64 цитаты про «отчаяние» — коротко и по делу

64 цитаты про «отчаяние»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Теперь в нём оставалось только безразличие, и это было страшнее отчаяния.

   Теперь в нём оставалось только безразличие, и это было страшнее отчаяния.

   — Елизавета Дворецкая · книга
2. «

   Человек не хочет расставаться с жизнью, пока не испытает все средства спасти себя. Каким бы сильным ни было отчаяние, однако есть люди, дух которых оно не может сломить.

   Человек не хочет расставаться с жизнью, пока не испытает все средства спасти себя. Каким бы сильным ни было отчаяние, однако есть люди, дух которых оно не может сломить.

   — Майн Рид · книга
3. «

   Поверьте, это всё виски! Виски и я. Я — то, что сидит во мне, и виски — то, что оно из меня извлекло.

   Поверьте, это всё виски! Виски и я. Я — то, что сидит во мне, и виски — то, что оно из меня извлекло.

   — Даниэль Глаттауэр · книга
4. «

   Уверенность в себе и энергия — вот что нужно, а отчаяние ведет к тому, чтобы ничего не делать.

   Уверенность в себе и энергия — вот что нужно, а отчаяние ведет к тому, чтобы ничего не делать.

   — Николай Платонович Огарев
5. «

   Тот, кто никогда не надеялся, не может отчаяться.

   Тот, кто никогда не надеялся, не может отчаяться.

   — Джордж Бернард Шоу
6. «

   Ту же самую безысходность, тот же полный упадок сил ты ощущаешь, когда выключается музыка, часа в три ночи, под закрытие «Штыря» или «Орла», и ты остаешься совсем один, так никем и неоттраханный.

   Ту же самую безысходность, тот же полный упадок сил ты ощущаешь, когда выключается музыка, часа в три ночи, под закрытие «Штыря» или «Орла», и ты остаешься совсем один, так никем и неоттраханный.

   — Чак Паланик · книга
7. «

   Отчаяние — удивительный ключ к могуществу, даже не ключ, а отмычка, способная открыть почти любой замок... И обычно это единственный ключ, доступный человеку.

   Отчаяние — удивительный ключ к могуществу, даже не ключ, а отмычка, способная открыть почти любой замок... И обычно это единственный ключ, доступный человеку.

   — Макс Фрай · книга
8. «

   Ни одной, даже самой маленькой катастрофы. Когда тебе плохо — катастрофы помогают. Землятресение помогает понять, что у тебя все не так уж и плохо.

   Ни одной, даже самой маленькой катастрофы. Когда тебе плохо — катастрофы помогают. Землятресение помогает понять, что у тебя все не так уж и плохо.

   — Кора Хюбш · фильм
9. «

   Такова была моя участь с самого детства. Все читали на моем лице признаки дурных чувств, которых не было; но их предполагали — и они родились. Я был скромен — меня обвиняли в лукавстве: я стал скрытен. Я глубоко чувствовал добро и зло; никто меня не ласкал, все оскорбляли: я стал злопамятен; я был угрюм, — другие дети веселы и болтливы; я чувствовал себя выше их, — меня ставили ниже. Я сделался завистлив. Я был готов любить весь мир, — меня никто не понял: и я выучился ненавидеть. Моя бесцветная молодость протекала в борьбе с собой и светом; лучшие мои чувства, боясь насмешки, я хоронил в глубине сердца: они там и умерли. Я говорил правду — мне не верили: я начал обманывать; узнав хорошо свет и пружины общества, я стал искусен в науке жизни и видел, как другие без искусства счастливы, пользуясь даром теми выгодами, которых я так неутомимо добивался. И тогда в груди моей родилось отчаяние — не то отчаяние, которое лечат дулом пистолета, но холодное, бессильное отчаяние, прикрытое любезностью и добродушной улыбкой. Я сделался нравственным калекой: одна половина души моей не существовала, она высохла, испарилась, умерла, я ее отрезал и бросил, — тогда как другая шевелилась и жила к услугам каждого, и этого никто не заметил, потому что никто не знал о существовании погибшей ее половины.

   Такова была моя участь с самого детства. Все читали на моем лице признаки дурных чувств, которых не было; но их предполагали — и они родились. Я был скромен — меня обвиняли в лукавстве: я стал скрытен. Я глубоко чувствовал добро и зло; никто меня не ласкал, все оскорбляли: я стал злопамятен; я был угрюм, — другие дети веселы и болтливы; я чувствовал себя выше их, — меня ставили ниже. Я сделался завистлив. Я был готов любить весь мир, — меня никто не понял: и я выучился ненавидеть. Моя бесцветная молодость протекала в борьбе с собой и светом; лучшие мои чувства, боясь насмешки, я хоронил в глубине сердца: они там и умерли. Я говорил правду — мне не верили: я начал обманывать; узнав хорошо свет и пружины общества, я стал искусен в науке жизни и видел, как другие без искусства счастливы, пользуясь даром теми выгодами, которых я так неутомимо добивался. И тогда в груди моей родилось отчаяние — не то отчаяние, которое лечат дулом пистолета, но холодное, бессильное отчаяние, прикрытое любезностью и добродушной улыбкой. Я сделался нравственным калекой: одна половина души моей не существовала, она высохла, испарилась, умерла, я ее отрезал и бросил, — тогда как другая шевелилась и жила к услугам каждого, и этого никто не заметил, потому что никто не знал о существовании погибшей ее половины.

   — Михаил Юрьевич Лермонтов · книга
10. «

    Юности свойственно отчаиваться... Кажется, что для тебя больше не будет тепла и света, но это не правда. Никто в этом мире не будет обделен любовью. Нужно только уметь вовремя разглядеть ее.

    Юности свойственно отчаиваться... Кажется, что для тебя больше не будет тепла и света, но это не правда. Никто в этом мире не будет обделен любовью. Нужно только уметь вовремя разглядеть ее.
11. «

    Ведь чудо всегда ждёт нас где-то рядом с отчаянием.

    Ведь чудо всегда ждёт нас где-то рядом с отчаянием.

    — Эрих Мария Ремарк · книга
12. «

    — Молодец ты, Катя! Мы своим ребятам тебя всегда в пример ставим. Всего, чего хотела в жизни, добилась. — Это верно. Только ты пока ребятам не рассказывай, что как раз тогда, когда всего добьёшься в жизни, больше всего волком завыть хочется...

    — Молодец ты, Катя! Мы своим ребятам тебя всегда в пример ставим. Всего, чего хотела в жизни, добилась. — Это верно. Только ты пока ребятам не рассказывай, что как раз тогда, когда всего добьёшься в жизни, больше всего волком завыть хочется...

    — Катерина Тихомирова · фильм
13. «

    Большинство людей ведёт безнадёжное существование. То, что зовётся смирением, на самом деле есть убеждённое отчаяние.

    Большинство людей ведёт безнадёжное существование. То, что зовётся смирением, на самом деле есть убеждённое отчаяние.

    — Генри Дэвид Торо · книга
14. «

    Никогда не уступайте отчаянию — оно не держит своих обещаний.

    Никогда не уступайте отчаянию — оно не держит своих обещаний.

    — Станислав Ежи Лец
15. «

    Тот, кто идет по живописной местности к эшафоту, не смотрит на цветы, улыбающиеся ему по пути. Он думает о топоре и плахе, о страшном ударе, сокрушающем кости и жилы, и о могиле в конце пути.

    Тот, кто идет по живописной местности к эшафоту, не смотрит на цветы, улыбающиеся ему по пути. Он думает о топоре и плахе, о страшном ударе, сокрушающем кости и жилы, и о могиле в конце пути.

    — Шарлотта Бронте · книга
16. «

    Как и почти любое отчаяние, всё началось с видимого благополучия.

    Как и почти любое отчаяние, всё началось с видимого благополучия.

    — Маркус Зусак · книга
17. «

    Когда одна дверь закрывается перед нашим лицом, мы забываем о том, что непременно откроется другая. В другом месте, при других обстоятельствах, но точно откроется. Иногда полезно дойти до последней точки, чтобы заметить новые возможности и наконец отвести взгляд от запертой двери.

    Когда одна дверь закрывается перед нашим лицом, мы забываем о том, что непременно откроется другая. В другом месте, при других обстоятельствах, но точно откроется. Иногда полезно дойти до последней точки, чтобы заметить новые возможности и наконец отвести взгляд от запертой двери.

    — Эльчин Сафарли · книга
18. «

    Не молчи, откликнись, отзовись, Глаз не закрывай на то, что было. Отзовись, коль даже не любила, Голосом бессмертья обернись.

    Не молчи, откликнись, отзовись, Глаз не закрывай на то, что было. Отзовись, коль даже не любила, Голосом бессмертья обернись.

    — Виктор Васильевич Тарасов
19. «

    Боль — иллюзия чувств, отчаяние — иллюзия разума.

    Боль — иллюзия чувств, отчаяние — иллюзия разума.
20. «

    Я улегся на землю, закрыл глаза и попытался умереть, но бетон был холодный, и я побоялся подхватить простуду.

    Я улегся на землю, закрыл глаза и попытался умереть, но бетон был холодный, и я побоялся подхватить простуду.

    — Эмиль Ажар · книга