166 фраз на тему «океан», которые цепляют

166 цитат про «океан»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Что может быть приятнее шума океана...

   Что может быть приятнее шума океана...

   — Билл (друг Джеймса) · фильм
2. «

   Они плескались и скользили в воде, наслаждаясь невесомостью панцирей. Перед ними лежал весь океан.

   Они плескались и скользили в воде, наслаждаясь невесомостью панцирей. Перед ними лежал весь океан.

   — Наталия Немцова · книга
3. «

   На правде сермяжной не переплыть океан бумажный.

   На правде сермяжной не переплыть океан бумажный.

   — Валентин Петрович Рычков
4. «

   Насыщая влагой берега, взращивая летние травы, питая водоплавающих птиц, укрываясь в тени старых каменных мостов, летом отражая плывущие по небу облака, а зимой уходя под лед, река, исполненная спокойной решимости, молча устремлялась к океану.

   Насыщая влагой берега, взращивая летние травы, питая водоплавающих птиц, укрываясь в тени старых каменных мостов, летом отражая плывущие по небу облака, а зимой уходя под лед, река, исполненная спокойной решимости, молча устремлялась к океану.

   — Харуки Мураками · книга
5. «

   Знаешь ли ты что океан — огромная снежинка, величайшая снежинка на свете? Вечно в движении, тысячи красок и форм, и никогда не повторяется.

   Знаешь ли ты что океан — огромная снежинка, величайшая снежинка на свете? Вечно в движении, тысячи красок и форм, и никогда не повторяется.

   — Рэй Брэдбери · книга
6. «

   Я доверял океану и чувствовал, как океан любит меня. Нас прочно связывали какие-то тайные нити-струны, я ощущал, как они натягивались всякий раз, когда я удалялся от него. Сейчас океан был рядом, и я был счастлив. Стоя у борта, я как будто слышал его зов из глубины и готов был пойти на этот зов не задумываясь. Акулы и другие морские хищники пугали меня не больше, чем медведи и волки в лесу. Не мог же я не плавать в океане только потому, что там водятся акулы, и не ходить в лес из-за страха встретиться с медведем. Кроме того, акулы представлялись мне как бы малыми частицами одного общего сознания Океана, не способными на враждебные действия без его воли.

   Я доверял океану и чувствовал, как океан любит меня. Нас прочно связывали какие-то тайные нити-струны, я ощущал, как они натягивались всякий раз, когда я удалялся от него. Сейчас океан был рядом, и я был счастлив. Стоя у борта, я как будто слышал его зов из глубины и готов был пойти на этот зов не задумываясь. Акулы и другие морские хищники пугали меня не больше, чем медведи и волки в лесу. Не мог же я не плавать в океане только потому, что там водятся акулы, и не ходить в лес из-за страха встретиться с медведем. Кроме того, акулы представлялись мне как бы малыми частицами одного общего сознания Океана, не способными на враждебные действия без его воли.

   — Слава Курилов · книга
7. «

   В океане жизнь всюду — от экватора до полюсов, от поверхности до глубин почти в десять километров.

   В океане жизнь всюду — от экватора до полюсов, от поверхности до глубин почти в десять километров.

   — Александр Беляев · книга
8. «

   Все-таки океан – это нечто грандиозное. Планета. Параллельный мир, где живут разумные существа: киты, акулы, дельфины.

   Все-таки океан – это нечто грандиозное. Планета. Параллельный мир, где живут разумные существа: киты, акулы, дельфины.

   — Виктория Токарева · книга
9. «

   Небо — это перевернутый океан. Время от времени он обрушивается на нас, умывая дома и холмы морской водой.

   Небо — это перевернутый океан. Время от времени он обрушивается на нас, умывая дома и холмы морской водой.

   — Фредерик Бегбедер · книга
10. «

    Свобода океана манит человека, но свобода никогда не дается даром. За нее тоже приходится платить отказом от безопасности сухопутной жизни.

    Свобода океана манит человека, но свобода никогда не дается даром. За нее тоже приходится платить отказом от безопасности сухопутной жизни.

    — Стивен Каллахэн · книга
11. «

    Смотрю, смотрю — и всегда одинаков, любим, близок мне океан.

    Смотрю, смотрю — и всегда одинаков, любим, близок мне океан.

    — Владимир Маяковский
12. «

    Можешь ли ты измерить милосердие Божие? Грехи самого плохого человека пред милосердием Божиим как горстка песка в океане. Нет греха, который мог бы победить Его благоутробие. Разве могут проделки ребенка победить любовь матери? Если мать так любит своего ребенка, то как же безгранично любит нас Бог, Который доказал Свою любовь на деле, распявшись на Кресте? Апостол Петр трижды отрекся от Господа, и покаяние вновь соделало его апостолом. Великий гонитель христиан апостол Павел через покаяние стал первоверховным апостолом. Блудниц, разбойников, мытарей и многих других грешников освятило покаяние. Посему отгони тесноту душевную и обличения совести, исполнись надежды, прими дерзновение и отвергни всякий помысл отчаяния.

    Можешь ли ты измерить милосердие Божие? Грехи самого плохого человека пред милосердием Божиим как горстка песка в океане. Нет греха, который мог бы победить Его благоутробие. Разве могут проделки ребенка победить любовь матери? Если мать так любит своего ребенка, то как же безгранично любит нас Бог, Который доказал Свою любовь на деле, распявшись на Кресте? Апостол Петр трижды отрекся от Господа, и покаяние вновь соделало его апостолом. Великий гонитель христиан апостол Павел через покаяние стал первоверховным апостолом. Блудниц, разбойников, мытарей и многих других грешников освятило покаяние. Посему отгони тесноту душевную и обличения совести, исполнись надежды, прими дерзновение и отвергни всякий помысл отчаяния.

    — Ефрем Филофейский
13. «

    Возможность получать подобна океану. Проблема в том, что большинство людей подходит к этому океану возможностей с чайной ложкой.

    Возможность получать подобна океану. Проблема в том, что большинство людей подходит к этому океану возможностей с чайной ложкой.

    — Джим Рон
14. «

    Об акулах я старался не думать: за этими мыслями по пятам следовал страх.

    Об акулах я старался не думать: за этими мыслями по пятам следовал страх.

    — Слава Курилов · книга
15. «

    Прыжок в бескрайний океан с кормы огромного советского парохода, трехдневный заплыв в воде, кишащей просоветскими акулами, в сторону неведомых Филиппин; кто еще мог такое сотворить, если не русский интеллектуал, спортсмен и йог Слава Курилов.

    Прыжок в бескрайний океан с кормы огромного советского парохода, трехдневный заплыв в воде, кишащей просоветскими акулами, в сторону неведомых Филиппин; кто еще мог такое сотворить, если не русский интеллектуал, спортсмен и йог Слава Курилов.

    — Слава Курилов · книга
16. «

    Никогда не понять, где начинается океан, и где он заканчивается, — улыбнулась двухсотлетняя черепаха. — Мир гораздо больше того, что видишь. Приходит время, и все мы вырастаем из своих скорлупок и отправляемся дальше. Смотрите. Там, наверху, сияет созвездие Большой Черепахи. Её звезды — это глаза наших предков, которым стали малы их панцири. Они сбросили их и поднялись в небо. И сейчас они очень счастливы. Вы родились. А значит, жизнь продолжается! Их мудрость будет жить в вас. А потом в ваших детях, и в ваших внуках и правнуках…

    Никогда не понять, где начинается океан, и где он заканчивается, — улыбнулась двухсотлетняя черепаха. — Мир гораздо больше того, что видишь. Приходит время, и все мы вырастаем из своих скорлупок и отправляемся дальше. Смотрите. Там, наверху, сияет созвездие Большой Черепахи. Её звезды — это глаза наших предков, которым стали малы их панцири. Они сбросили их и поднялись в небо. И сейчас они очень счастливы. Вы родились. А значит, жизнь продолжается! Их мудрость будет жить в вас. А потом в ваших детях, и в ваших внуках и правнуках…

    — Наталия Немцова · книга
17. «

    Я читала твоё письмо на океане, океан читал со мной. Тебе не мешает такой читатель? Ибо ни один человеческий глаз никогда не прочитает ни одной твоей строчки ко мне.

    Я читала твоё письмо на океане, океан читал со мной. Тебе не мешает такой читатель? Ибо ни один человеческий глаз никогда не прочитает ни одной твоей строчки ко мне.

    — Марина Цветаева
18. «

    И небо к нам летит в огнях и ранах — тяжелое, широкое, ночное, а посреди большого океана нас только двое.

    И небо к нам летит в огнях и ранах — тяжелое, широкое, ночное, а посреди большого океана нас только двое.

    — Аль Квотион · книга
19. «

    Тина загребла песок и стала засыпать кладку. Слёзы мешали ей, но она сделала ещё двенадцать ложных ям. Она совсем обессилила, но продолжала рыть, всё дальше отползая от единственного гнезда. Наконец на горизонте показались лапы Огненной Черепахи. Лучи восходящего солнца карабкались вверх, царапая небо. Облака стали медленно окрашиваться в розовый цвет. Тина поспешила прочь

    Тина загребла песок и стала засыпать кладку. Слёзы мешали ей, но она сделала ещё двенадцать ложных ям. Она совсем обессилила, но продолжала рыть, всё дальше отползая от единственного гнезда. Наконец на горизонте показались лапы Огненной Черепахи. Лучи восходящего солнца карабкались вверх, царапая небо. Облака стали медленно окрашиваться в розовый цвет. Тина поспешила прочь

    — Наталия Немцова · книга
20. «

    Вера — это как океан. Не заплывайте слишком глубоко, иначе акулы вас проглотят. Живите своей мерой и ходите по царскому пути.

    Вера — это как океан. Не заплывайте слишком глубоко, иначе акулы вас проглотят. Живите своей мерой и ходите по царскому пути.

    — Гавриил Ургебадзе