют, мой пепел взлетит на небо... Моя земля позовет меня. Но, я ни на Земле не уместился, ни на небесах. А что они называют раем? Несколько садов и несколько гурий? Желающим отдай это. Я много плакал по тебе... Мне ты нужна, ты. Ты моя нужда... Моя желанная цель. Эй, путник, а конец любви — это избавление от нужды. Добиться желаемого, то есть любви, когда ты не нуждаешься ни в чем, кроме любимого. Мы нуждаемся в правде, действительности. А любовь ведущая к истине — это место, где кончается нужда.
13. «

    Огромная ошибка людей состоит в том, что от человека, одержимого страстью, они требуют тех же поступков, что и от не одержимого, и чаще всего меряют его поступки по себе, по своему хладнокровному здравому поведению. Бедные неодержимые люди!

    Огромная ошибка людей состоит в том, что от человека, одержимого страстью, они требуют тех же поступков, что и от не одержимого, и чаще всего меряют его поступки по себе, по своему хладнокровному здравому поведению. Бедные неодержимые люди!

    — Владимир Солоухин · книга
14. «

    Если ты одержим какой-то мыслью, то она подстерегает тебя на каждом шагу, даже в воздухе ты чуешь её запах.

    Если ты одержим какой-то мыслью, то она подстерегает тебя на каждом шагу, даже в воздухе ты чуешь её запах.

    — Томас Манн (писатель) · книга
15. «

    То, что очаровывает нас, также ведет и защищает. Страстная одержимость чем-нибудь, что мы любим — парусами, самолетами, идеями, — и неудержимый магический поток прокладывает нам путь вперед, низводя до нуля значительность правил, здравый смысл и разногласия, перенося нас через глубочайшие ущелья различий во мнениях. Без силы этой любви мы становимся лодками, увязшими в штиле на море беспросветной скуки, а это смертельно.

    То, что очаровывает нас, также ведет и защищает. Страстная одержимость чем-нибудь, что мы любим — парусами, самолетами, идеями, — и неудержимый магический поток прокладывает нам путь вперед, низводя до нуля значительность правил, здравый смысл и разногласия, перенося нас через глубочайшие ущелья различий во мнениях. Без силы этой любви мы становимся лодками, увязшими в штиле на море беспросветной скуки, а это смертельно.

    — Ричард Бах · книга
16. «

    Суть одержимости не в войнах, как склонны считать некоторые, и не в великих событиях. У нее иной масштаб, и она очень редко дает о себе знать открыто, редко вторгается в души, в плоть и кровь. Нет, я видел эту одержимость в мелочах, в бессмысленных, банальных ссорах, в непонимании, в грубых и оскорбительных словах, порой срывающихся с уст близких друзей. А иногда и с уст возлюбленных. Ну ладно, нам незачем призывать сатану, чтобы началась война, мы сами начинаем ее, сами...

    Суть одержимости не в войнах, как склонны считать некоторые, и не в великих событиях. У нее иной масштаб, и она очень редко дает о себе знать открыто, редко вторгается в души, в плоть и кровь. Нет, я видел эту одержимость в мелочах, в бессмысленных, банальных ссорах, в непонимании, в грубых и оскорбительных словах, порой срывающихся с уст близких друзей. А иногда и с уст возлюбленных. Ну ладно, нам незачем призывать сатану, чтобы началась война, мы сами начинаем ее, сами...

    — Уильям Питер Блэтти · книга
17. «

    Если посвящать все время какому-то одному делу в ущерб дружескому общению и спокойным размышлениям о жизни, немудрено потерять самого себя.

    Если посвящать все время какому-то одному делу в ущерб дружескому общению и спокойным размышлениям о жизни, немудрено потерять самого себя.

    — Диана Сеттерфилд · книга
18. «

    Вы одержимы, утратили здравый смысл во имя реализации безумных идей, которые приносят безумные деньги. Так еще и пропагандируете эти идеи, это маниакальное стремление к успеху любой ценой! Призываете жить одним днем, покупать и потреблять, игнорируя реальность. В погоне за навязанными рекламой идеалами люди гибнут, а на их месте остаются лишь манекены, мертвые внутри, но тщательно вылизанные снаружи.

    Вы одержимы, утратили здравый смысл во имя реализации безумных идей, которые приносят безумные деньги. Так еще и пропагандируете эти идеи, это маниакальное стремление к успеху любой ценой! Призываете жить одним днем, покупать и потреблять, игнорируя реальность. В погоне за навязанными рекламой идеалами люди гибнут, а на их месте остаются лишь манекены, мертвые внутри, но тщательно вылизанные снаружи.

    — Александра Макарова · книга
19. «

    Вы говорите от себя мои слова Был, Приходил, Любил, Ласкал Ждал, Караулил скрип ступенек Ох это буйство, эта одержимость Я караулил, ждал в засаде В досаде готовый умереть от ожиданья На улице молчанье острило карандаш Такси пророкотало и уплыл куда-то рокот Я ждал, я караулил приглушённые голоса Перед дверьми вникал в язык дверей Стерёг все шёпоты домов Знакомые предметы и приметы Ждал призрака, ждал появленья Ждал каких-то беглых каторжников Ждал Ждал Боже правый Ждал Нежданный весь в поту Нет, нет глупец Тупица Неслышными шагами по мягкому ковру Вхожу с трудом Любил, любил, любил ли ты и не знаешь как Любил, в прошедшем времени Любил Любил, Любил, Любил, Любил Ох, это буйство

    Вы говорите от себя мои слова Был, Приходил, Любил, Ласкал Ждал, Караулил скрип ступенек Ох это буйство, эта одержимость Я караулил, ждал в засаде В досаде готовый умереть от ожиданья На улице молчанье острило карандаш Такси пророкотало и уплыл куда-то рокот Я ждал, я караулил приглушённые голоса Перед дверьми вникал в язык дверей Стерёг все шёпоты домов Знакомые предметы и приметы Ждал призрака, ждал появленья Ждал каких-то беглых каторжников Ждал Ждал Боже правый Ждал Нежданный весь в поту Нет, нет глупец Тупица Неслышными шагами по мягкому ковру Вхожу с трудом Любил, любил, любил ли ты и не знаешь как Любил, в прошедшем времени Любил Любил, Любил, Любил, Любил Ох, это буйство

    — Луи Арагон
20. «

    Безразличие — вот идеал одержимого.

    Безразличие — вот идеал одержимого.

    — Эмиль Мишель Чоран (Сьоран)