245 цитат про «Красивые цитаты на тему «отношения»»

Собрали 245 цитат на тему «Красивые цитаты на тему «отношения»» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Эй, колючая взвесь моего сердца, откажись хотя бы на мгновение от своих картонных воспоминаний, позволь мне протянуть прошлое через настоящее – в будущее, переступить через знаки препинания.

   Эй, колючая взвесь моего сердца, откажись хотя бы на мгновение от своих картонных воспоминаний, позволь мне протянуть прошлое через настоящее – в будущее, переступить через знаки препинания.

   — Эльчин Сафарли · книга
2. «

   Весь смысл жизни – в себе луч солнца Иль взгляд твой пристальный преломить.

   Весь смысл жизни – в себе луч солнца Иль взгляд твой пристальный преломить.
3. «

   Наступит день, и я снова встречу кого-то. Всё будет очень естественно — как движение планет, чьи орбиты пересеклись. И мы снова будем надеяться на какое-то чудо, каждый сам по себе, выжидать какое-то время, стирать свои души — и расстанемся, несмотря ни на что... До каких пор?

   Наступит день, и я снова встречу кого-то. Всё будет очень естественно — как движение планет, чьи орбиты пересеклись. И мы снова будем надеяться на какое-то чудо, каждый сам по себе, выжидать какое-то время, стирать свои души — и расстанемся, несмотря ни на что... До каких пор?

   — Харуки Мураками · книга
4. «

   Что может заставить двух людей захотеть пообещать друг другу провести вместе каждый день оставшейся жизни? В конце концов я поняла, что это. Любовь. Простое короткое слово.

   Что может заставить двух людей захотеть пообещать друг другу провести вместе каждый день оставшейся жизни? В конце концов я поняла, что это. Любовь. Простое короткое слово.

   — Сесилия Ахерн · книга
5. «

   Отношения, это корабль, который может двигаться, как по течению, так и против него.

   Отношения, это корабль, который может двигаться, как по течению, так и против него.

   — Аристарх Ромашин · книга
6. «

   В её бледно-серых глазах, за раскосыми стёклами незнакомых очков, наш бедненький роман был на мгновенье отражен, взвешен и отвергнут, как скучный вечер в гостях, как в пасмурный день пикник, на который явились только самые неинтересные люди, как надоевшее упражнение, как корка засохшей грязи, приставшей к её детству.

   В её бледно-серых глазах, за раскосыми стёклами незнакомых очков, наш бедненький роман был на мгновенье отражен, взвешен и отвергнут, как скучный вечер в гостях, как в пасмурный день пикник, на который явились только самые неинтересные люди, как надоевшее упражнение, как корка засохшей грязи, приставшей к её детству.

   — Владимир Набоков · книга
7. «

   Мы только это и делаем, мы убиваем друг друга, называя это любовью.

   Мы только это и делаем, мы убиваем друг друга, называя это любовью.

   — Liya Movadin · книга
8. «

   В глазах твоих — насмешливость, и в них приказ — не смешивать тебя с той самой бывшею, любимой и любившею. Но — это дело зряшное. Ты для меня — вчерашняя... <…> И как себя поставишь ты, и как считать заставишь ты, что там другая женщина со мной лежала шепчуще и спрашивала шепотом: «А что потом? А что потом?»

   В глазах твоих — насмешливость, и в них приказ — не смешивать тебя с той самой бывшею, любимой и любившею. Но — это дело зряшное. Ты для меня — вчерашняя... <…> И как себя поставишь ты, и как считать заставишь ты, что там другая женщина со мной лежала шепчуще и спрашивала шепотом: «А что потом? А что потом?»

   — Евгений Евтушенко
9. «

   Опасная у него улыбка. Как трясина. Зайти легко, выйти — куда как труднее.

   Опасная у него улыбка. Как трясина. Зайти легко, выйти — куда как труднее.

   — Стивен Кинг · книга
10. «

    — Я пришел сказать, что тоже думал о тебе эти два дня, — сказал Фандорин. В дурацком английском языке нет интимного местоимения второго лица, все you да you, но он решил, что с этого мгновения они переходят на «ты».

    — Я пришел сказать, что тоже думал о тебе эти два дня, — сказал Фандорин. В дурацком английском языке нет интимного местоимения второго лица, все you да you, но он решил, что с этого мгновения они переходят на «ты».

    — Борис Акунин · книга
11. «

    Каждый парень, который в первый раз в своей жизни шёл знакомиться с родителями своей девушки, наверняка помнит то волнение, что он при этом испытывал. Волнение, которое, словно осьминог, длинными щупальцами дотягивается не только до тела, сердца, но и души. Волнение, когда не можешь избавиться от слабости в ногах и не можешь унять дрожь в теле. Чертовски приятное чувство!

    Каждый парень, который в первый раз в своей жизни шёл знакомиться с родителями своей девушки, наверняка помнит то волнение, что он при этом испытывал. Волнение, которое, словно осьминог, длинными щупальцами дотягивается не только до тела, сердца, но и души. Волнение, когда не можешь избавиться от слабости в ногах и не можешь унять дрожь в теле. Чертовски приятное чувство!

    — Аристарх Ромашин · книга
12. «

    Billions of stars have faded away Since we left the formalities behind

    Billions of stars have faded away Since we left the formalities behind
13. «

    ... но вдруг увидел их всех такими, каковы они были в действительности, он рассмотрел их истинную сущность. Это продолжалось недолго — всего лишь какое-то мгновение, но ему понравилось то, что он увидел, очень понравилось, вплоть до любви.

    ... но вдруг увидел их всех такими, каковы они были в действительности, он рассмотрел их истинную сущность. Это продолжалось недолго — всего лишь какое-то мгновение, но ему понравилось то, что он увидел, очень понравилось, вплоть до любви.

    — Ричард Бах · книга
14. «

    Всегда быть рядом не могут люди, Всегда быть вместе не могут люди. Нельзя любви, земной любви Пылать без конца. Скажи, зачем же тогда мы любим? Скажи, зачем мы друг друга любим, Считая дни, сжигая сердца?

    Всегда быть рядом не могут люди, Всегда быть вместе не могут люди. Нельзя любви, земной любви Пылать без конца. Скажи, зачем же тогда мы любим? Скажи, зачем мы друг друга любим, Считая дни, сжигая сердца?
15. «

    Обними меня, и пусть вокруг поднимается ветер и бесконечно падают звезды, пусть рождаются новые миры и сгорают древние боги, пусть... Но между нашими телами, спрятанное молчаливыми объятьями, останется то, что одним своим существованием оправдывает все.

    Обними меня, и пусть вокруг поднимается ветер и бесконечно падают звезды, пусть рождаются новые миры и сгорают древние боги, пусть... Но между нашими телами, спрятанное молчаливыми объятьями, останется то, что одним своим существованием оправдывает все.

    — Аль Квотион · книга
16. «

    Я верю в человека. Я верю в его добрые помыслы. Я верю в то, что все мы пришли для того, чтобы творить добро. И если мы будем это делать, и будем это делать вместе, то нас ждёт успех и в отношениях между собой, в отношениях между нашими государствами. Но самое главное, что мы добьёмся таким образом самого главного – мы добьёмся комфорта в своём собственном сердце.

    Я верю в человека. Я верю в его добрые помыслы. Я верю в то, что все мы пришли для того, чтобы творить добро. И если мы будем это делать, и будем это делать вместе, то нас ждёт успех и в отношениях между собой, в отношениях между нашими государствами. Но самое главное, что мы добьёмся таким образом самого главного – мы добьёмся комфорта в своём собственном сердце.

    — Владимир Владимирович Путин
17. «

    Рядом с ним, как ни с кем другим на свете, она чувствовала себя по-настоящему избранной и единственной.

    Рядом с ним, как ни с кем другим на свете, она чувствовала себя по-настоящему избранной и единственной.

    — Януш Леон Вишневский · книга
18. «

    Если ты будешь жить сто лет, то я хочу жить сто лет минус один день — не хочу прожить и дня без тебя.

    Если ты будешь жить сто лет, то я хочу жить сто лет минус один день — не хочу прожить и дня без тебя.
19. «

    — Но когда придешь за мной бери только меня. Когда обнимаешь меня, думай только обо мне. Понимаешь, о чем я? — Вполне. — И еще... Можешь делать со мной все, что хочешь, только не делай больно...

    — Но когда придешь за мной бери только меня. Когда обнимаешь меня, думай только обо мне. Понимаешь, о чем я? — Вполне. — И еще... Можешь делать со мной все, что хочешь, только не делай больно...

    — Харуки Мураками · книга
20. «

    Железо так говорило магниту: «Больше всего я тебя ненавижу за то, что ты притягиваешь, не имея достаточно сил, чтобы тащить за собой!»

    Железо так говорило магниту: «Больше всего я тебя ненавижу за то, что ты притягиваешь, не имея достаточно сил, чтобы тащить за собой!»

    — Фридрих Вильгельм Ницше · книга