174 цитаты про «Красивые цитаты про осень», проверенных временем

Собрали 174 цитаты на тему «Красивые цитаты про осень» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Et que j'aime ô saison que j'aime tes rumeurs Les fruits tombant sans qu'on les cueille Le vent et la forêt qui pleurent Toutes leurs larmes en automne feuille à feuille

   Et que j'aime ô saison que j'aime tes rumeurs Les fruits tombant sans qu'on les cueille Le vent et la forêt qui pleurent Toutes leurs larmes en automne feuille à feuille

   — Гийом Аполлинер
2. «

   Вот только, знаешь, я, наверное, так сильно ждала лето, чтобы снова заскучать по осени. По слегка холодному воздуху и печальным сумеркам. Кутаться в шарф, согревать руки в карманах... Я сумасшедшая, да? Весь год торопила лето, оно наступило — и всё, я перегораю. И дело не в жаре, от неё не устаю. Просто характером я больше похожа на осень.

   Вот только, знаешь, я, наверное, так сильно ждала лето, чтобы снова заскучать по осени. По слегка холодному воздуху и печальным сумеркам. Кутаться в шарф, согревать руки в карманах... Я сумасшедшая, да? Весь год торопила лето, оно наступило — и всё, я перегораю. И дело не в жаре, от неё не устаю. Просто характером я больше похожа на осень.

   — Эльчин Сафарли · книга
3. «

   Я провел его молча на кухню И, налив очень крепкого чая, Попросил у него поклясться - Пару слов, только «Я обещаю!» «Обещаешь кормить кошку? Она любит сухой, с рыбой. Вот здесь, в ящике чайные ложки, Погоди говорить «Спасибо»; Обещай поливать кактус, Пару старых гераний и плющ, Если что, то под раковиной вантуз, Хотя, может, я быстро вернусь..» Мы курили, смотря в ночь оконца, Чай остывший покоился в кружке, До весны ведь не будет солнца; Мы заботимся так друг о дружке. «Как, дружище, странно устроено, Что с приходом холодного времени Мою голову с частою проседью Атакуют былые сомнения?! И сейчас, снова, не исключение, Если будут звонить и спросят - Ты скажи, что я принял решение - Я сегодня уехал в осень».

   Я провел его молча на кухню И, налив очень крепкого чая, Попросил у него поклясться - Пару слов, только «Я обещаю!» «Обещаешь кормить кошку? Она любит сухой, с рыбой. Вот здесь, в ящике чайные ложки, Погоди говорить «Спасибо»; Обещай поливать кактус, Пару старых гераний и плющ, Если что, то под раковиной вантуз, Хотя, может, я быстро вернусь..» Мы курили, смотря в ночь оконца, Чай остывший покоился в кружке, До весны ведь не будет солнца; Мы заботимся так друг о дружке. «Как, дружище, странно устроено, Что с приходом холодного времени Мою голову с частою проседью Атакуют былые сомнения?! И сейчас, снова, не исключение, Если будут звонить и спросят - Ты скажи, что я принял решение - Я сегодня уехал в осень».
4. «

   C'était l'automne, Un automne où il faisait beau Une saison qui n'existe que dans le Nord de l'Amérique Là-bas on l'appelle l'été indien Mais c'était tout simplement un automne Avec ta robe longue tu ressemblais A une aquarelle de Marie Laurencоn Et je me souviens, je me souviens très bien De ce que je t'ai dit ce matin-là Il y a un an, y a un siècle, y a une éternité

   C'était l'automne, Un automne où il faisait beau Une saison qui n'existe que dans le Nord de l'Amérique Là-bas on l'appelle l'été indien Mais c'était tout simplement un automne Avec ta robe longue tu ressemblais A une aquarelle de Marie Laurencоn Et je me souviens, je me souviens très bien De ce que je t'ai dit ce matin-là Il y a un an, y a un siècle, y a une éternité
5. «

   Хурма в этом году уродилась на славу. Осень в горах была прекрасна.

   Хурма в этом году уродилась на славу. Осень в горах была прекрасна.

   — Ясунари Кавабата · книга
6. «

   После занятия я спустился вниз как во сне. Голова шла кругом, но при этом я с болезненной остротой ощущал, что я молод и полон сил и передо мной распахнул объятия чудный день — невыносимая синева неба, ветер, разбрасывающий желтые и красные листья пригоршнями конфетти. «В красоте заключен ужас. Всё, что мы называем прекрасным, заставляет нас содрогаться». В тот вечер я записал в дневнике: «Деревья охвачены шизофренией и постепенно теряют власть над собой — их новый пылающий цвет свел их с ума. Кто-то, кажется Ван Гог, сказал, что оранжевый — цвет безумия. Красота есть ужас. Мы хотим быть поглощенными ею, хотим найти прибежище в её очищающем пламени».

   После занятия я спустился вниз как во сне. Голова шла кругом, но при этом я с болезненной остротой ощущал, что я молод и полон сил и передо мной распахнул объятия чудный день — невыносимая синева неба, ветер, разбрасывающий желтые и красные листья пригоршнями конфетти. «В красоте заключен ужас. Всё, что мы называем прекрасным, заставляет нас содрогаться». В тот вечер я записал в дневнике: «Деревья охвачены шизофренией и постепенно теряют власть над собой — их новый пылающий цвет свел их с ума. Кто-то, кажется Ван Гог, сказал, что оранжевый — цвет безумия. Красота есть ужас. Мы хотим быть поглощенными ею, хотим найти прибежище в её очищающем пламени».

   — Донна Тартт · книга
7. «

   И отражается в осени душа, опьяненная и от уныния сонная. Листьев облезлые губы, щекоча ласкают и лижут лицо земли.

   И отражается в осени душа, опьяненная и от уныния сонная. Листьев облезлые губы, щекоча ласкают и лижут лицо земли.

   — Андри Пеер
8. «

   Она встретила меня серьезно. Напрасно я искал в ее глазах издевку. Вокруг ее рта не было ни единой иронической складочки. Она показалась мне нежной, даже сентиментальной. Все хитрости и расчет пропали. Это привело меня в опасное, меланхолическое настроение, такое бывает в пору осеннего листопада, когда на деревьях висят разноцветные, уже умершие листья…

   Она встретила меня серьезно. Напрасно я искал в ее глазах издевку. Вокруг ее рта не было ни единой иронической складочки. Она показалась мне нежной, даже сентиментальной. Все хитрости и расчет пропали. Это привело меня в опасное, меланхолическое настроение, такое бывает в пору осеннего листопада, когда на деревьях висят разноцветные, уже умершие листья…

   — Эрих Мария Ремарк · книга
9. «

   Ласкай меня, Осень, баюкай, Чаруй мои взоры и слух! Как милы душе пред разлукой Деревья в сверкающих латах И грустно-пустеющий луг!

   Ласкай меня, Осень, баюкай, Чаруй мои взоры и слух! Как милы душе пред разлукой Деревья в сверкающих латах И грустно-пустеющий луг!

   — Александр Иванович Тиняков
10. «

    Пахнет лето Земляникой спелой — Снова реки Повернули вспять... Снова сердце К сердцу прикипело — Только с кровью Можно оторвать.

    Пахнет лето Земляникой спелой — Снова реки Повернули вспять... Снова сердце К сердцу прикипело — Только с кровью Можно оторвать.

    — Юлия Друнина
11. «

    Было обычное октябрьское утро: по голубому небу бежали пушистые облачка, пахло прелой хвоей, сырой землей и утренней свежестью. В парке, в старом каменном фонтане, на прозрачной холодной воде плавали желтые кораблики листьев. На земле сквозь разноцветный ковер пробивалась еще зеленая трава. С каждым моим вздохом желтый лист отрывался от ветки и, медленно кружась, опускался на землю. На старых стволах деревьев золотился дымчатый солнечный свет, но в глубоких складках коры оставалась тень. Было тихо, только слышно робкое пение птиц. Иногда маленькие птички садились на каменные дорожки сквера. Я стояла и боялась дышать, боялась спугнуть листья, солнечные лучики сквозь крону, спугнуть эту тишину. Небо, деревья, воздух — все было пронизано неярким светом, все было таким пленяющим и умиротворенным, что мне захотелось стать этой тихой осенью. В ней были капли грусти, но в ее мирном увядании было свое торжество. Торжество последней красоты засыпающей природы.

    Было обычное октябрьское утро: по голубому небу бежали пушистые облачка, пахло прелой хвоей, сырой землей и утренней свежестью. В парке, в старом каменном фонтане, на прозрачной холодной воде плавали желтые кораблики листьев. На земле сквозь разноцветный ковер пробивалась еще зеленая трава. С каждым моим вздохом желтый лист отрывался от ветки и, медленно кружась, опускался на землю. На старых стволах деревьев золотился дымчатый солнечный свет, но в глубоких складках коры оставалась тень. Было тихо, только слышно робкое пение птиц. Иногда маленькие птички садились на каменные дорожки сквера. Я стояла и боялась дышать, боялась спугнуть листья, солнечные лучики сквозь крону, спугнуть эту тишину. Небо, деревья, воздух — все было пронизано неярким светом, все было таким пленяющим и умиротворенным, что мне захотелось стать этой тихой осенью. В ней были капли грусти, но в ее мирном увядании было свое торжество. Торжество последней красоты засыпающей природы.

    — Татьяна Филатова · книга
12. «

    Снова поёт под моим окном осень — рыжая бестия. Я выхожу на порог в халате, а она танцует в ярких шелках. «Я не готов принимать вас, леди: для меня ваш визит, как бедствие...» А она, смеясь, шагает ко мне и отраву несёт в руках.

    Снова поёт под моим окном осень — рыжая бестия. Я выхожу на порог в халате, а она танцует в ярких шелках. «Я не готов принимать вас, леди: для меня ваш визит, как бедствие...» А она, смеясь, шагает ко мне и отраву несёт в руках.
13. «

    С деревьев падали мертвые листья. Черные вороны уже сидели на голых ветках.

    С деревьев падали мертвые листья. Черные вороны уже сидели на голых ветках.

    — Юрий Ильичёв · книга
14. «

    Скользя по желтеющим вязам, Прощается солнце с землей. Баюкает кротким рассказом Меня тишина голубая, И Осень поет надо мной.

    Скользя по желтеющим вязам, Прощается солнце с землей. Баюкает кротким рассказом Меня тишина голубая, И Осень поет надо мной.

    — Александр Иванович Тиняков
15. «

    Вокруг сыро и прохладно, словно сегодня лету пришёл конец. Уже запахло плохо освещёнными тротуарами, зябко вздёрнутыми плечами и мокрым капюшоном на голове.

    Вокруг сыро и прохладно, словно сегодня лету пришёл конец. Уже запахло плохо освещёнными тротуарами, зябко вздёрнутыми плечами и мокрым капюшоном на голове.

    — Юли Цее · книга
16. «

    Есть время природы особого света, неяркого солнца, нежнейшего зноя. Оно называется бабье лето и в прелести спорит с самою весною.

    Есть время природы особого света, неяркого солнца, нежнейшего зноя. Оно называется бабье лето и в прелести спорит с самою весною.

    — Ольга Берггольц
17. «

    Обрываются речи влюблённых, Улетает последний скворец. Целый день осыпаются с кленов Силуэты багровых сердец. Что ты, осень, наделала с нами! В красном золоте стынет земля. Пламя скорби свистит под ногами, Ворохами листвы шевеля.

    Обрываются речи влюблённых, Улетает последний скворец. Целый день осыпаются с кленов Силуэты багровых сердец. Что ты, осень, наделала с нами! В красном золоте стынет земля. Пламя скорби свистит под ногами, Ворохами листвы шевеля.

    — Николай Алексеевич Заболоцкий
18. «

    Кленовое сердце однажды сорвется с ветвей, И пролетая над другими, что гниют среди корней, Подхваченное вихрем бесконечных ярких дней, Отыщет облачный дворец, влетев в его оконце. Где по утрам одев осенний, золотой венец, Давно ждет встречи с ним его родное солнце...

    Кленовое сердце однажды сорвется с ветвей, И пролетая над другими, что гниют среди корней, Подхваченное вихрем бесконечных ярких дней, Отыщет облачный дворец, влетев в его оконце. Где по утрам одев осенний, золотой венец, Давно ждет встречи с ним его родное солнце...
19. «

    Октябрь, осень набирает обороты, Всё больше уступая место ноябрю. Листвою золотой покрыты все дороги, Ну а ключ к сердцу фраза: «я тебя люблю».

    Октябрь, осень набирает обороты, Всё больше уступая место ноябрю. Листвою золотой покрыты все дороги, Ну а ключ к сердцу фраза: «я тебя люблю».
20. «

    Эта осень – острее и ярче других: Столько разных историй, событий и лиц. А в наушниках льётся знакомый мотив Про сорвавшийся с ветки потерянный лист. Греют душу следы состоявшихся встреч, А надежда на новые – греет теплее. Мне бы в памяти этот восторг уберечь, Чтобы он в суете останавливал время.

    Эта осень – острее и ярче других: Столько разных историй, событий и лиц. А в наушниках льётся знакомый мотив Про сорвавшийся с ветки потерянный лист. Греют душу следы состоявшихся встреч, А надежда на новые – греет теплее. Мне бы в памяти этот восторг уберечь, Чтобы он в суете останавливал время.