15 цитат «оппозиция» для статуса

Собрали 15 цитат на тему «оппозиция» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   — А ты? — А чего — я? Мне мнение не нужно, я всегда в оппозиции. То есть я поеду, но если чего пойдет не так — отметь в своих мемуарах, что я был против. — А если все пойдет как надо? — Тогда про меня вообще не пиши. Тебе лишь бы бумагу попортить, а мне жить с такой репутацией...

   — А ты? — А чего — я? Мне мнение не нужно, я всегда в оппозиции. То есть я поеду, но если чего пойдет не так — отметь в своих мемуарах, что я был против. — А если все пойдет как надо? — Тогда про меня вообще не пиши. Тебе лишь бы бумагу попортить, а мне жить с такой репутацией...

   — Сергей Чичин · книга
2. «

   Оппозиция существует всегда, — нравоучительно сказала баба, усаживаясь рядом. — Просто её скандальность обратно пропорциональна силе.

   Оппозиция существует всегда, — нравоучительно сказала баба, усаживаясь рядом. — Просто её скандальность обратно пропорциональна силе.

   — Ольга Громыко · книга
3. «

   Оппозиция в политике — партия, которая удерживает правительство от буйного помешательства, подрезая ему поджилки.

   Оппозиция в политике — партия, которая удерживает правительство от буйного помешательства, подрезая ему поджилки.

   — Амброз Бирс · книга
4. «

   Они даже могут произносить трескучие речи и рядиться в красивые оппозиционные одежды, но при первом же звонке, максимум при втором, дадут деру или бухнутся хозяину в ноги с причитаниями: «Мы же не герои, мы обычные люди, что с нас взять?» Будто не лгать и не предавать — это героизм, а не норма. Они давно уронили планку нормы, чтобы выглядеть прилично в ряду таких же, всё себе прощающих людей.

   Они даже могут произносить трескучие речи и рядиться в красивые оппозиционные одежды, но при первом же звонке, максимум при втором, дадут деру или бухнутся хозяину в ноги с причитаниями: «Мы же не герои, мы обычные люди, что с нас взять?» Будто не лгать и не предавать — это героизм, а не норма. Они давно уронили планку нормы, чтобы выглядеть прилично в ряду таких же, всё себе прощающих людей.

   — Александр Подрабинек
5. «

   …поскольку лишения явно не были вызваны необходимостью, неизбежно возникала оппозиция.

   …поскольку лишения явно не были вызваны необходимостью, неизбежно возникала оппозиция.

   — Джордж Оруэлл · книга
6. «

   Оппозиция хочет сжульничать. Она ведет себя как наперсточник на вокзале. Так ведут себя те, кто на самом деле жаждет не выборов, а хочет совершить под выборный шумок государственный переворот. Такие выборы — всего лишь ширма, всего лишь фикция, ибо нет в украинском законодательстве норм, по которым данные выборы могли быть организованы.

   Оппозиция хочет сжульничать. Она ведет себя как наперсточник на вокзале. Так ведут себя те, кто на самом деле жаждет не выборов, а хочет совершить под выборный шумок государственный переворот. Такие выборы — всего лишь ширма, всего лишь фикция, ибо нет в украинском законодательстве норм, по которым данные выборы могли быть организованы.

   — Елена Бондаренко
7. «

   В Думе нашей всё прекрасненько, Оппозиции там не видать, Голосуют все единогласненько - Удивительная благодать!

   В Думе нашей всё прекрасненько, Оппозиции там не видать, Голосуют все единогласненько - Удивительная благодать!

   — Владимир Вольфович Жириновский
8. «

   Власть потеряла голову, а оппозиция ее не нашла.

   Власть потеряла голову, а оппозиция ее не нашла.

   — Леонид Шебаршин · книга
9. «

   Мы должны любить Родину и постоянно играть на том плохом, что есть в народе. Такова участь оппозиции.

   Мы должны любить Родину и постоянно играть на том плохом, что есть в народе. Такова участь оппозиции.

   — Владимир Вольфович Жириновский
10. «

    А в Нижнем Новгороде вообще смешно получилось: на несогласованный митинг Навального не пустила полиция. При этом не помешав трибуну записать в отделении, на фоне находящегося при исполнении полицейского, записать обращение к соратникам с призывом выходить на улицу даже и без него. Несмотря на призыв, на улицу никто не вышел (а мы, напомню, как раз и ценим стабильность), но вот что во всей этой истории интересно: это то, что полиция, как будто уберегала Алексея Навального от беды. Если кто не знает, то я напомню, что Алексей Анатольевич Навальный — единственный в нашей стране человек с двумя условными сроками (один из которых по тяжкой статье) и при этом ещё и с действующим загранпаспортом. И вот с таким-то счастьем и на свободе, Алексей Анатольевич ходит по тонкой грани имени Ильдара Дадина: более двух административных нарушений в течение 180 дней грозят нарушителю уголовным преследованием. Два административных нарушения за последние 180 дней у Навального есть. Совершить третье ему не позволили полицейские. Ответ на вопрос: «почему?» я предлагаю поискать читателю самостоятельно.

    А в Нижнем Новгороде вообще смешно получилось: на несогласованный митинг Навального не пустила полиция. При этом не помешав трибуну записать в отделении, на фоне находящегося при исполнении полицейского, записать обращение к соратникам с призывом выходить на улицу даже и без него. Несмотря на призыв, на улицу никто не вышел (а мы, напомню, как раз и ценим стабильность), но вот что во всей этой истории интересно: это то, что полиция, как будто уберегала Алексея Навального от беды. Если кто не знает, то я напомню, что Алексей Анатольевич Навальный — единственный в нашей стране человек с двумя условными сроками (один из которых по тяжкой статье) и при этом ещё и с действующим загранпаспортом. И вот с таким-то счастьем и на свободе, Алексей Анатольевич ходит по тонкой грани имени Ильдара Дадина: более двух административных нарушений в течение 180 дней грозят нарушителю уголовным преследованием. Два административных нарушения за последние 180 дней у Навального есть. Совершить третье ему не позволили полицейские. Ответ на вопрос: «почему?» я предлагаю поискать читателю самостоятельно.

    — Максим Кононенко
11. «

    — Скажите, вы поддерживаете нынешнюю власть? — Скажите, а камеры уже включены? — Какая разница? — Ну в зависимости от этого ответ может кардинально меняться. — Послушайте, камеры не включены. У нас репетиция идёт. — Тогда вам зачем это знать? — Вы можете мне просто сказать: вы поддерживаете власть или оппозицию? — Я поддерживаю властную оппозицию!

    — Скажите, вы поддерживаете нынешнюю власть? — Скажите, а камеры уже включены? — Какая разница? — Ну в зависимости от этого ответ может кардинально меняться. — Послушайте, камеры не включены. У нас репетиция идёт. — Тогда вам зачем это знать? — Вы можете мне просто сказать: вы поддерживаете власть или оппозицию? — Я поддерживаю властную оппозицию!

    — Дмитрий Танкович
12. «

    Тогда я вовсе не был уверен, что поступаю правильно, а в таких ситуациях лучшее средство – спор с достойным собеседником; оппонента, как правило, убедить не удаётся, зато самого себя – вполне.

    Тогда я вовсе не был уверен, что поступаю правильно, а в таких ситуациях лучшее средство – спор с достойным собеседником; оппонента, как правило, убедить не удаётся, зато самого себя – вполне.

    — Макс Фрай · книга
13. «

    Отношения между Великобританией и Россией не всегда были такими плохими, как в тот период. Когда в 2000 году к власти пришел Путин, Лондон стал первой столицей иностранного государства, которую он посетил с визитом. После это отношения стали быстро ухудшаться, поскольку в Лондоне было много критически настроенных к Путину беженцев из России. Это разозлило Путина. Он воспринял это как личную обиду.

    Отношения между Великобританией и Россией не всегда были такими плохими, как в тот период. Когда в 2000 году к власти пришел Путин, Лондон стал первой столицей иностранного государства, которую он посетил с визитом. После это отношения стали быстро ухудшаться, поскольку в Лондоне было много критически настроенных к Путину беженцев из России. Это разозлило Путина. Он воспринял это как личную обиду.

    — Люк Хардинг · книга
14. «

    — Здравствуйте, уважаемые радиослушатели, это оппозиционная радиостанция «Эхо Москвы». На часах три часа ночи, с вами я — Алексей Венедиктов и моя авторская программа — «Думающие люди». И у меня в руках в руках музыкальный диск одной молодой группы, ребята поют оппозиционные песни. Их не крутит ни одна российская радиостанция... <...> Сегодня мы будем слушать дебютный альбом, который называется — «Колокол правды». Мы все услышим эти песни в первый раз. Пожалуйста ребята! — Первая песня, с которой хотелось бы начать, называется: «Пора валить!» — Чудесно! Ребята очень тонко чувствуют настроение думающих масс. «Пора валить!» на «Эхо Москвы». — Мне нечем платить за воду и свет! Здесь никакой перспективы нет! Мне надоело так плохо жить, Из этой страны пора валить! Я уезжаю в Россию! Прощай Пакистан! Переезжаю в Россию! Здравствуй, Тёплый Стан! — И у нас реклама на «Эхо Москвы». Ребята, вы понимаете, где вы находитесь, да? Вы понимаете, что это за радио? Мы «Эхо Москвы». Вы понимаете? Мы — радио, которое придумал не Попов, а Маркони!

    — Здравствуйте, уважаемые радиослушатели, это оппозиционная радиостанция «Эхо Москвы». На часах три часа ночи, с вами я — Алексей Венедиктов и моя авторская программа — «Думающие люди». И у меня в руках в руках музыкальный диск одной молодой группы, ребята поют оппозиционные песни. Их не крутит ни одна российская радиостанция... <...> Сегодня мы будем слушать дебютный альбом, который называется — «Колокол правды». Мы все услышим эти песни в первый раз. Пожалуйста ребята! — Первая песня, с которой хотелось бы начать, называется: «Пора валить!» — Чудесно! Ребята очень тонко чувствуют настроение думающих масс. «Пора валить!» на «Эхо Москвы». — Мне нечем платить за воду и свет! Здесь никакой перспективы нет! Мне надоело так плохо жить, Из этой страны пора валить! Я уезжаю в Россию! Прощай Пакистан! Переезжаю в Россию! Здравствуй, Тёплый Стан! — И у нас реклама на «Эхо Москвы». Ребята, вы понимаете, где вы находитесь, да? Вы понимаете, что это за радио? Мы «Эхо Москвы». Вы понимаете? Мы — радио, которое придумал не Попов, а Маркони!

    — Демис Карибидис
15. «

    В любом обществе есть некая часть, постоянно чем-то озабоченная и жаждущая выразить недовольство. При малейшей возможности именно они прыгают на Майданах, орут, как они ненавидят всё русское и Россию. Когда на нас напали немцы и стояли под Москвой, было огромное количество граждан, которые считали, что Москву и Ленинград надо сдать, что воевать вообще не надо, что к нам пришли цивилизованные европейцы, с которыми всё будет гораздо лучше, чем с проклятым Сталиным. Они были тогда, они есть и сейчас. Советская власть обычно таким простреливала голову, ибо подобные заявления считала недопустимыми. С этим сложно спорить. А надо ли слушать этих граждан сегодня? Слушать этих граждан не нужно никогда. Но вот орать и прыгать они будут постоянно.

    В любом обществе есть некая часть, постоянно чем-то озабоченная и жаждущая выразить недовольство. При малейшей возможности именно они прыгают на Майданах, орут, как они ненавидят всё русское и Россию. Когда на нас напали немцы и стояли под Москвой, было огромное количество граждан, которые считали, что Москву и Ленинград надо сдать, что воевать вообще не надо, что к нам пришли цивилизованные европейцы, с которыми всё будет гораздо лучше, чем с проклятым Сталиным. Они были тогда, они есть и сейчас. Советская власть обычно таким простреливала голову, ибо подобные заявления считала недопустимыми. С этим сложно спорить. А надо ли слушать этих граждан сегодня? Слушать этих граждан не нужно никогда. Но вот орать и прыгать они будут постоянно.

    — Дмитрий Юрьевич Пучков