373 фразы, которые всё говорят о «отцы и дети»

373 цитаты про «отцы и дети»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Достижения молодого поколения добавляют почета тем, кто проложил им путь.

   Достижения молодого поколения добавляют почета тем, кто проложил им путь.

   — Звездные войны. Психология киновселенной · книга
2. «

   — У меня ноги короче, чем у тебя. Можно я тебе на шею сяду? — Можно. Только до 18. Потом снимешь квартиру и топай самостоятельно.

   — У меня ноги короче, чем у тебя. Можно я тебе на шею сяду? — Можно. Только до 18. Потом снимешь квартиру и топай самостоятельно.

   — Стёпа · фильм
3. «

   — Чич, мы можем поговорить? Я волнуюсь за Питти! Не понимаю, что с ним такое, и не понимаю, что со мной такое, что я вдруг стал за него волноваться. — Я говорю это тебе каждый раз, когда ты волнуешься о парне. Напои его, положи к нему бабу — и тогда он поймёт смысл жизни. — Не уверен, что хорошие родители так делают, Чич. — Ты помнишь свой первый раз? — Конечно! Её звали Шерон. И у неё было божественное тело! Ей нужно было помочь сменить шину. — Шину, а потом она сняла с тебя штаны, и ты понял, что такое радость жизни. — А ты откуда знаешь? — Потому что она была проституткой. — Что?! — Твой отец ей заплатил. Он сам мне рассказывал. Ты был полноватым тинейджером, любящим бродвейские мюзиклы, и он должен был это исправить.

   — Чич, мы можем поговорить? Я волнуюсь за Питти! Не понимаю, что с ним такое, и не понимаю, что со мной такое, что я вдруг стал за него волноваться. — Я говорю это тебе каждый раз, когда ты волнуешься о парне. Напои его, положи к нему бабу — и тогда он поймёт смысл жизни. — Не уверен, что хорошие родители так делают, Чич. — Ты помнишь свой первый раз? — Конечно! Её звали Шерон. И у неё было божественное тело! Ей нужно было помочь сменить шину. — Шину, а потом она сняла с тебя штаны, и ты понял, что такое радость жизни. — А ты откуда знаешь? — Потому что она была проституткой. — Что?! — Твой отец ей заплатил. Он сам мне рассказывал. Ты был полноватым тинейджером, любящим бродвейские мюзиклы, и он должен был это исправить.

   — Джимми Фальконе · мультфильм
4. «

   Мне снова шесть лет, родители передают через меня сообщения друг другу.

   Мне снова шесть лет, родители передают через меня сообщения друг другу.

   — Джек (рассказчик) · фильм
5. «

   После смерти Аякса я не могу избавиться от какой-то смутной тревоги. Рорк ещё жив, и он ищет нас. Мы смогли выследить его в Мексике, но меня преследует ощущение, будто что-то не так. Он нужен О. К. С. О., и они снова отправляют команду. Я опять думаю о Хэше и Логане. Думаю о том, что выставил их против безумца, и что только они могут его остановить. Переживаю, что им опять придётся платить за мои грехи.

   После смерти Аякса я не могу избавиться от какой-то смутной тревоги. Рорк ещё жив, и он ищет нас. Мы смогли выследить его в Мексике, но меня преследует ощущение, будто что-то не так. Он нужен О. К. С. О., и они снова отправляют команду. Я опять думаю о Хэше и Логане. Думаю о том, что выставил их против безумца, и что только они могут его остановить. Переживаю, что им опять придётся платить за мои грехи.

   — Майкл Рудин · книга
6. «

   Отцу трудно признать, что без его сына в мире было бы лучше.

   Отцу трудно признать, что без его сына в мире было бы лучше.

   — мистер Мадано · фильм
7. «

   Отцы влияют на жизнь детей самым драматическим образом.

   Отцы влияют на жизнь детей самым драматическим образом.

   — Голос за кадром · сериал
8. «

   Помнишь... Нам было по 10 лет. Там было яблоня. Помнишь, да? Папа запретил на нее залезать. «Барыш, залезем на дерево», сказал ты мне. «Не глупи, сынок. Папа запретил. Поймают». «Но, я хочу яблоко». Раз уж мой брат захотел яблоко, сказал я, мы залезем на это дерево и сорвем. Я залез. Ты опять не залез. Испугался отца. Да. Кричал мне снизу: «Брат, вот это яблоко!». Ты назвал меня старшим братом в первый раз... Я же старше тебя на 10 минут. Мне понравилось. Брат, я протягивал руку к яблоку, которое ты хотел... все перевернулся вокруг, я упал. Замолчал. Папа прибежал: «Ты не послушал меня! Из тебя мужчины не получится!». Ударил меня. И ещё. Было больно, но, я выдержал. «Ты не послушал меня! Посмотри на брата. Он делает такое?» — сказал. Ты ни слова не сказал. Ты ушел. Знаешь? После этого дня папа не доверял мне совсем. Сказал, что из меня не выйдет. Всегда тебя считал первым. Все дал тебе... Даже женщину, которую я люблю. Ты. Ты по-моему, был достаточно хорошим ребенком. Теперь побудь немного плохим.

   Помнишь... Нам было по 10 лет. Там было яблоня. Помнишь, да? Папа запретил на нее залезать. «Барыш, залезем на дерево», сказал ты мне. «Не глупи, сынок. Папа запретил. Поймают». «Но, я хочу яблоко». Раз уж мой брат захотел яблоко, сказал я, мы залезем на это дерево и сорвем. Я залез. Ты опять не залез. Испугался отца. Да. Кричал мне снизу: «Брат, вот это яблоко!». Ты назвал меня старшим братом в первый раз... Я же старше тебя на 10 минут. Мне понравилось. Брат, я протягивал руку к яблоку, которое ты хотел... все перевернулся вокруг, я упал. Замолчал. Папа прибежал: «Ты не послушал меня! Из тебя мужчины не получится!». Ударил меня. И ещё. Было больно, но, я выдержал. «Ты не послушал меня! Посмотри на брата. Он делает такое?» — сказал. Ты ни слова не сказал. Ты ушел. Знаешь? После этого дня папа не доверял мне совсем. Сказал, что из меня не выйдет. Всегда тебя считал первым. Все дал тебе... Даже женщину, которую я люблю. Ты. Ты по-моему, был достаточно хорошим ребенком. Теперь побудь немного плохим.

   — Барыш Йесари · сериал
9. «

   Такого дяди племянница, а вавилоны на голове устраиваешь!

   Такого дяди племянница, а вавилоны на голове устраиваешь!

   — Алик (друг Кости) · фильм
10. «

    Обезьяны носят своих детенышей на руках. Львы так не делают. Они следят. Просто следят.

    Обезьяны носят своих детенышей на руках. Львы так не делают. Они следят. Просто следят.

    — Явуз · сериал
11. «

    — Отец говорил, что иногда приходится идти на нечто неблаговидное, ради достижения благородной цели. Альбицци был прав, когда сказал, что во мне от отца больше, чем в нем самом. <...> — Прости меня, Козимо, я слышал кое-что из вашего разговора. Ты совсем не похож на своего отца. Ты хороший человек, а он им никогда не был.

    — Отец говорил, что иногда приходится идти на нечто неблаговидное, ради достижения благородной цели. Альбицци был прав, когда сказал, что во мне от отца больше, чем в нем самом. <...> — Прости меня, Козимо, я слышал кое-что из вашего разговора. Ты совсем не похож на своего отца. Ты хороший человек, а он им никогда не был.

    — Козимо де Медичи · сериал
12. «

    Тяжело переносит несостоятельность своих детей тот, кто сам не сделал своего дела.

    Тяжело переносит несостоятельность своих детей тот, кто сам не сделал своего дела.

    — Михаил Ефимович Литвак
13. «

    Я делал все возможное, чтобы моих пятерых детей не душило уважение ко мне; и это мне, я бы сказал, удалось; но что бы вы ни делали и как бы они вас ни любили, они всегда будут смотреть на вас слегка как на чужого: вы пришли из краев, где они не родились, а вы не узнаете тех стран, куда они идут; так как же вам вполне понять друг друга? Вы друг друга стесняете, и вас это сердит. И потом страшно сказать: человек, которого больше всего любят, должен меньше всего подвергать испытанию любовь своих близких: это значило бы искушать бога. Нельзя слишком многого требовать от нашей человеческой природы. Хорошие дети хороши; мне жаловаться не на что. И они еще лучше, если не приходится к ним обращаться. Я бы мог многое рассказать на этот счет, если бы хотел. Словом, у меня есть гордость. Я не люблю отнимать пирог у тех, кому я его дал. Я словно говорю им: «Платите!»

    Я делал все возможное, чтобы моих пятерых детей не душило уважение ко мне; и это мне, я бы сказал, удалось; но что бы вы ни делали и как бы они вас ни любили, они всегда будут смотреть на вас слегка как на чужого: вы пришли из краев, где они не родились, а вы не узнаете тех стран, куда они идут; так как же вам вполне понять друг друга? Вы друг друга стесняете, и вас это сердит. И потом страшно сказать: человек, которого больше всего любят, должен меньше всего подвергать испытанию любовь своих близких: это значило бы искушать бога. Нельзя слишком многого требовать от нашей человеческой природы. Хорошие дети хороши; мне жаловаться не на что. И они еще лучше, если не приходится к ним обращаться. Я бы мог многое рассказать на этот счет, если бы хотел. Словом, у меня есть гордость. Я не люблю отнимать пирог у тех, кому я его дал. Я словно говорю им: «Платите!»

    — Ромен Роллан · книга
14. «

    Самый дурной отец, я полагаю, все же лучше самого прекрасного опекуна, и мороз подирает по коже, когда видишь, как родители в холодном неразумии отстраняются от детей своих, определяя их в то или иное воспитательное заведение, где бедняжек перекраивают по одной мерке и причесывают под одну гребенку, не сообразуясь с их индивидуальностью, каковая только родителям может раскрыться с совершенной полнотой.

    Самый дурной отец, я полагаю, все же лучше самого прекрасного опекуна, и мороз подирает по коже, когда видишь, как родители в холодном неразумии отстраняются от детей своих, определяя их в то или иное воспитательное заведение, где бедняжек перекраивают по одной мерке и причесывают под одну гребенку, не сообразуясь с их индивидуальностью, каковая только родителям может раскрыться с совершенной полнотой.

    — Эрнст Теодор Амадей Гофман · книга
15. «

    Дитя продолжает не старость или зрелый возраст своих родителей, но их собственное детство.

    Дитя продолжает не старость или зрелый возраст своих родителей, но их собственное детство.

    — Давид Эмиль Дюркгейм
16. «

    Демельза задавалась вопросом, не навредит ли предстоящему замужеству Клоуэнс столь сильная ее привязанность к отцу. Вполне вероятно, что Стивен ревновал к этим отношениям и поэтому не преминул случаем облить грязью отца ее обожаемого папочки, желая тем самым задеть и самого Росса. Его это отнюдь не красит, но чувства влюбленного человека зачастую сликом сильны, чтобы бороться благородными средствами.

    Демельза задавалась вопросом, не навредит ли предстоящему замужеству Клоуэнс столь сильная ее привязанность к отцу. Вполне вероятно, что Стивен ревновал к этим отношениям и поэтому не преминул случаем облить грязью отца ее обожаемого папочки, желая тем самым задеть и самого Росса. Его это отнюдь не красит, но чувства влюбленного человека зачастую сликом сильны, чтобы бороться благородными средствами.

    — Уинстон Грэхем · книга
17. «

    – А как дети спрашивают? – Вот как ты. Они задают один вопрос за другим и доходят до такой точки, когда взрослые уже не знают, что отвечать, и тогда теряются или сердятся. – Почему они сердятся? – Они вдруг замечают, что в них есть какая-то ужасная лживость, и не хотят слышать напоминаний об этом.

    – А как дети спрашивают? – Вот как ты. Они задают один вопрос за другим и доходят до такой точки, когда взрослые уже не знают, что отвечать, и тогда теряются или сердятся. – Почему они сердятся? – Они вдруг замечают, что в них есть какая-то ужасная лживость, и не хотят слышать напоминаний об этом.

    — Эрих Мария Ремарк · книга
18. «

    Если мама вам купила В магазине только мячик И не хочет остальное, Все что видит, покупать, Станьте прямо, пятки вместе, Руки в стороны расставьте, Открывайте рот пошире, И кричите букву: — А! И когда, роняя сумки, С воплем: — Граждане! Тревога! Покупатели помчатся С продавщицей во главе, К вам директор магазина Подойдет и скажет маме: — Забирайте все бесплатно, Пусть он только не кричит!

    Если мама вам купила В магазине только мячик И не хочет остальное, Все что видит, покупать, Станьте прямо, пятки вместе, Руки в стороны расставьте, Открывайте рот пошире, И кричите букву: — А! И когда, роняя сумки, С воплем: — Граждане! Тревога! Покупатели помчатся С продавщицей во главе, К вам директор магазина Подойдет и скажет маме: — Забирайте все бесплатно, Пусть он только не кричит!

    — Григорий Остер · книга
19. «

    Отцы могут совершать великие дела, но просто поговорить о личном… Для многих это невозможно.

    Отцы могут совершать великие дела, но просто поговорить о личном… Для многих это невозможно.

    — Василий Маханенко · книга
20. «

    До вашего рождения ваши родители не были такими занудами, как сейчас. Они стали ими, оплачивая ваши счета, стирая вашу одежду, и выслушивая ваши рассуждения о себе любимом. Поэтому прежде, чем начнете спасать мир от поколения своих родителей, вычистите сортир в собственной комнате.

    До вашего рождения ваши родители не были такими занудами, как сейчас. Они стали ими, оплачивая ваши счета, стирая вашу одежду, и выслушивая ваши рассуждения о себе любимом. Поэтому прежде, чем начнете спасать мир от поколения своих родителей, вычистите сортир в собственной комнате.

    — Билл Гейтс