139 мудрых цитат про «Жизненные цитаты про ответственность»

Тема «Жизненные цитаты про ответственность» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 139 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Универсальный ключ к сердцу любой женщины — доверие через ответственность.

   Универсальный ключ к сердцу любой женщины — доверие через ответственность.
2. «

   Ответственность лежит на стольких людях, что ее как бы и не существует.

   Ответственность лежит на стольких людях, что ее как бы и не существует.

   — Стивен Кинг · книга
3. «

   Решаем каждое мгновенье, - Пусть, незаметно для себя: Всё в жизни — наше Продолженье, Нам нет движенья без Себя!

   Решаем каждое мгновенье, - Пусть, незаметно для себя: Всё в жизни — наше Продолженье, Нам нет движенья без Себя!
4. «

   Большая власть подразумевает большую ответственность. Чем знатнее человек, чем больше значат все его решения и поступки, тем меньше свободы ему остается.

   Большая власть подразумевает большую ответственность. Чем знатнее человек, чем больше значат все его решения и поступки, тем меньше свободы ему остается.

   — Елизавета Дворецкая · книга
5. «

   Кто сидит в большом кресле, тот и принимает большие решения.

   Кто сидит в большом кресле, тот и принимает большие решения.

   — Стивен Кинг · книга
6. «

   Я не в ответе за фантастические мечты моей матери.

   Я не в ответе за фантастические мечты моей матери.

   — Мари Бурро · книга
7. «

   Убежать от ответственности может каждый. Порой, чтобы остаться на прежнем месте, требуется гораздо больше усилий.

   Убежать от ответственности может каждый. Порой, чтобы остаться на прежнем месте, требуется гораздо больше усилий.

   — Джоанн Харрис · книга
8. «

   За свои чувства человек не в ответе. Только за поступки.

   За свои чувства человек не в ответе. Только за поступки.

   — Сири Хустведт · книга
9. «

   Будь осторожней при выборе пути — ты можешь заблудиться. Ты один из тех немногих, кто волен сам выбирать себе судьбу. Такая свобода — великий дар, но и великая ответственность, и порой она способна связать крепче любых оков.

   Будь осторожней при выборе пути — ты можешь заблудиться. Ты один из тех немногих, кто волен сам выбирать себе судьбу. Такая свобода — великий дар, но и великая ответственность, и порой она способна связать крепче любых оков.

   — Кристофер Паолини · книга
10. «

    В восемнадцать легко мечтать о лаврах Македонского или Ивана Грозного. Они ведь тоже в двадцать уже почти полмира завоевали. И в эти же восемнадцать так тяжело понять, что командовать легко, а вот нести ответственность за принятые решения гораздо сложнее.

    В восемнадцать легко мечтать о лаврах Македонского или Ивана Грозного. Они ведь тоже в двадцать уже почти полмира завоевали. И в эти же восемнадцать так тяжело понять, что командовать легко, а вот нести ответственность за принятые решения гораздо сложнее.

    — Арт Богданов · книга
11. «

    Я историю расскажу. Притчу. О Ханселе. Вот Хансель, вот тринадцатый век, когда прусов орден крестил. Хансель очень любит орден, очень любит Христа, меня – ландмайстера своего очень любит. Я даю ему людей и отправляю отстроить мне на соединении двух рек крепость. Это очень важное место, прибыльное, можно хорошее богатство поднять на одной переправе только. Проходит время. Я не могу каждый день с Ханселем созваниваться. Допустим переправа эта очень далеко в языческих землях. Там не только крепость отстроить нужно, там всю инфраструктуру продумать надо, налогообложение, пошлины – вот это всё. Еще и прусы дикие нападают, их тоже надо усмирять. И ничего тут во времени не отодвинешь, ты не скажешь диким прусам, что прут резать тебя – подождите, я тут сейчас с пошлинами разберусь, потом повоюем. Торговцам ты тоже не скажешь – эй, вы тут пока заморозьтесь, я с прусами разберусь, и до вас руки дойдут. Проходит пять лет, я, наконец, добираюсь до Ханселя. Что я вижу? Четыре дохлые свиньи, сопливых теток и чахлый частокольчик. Почему? А потому что у Ханселя всё – фюрер, всё – мы. Мы – орден, мы – фюрер, но не я, Хансель, сделаю. Потому что он научиться хотел. А его что-то и не научили – как это крепости строить, налоги организовывать, людей собирать, он же в орден учиться пришел, а его не научили. Предложений от меня товарищи ждут? Вы когда об организации шестидесяти миллионов говорите, не о фюрере думать надо и не о партии, и не о том, что вас когда-нибудь фея крестная научит. Своей башкой думать надо. И если мне кто из вас говорить будет: нам с тобой, Франц, так там планы должны быть или хотя бы зачатки планов, а не энтузиазм пусть твердый, но голый. Не «мы с тобой, а теперь ну-ка давай, я жду от тебя предложений». Вот такое у меня предложение – это первый шаг. Потому что если я буду что-то строить, то не таких людях, не на Ханселях. Ясно?

    Я историю расскажу. Притчу. О Ханселе. Вот Хансель, вот тринадцатый век, когда прусов орден крестил. Хансель очень любит орден, очень любит Христа, меня – ландмайстера своего очень любит. Я даю ему людей и отправляю отстроить мне на соединении двух рек крепость. Это очень важное место, прибыльное, можно хорошее богатство поднять на одной переправе только. Проходит время. Я не могу каждый день с Ханселем созваниваться. Допустим переправа эта очень далеко в языческих землях. Там не только крепость отстроить нужно, там всю инфраструктуру продумать надо, налогообложение, пошлины – вот это всё. Еще и прусы дикие нападают, их тоже надо усмирять. И ничего тут во времени не отодвинешь, ты не скажешь диким прусам, что прут резать тебя – подождите, я тут сейчас с пошлинами разберусь, потом повоюем. Торговцам ты тоже не скажешь – эй, вы тут пока заморозьтесь, я с прусами разберусь, и до вас руки дойдут. Проходит пять лет, я, наконец, добираюсь до Ханселя. Что я вижу? Четыре дохлые свиньи, сопливых теток и чахлый частокольчик. Почему? А потому что у Ханселя всё – фюрер, всё – мы. Мы – орден, мы – фюрер, но не я, Хансель, сделаю. Потому что он научиться хотел. А его что-то и не научили – как это крепости строить, налоги организовывать, людей собирать, он же в орден учиться пришел, а его не научили. Предложений от меня товарищи ждут? Вы когда об организации шестидесяти миллионов говорите, не о фюрере думать надо и не о партии, и не о том, что вас когда-нибудь фея крестная научит. Своей башкой думать надо. И если мне кто из вас говорить будет: нам с тобой, Франц, так там планы должны быть или хотя бы зачатки планов, а не энтузиазм пусть твердый, но голый. Не «мы с тобой, а теперь ну-ка давай, я жду от тебя предложений». Вот такое у меня предложение – это первый шаг. Потому что если я буду что-то строить, то не таких людях, не на Ханселях. Ясно?

    — Франц Вертфоллен · книга
12. «

    Что мне действительно нравится в этой жизни — это ее внутренняя структура. Ты покупаешь пачку сигарет, открываешь, закуриваешь, и каждая затяжка — это твое окончательное и бесповоротное решение. Ты пьяным сползаешь по стене в мутную жижу растоптанной лужи — это сделанный выбор. Все происходящее — осмысленные шаги по той шикарной дороге, о которой нам в детстве пели «прекрасное далеко». Оно не оказалось жестоким, оно оказалось беззащитным. Оно не стало опорой, а потребовало стать опорой ему. Правда, не все еще научились нести ответственность хотя бы за самих себя, слишком велико искушение найти сторонних виноватых, которые всегда под рукой, всегда на глазах.

    Что мне действительно нравится в этой жизни — это ее внутренняя структура. Ты покупаешь пачку сигарет, открываешь, закуриваешь, и каждая затяжка — это твое окончательное и бесповоротное решение. Ты пьяным сползаешь по стене в мутную жижу растоптанной лужи — это сделанный выбор. Все происходящее — осмысленные шаги по той шикарной дороге, о которой нам в детстве пели «прекрасное далеко». Оно не оказалось жестоким, оно оказалось беззащитным. Оно не стало опорой, а потребовало стать опорой ему. Правда, не все еще научились нести ответственность хотя бы за самих себя, слишком велико искушение найти сторонних виноватых, которые всегда под рукой, всегда на глазах.
13. «

    Пока ты один — держишь ответ только перед собой. Остаешься незыблемым и колким, намеренно опустошаешь себя от лишних привязанностей и эмоций, выстраиваешь границы дозволенного для себя и окружающих, чтобы на работе кто-то сказал: «Да она железная леди!». Пока ты один — страх лишь живет в твоей голове. Когда в жизни появляются люди, ради которых ты готов умереть…этот страх спускается в грудь и ломает тебе ребра своей тяжестью. Когда кто-то рядом — ты чувствуешь ответственность. И вся эта боль — общая. Как… как гитара. Одна струна выдает один немощный звук, лишь в совокупности же получается музыка. И ты становишься этой струной, туго-туго натянутой. И дрожишь, когда тебя сотрясают тревоги.

    Пока ты один — держишь ответ только перед собой. Остаешься незыблемым и колким, намеренно опустошаешь себя от лишних привязанностей и эмоций, выстраиваешь границы дозволенного для себя и окружающих, чтобы на работе кто-то сказал: «Да она железная леди!». Пока ты один — страх лишь живет в твоей голове. Когда в жизни появляются люди, ради которых ты готов умереть…этот страх спускается в грудь и ломает тебе ребра своей тяжестью. Когда кто-то рядом — ты чувствуешь ответственность. И вся эта боль — общая. Как… как гитара. Одна струна выдает один немощный звук, лишь в совокупности же получается музыка. И ты становишься этой струной, туго-туго натянутой. И дрожишь, когда тебя сотрясают тревоги.

    — Рейчел Норрест
14. «

    Знаешь, когда человек взрослеет? Когда расплачивается за свои ошибки.

    Знаешь, когда человек взрослеет? Когда расплачивается за свои ошибки.
15. «

    Утром, едва мы открываем глаза, жизнь уже стоит наготове, чтобы обрушить на нас очередную лавину «надо сделать!» и «не забудь!». Мы не успеваем подумать, вздохнуть, как просыпаемся и сразу пытаемся прорваться сквозь эту кучу дел, потому что завтра на нас свалится новая. Иногда мы останавливаемся и оглядываемся вокруг – на рабочем месте, во время родительского собрания или просто на улице – и с ужасом понимаем, что все остальные точно знают, чем они занимаются. И только нам все время приходится притворяться. У остальных на все хватает денег, у них все под контролем и на все остаются силы. Дети у остальных давно научились плавать.

    Утром, едва мы открываем глаза, жизнь уже стоит наготове, чтобы обрушить на нас очередную лавину «надо сделать!» и «не забудь!». Мы не успеваем подумать, вздохнуть, как просыпаемся и сразу пытаемся прорваться сквозь эту кучу дел, потому что завтра на нас свалится новая. Иногда мы останавливаемся и оглядываемся вокруг – на рабочем месте, во время родительского собрания или просто на улице – и с ужасом понимаем, что все остальные точно знают, чем они занимаются. И только нам все время приходится притворяться. У остальных на все хватает денег, у них все под контролем и на все остаются силы. Дети у остальных давно научились плавать.

    — Фредрик Бакман · книга
16. «

    Каждый ребенок во всем мире, который играет в футбол, хочет быть Пеле. У меня есть большая ответственность показать им не только как быть похожим на футболиста, но и как быть похожим на человека.

    Каждый ребенок во всем мире, который играет в футбол, хочет быть Пеле. У меня есть большая ответственность показать им не только как быть похожим на футболиста, но и как быть похожим на человека.

    — Пеле (Эдсон Арантис ду Насименту)
17. «

    От любви не требуют поруки, С нею знают радость и беду. «Ты — моя» сказать лишь могут руки, Что срывали чёрную чадру.

    От любви не требуют поруки, С нею знают радость и беду. «Ты — моя» сказать лишь могут руки, Что срывали чёрную чадру.

    — Сергей Александрович Есенин
18. «

    Мы должны отвечать за те поступки, которые мы совершили.

    Мы должны отвечать за те поступки, которые мы совершили.

    — Константин Александрович Орлов · сериал
19. «

    Если я буду поступать, так как удобнее для окружающих, если я позволю другим решать за себя, как прожить свою жизнь, то, в итоге, не буду нести за это никакой ответственности.

    Если я буду поступать, так как удобнее для окружающих, если я позволю другим решать за себя, как прожить свою жизнь, то, в итоге, не буду нести за это никакой ответственности.

    — Фуюми Оно · книга
20. «

    — Прощу прощения, я... — Советую выбирать слова. В зависимости от них можно и жизни лишиться. Итак, я слушаю. — Тору сказала, что не хочет возвращаться. — Ах ты... — Ты сам сказал, что вам нельзя вмешиваться в происходящее здесь. Следовательно, ты не можешь меня убить. — Зато могу заставить тебя истекать кровью. — Не думаю, что это заставит вашу дочь передумать. — Мы все должны подчиняться законам мироздания. Если существавние драконов в вашем мире станет известно общественности, другие существа последуют сюда вслед за ними. И как результат — ваш мир будет страдать от иномирных вторжений. Об этом ты подумала? — Но это не её вина! Хватит перекладывать на Тору ответственность за то, к чему она едва ли имеет отношение! — И всё же нельзя исключать малейшую возможность такого исхода... — Плевать!

    — Прощу прощения, я... — Советую выбирать слова. В зависимости от них можно и жизни лишиться. Итак, я слушаю. — Тору сказала, что не хочет возвращаться. — Ах ты... — Ты сам сказал, что вам нельзя вмешиваться в происходящее здесь. Следовательно, ты не можешь меня убить. — Зато могу заставить тебя истекать кровью. — Не думаю, что это заставит вашу дочь передумать. — Мы все должны подчиняться законам мироздания. Если существавние драконов в вашем мире станет известно общественности, другие существа последуют сюда вслед за ними. И как результат — ваш мир будет страдать от иномирных вторжений. Об этом ты подумала? — Но это не её вина! Хватит перекладывать на Тору ответственность за то, к чему она едва ли имеет отношение! — И всё же нельзя исключать малейшую возможность такого исхода... — Плевать!

    — Дамокл (Damocles) · аниме