89 цитат по теме «Жизненные цитаты про ответственность» без воды

Тема «Жизненные цитаты про ответственность» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 89 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   — Я... я не знала. — Незнание не освобождает от ответственности, мисс Лейн.

   — Я... я не знала. — Незнание не освобождает от ответственности, мисс Лейн.

   — Лоис Лейн · фильм
2. «

   Многие из нас возлагают на подростков слишком много ответственности, потому что так принято в обществе. Мы обычно больше переживаем за подростков-девочек, чем за мальчиков. Мальчик не может забеременеть, его не изнасилуют, как девочку, и поэтому мальчиком предоставляется больше свободы. Им разрешается позже приходить домой (если вообще время прихода оговаривается). Нам кажется, что мальчики выглядят сильными, ответственными и выносливыми, и мы обращаемся с ними так как, словно они действительно обладают всеми этими качествами.

   Многие из нас возлагают на подростков слишком много ответственности, потому что так принято в обществе. Мы обычно больше переживаем за подростков-девочек, чем за мальчиков. Мальчик не может забеременеть, его не изнасилуют, как девочку, и поэтому мальчиком предоставляется больше свободы. Им разрешается позже приходить домой (если вообще время прихода оговаривается). Нам кажется, что мальчики выглядят сильными, ответственными и выносливыми, и мы обращаемся с ними так как, словно они действительно обладают всеми этими качествами.

   — Мэг Микер · книга
3. «

   Бремя власти в том и заключается, что приходится нести ответственность за благополучие тех, кто у тебя под началом.

   Бремя власти в том и заключается, что приходится нести ответственность за благополучие тех, кто у тебя под началом.

   — Кристофер Паолини · книга
4. «

   Есть предел тому, сколько каждый из нас может взять на себя.

   Есть предел тому, сколько каждый из нас может взять на себя.

   — Лучелика · игра
5. «

   Советы давать легко. Но одно — языком болтать, а иное — за слова свои отвечать.

   Советы давать легко. Но одно — языком болтать, а иное — за слова свои отвечать.

   — Александр Прозоров · книга
6. «

   Именно в этот момент я внезапно с ужасающей очевидностью осознал, что государь — это не титул, не звание и даже не должность. Государь — это тягло. Тягло перед всей своей землей. И нести мне его не перенести. А еще я понял, что государя должны любить. Нет, не так: государя должны любить!!! Иначе грош ему цена. Нет, его могут ругать, на него могут временами злиться. Ибо ему нет необходимости регулярно, раз в четыре года, наводнять страну слащавой ложью и заискивать перед людьми, нарочно приведенными в состояние толпы, то есть электората, потому что-де выборы и надо пробиться в парламент или еще на какую выборную должностишку при власти. А потом успеть за четыре-восемь лет расплатиться с кредиторами, давшими ему денег на предвыборную кампанию, и заработать себе на достойную старость… А государю ничего этого не нужно. У него вся земля во владении. Причем принадлежать ему она может только вот так, вся, а не каким-то лакомым кусочком типа «Газпрома» или «Норникеля», который можно положить в карман за несколько лет нахождения на вершине власти и спокойно пользоваться все оставшееся время после того, как «исполнил свой демократический долг перед страной и народом». Вот так — все или ничего. Очень… бодрящая мотивация для лидера. Но она заставляет мыслить не в ритме предвыборных периодов, а минимум десятилетиями, а лучше веками. И потому людям вот сейчас конкретно, в этом году, может не понравиться то, что он делает, и они какое время будут ругаться и злиться. Но когда пройдет это время… Государя должны любить! Да, его должны любить даже тогда, когда его ругают и на него злятся! Это и есть его оценка. И она хлеще, чем любые выборы и рейтинги. Ибо тут уже не поиграешь с процентами, не установишь законодательные барьеры, не наймешь политологов и PR-менеджеров, чтобы ненадолго, на пару месяцев, поднять рейтинг, пока не пройдут очередные выборы. Его либо любят — либо нет. Но… как же страшно предать эту любовь. И дело не в том, что это плохо кончится, здесь — казнью, а там, в моем рафинированном и политкорректном будущем, просто неким конституционным переворотом. Дело не в этом… просто преданная любовь тут же обернется ненавистью. А ненависть миллионов уничтожит даже не тело. То, что произошло со мной, ясно доказывает, что тело — чушь, тело всего лишь сосуд, в который налито нечто, вполне способное существовать и в другом сосуде либо вообще без него. Нет, она уничтожит саму твою суть…

   Именно в этот момент я внезапно с ужасающей очевидностью осознал, что государь — это не титул, не звание и даже не должность. Государь — это тягло. Тягло перед всей своей землей. И нести мне его не перенести. А еще я понял, что государя должны любить. Нет, не так: государя должны любить!!! Иначе грош ему цена. Нет, его могут ругать, на него могут временами злиться. Ибо ему нет необходимости регулярно, раз в четыре года, наводнять страну слащавой ложью и заискивать перед людьми, нарочно приведенными в состояние толпы, то есть электората, потому что-де выборы и надо пробиться в парламент или еще на какую выборную должностишку при власти. А потом успеть за четыре-восемь лет расплатиться с кредиторами, давшими ему денег на предвыборную кампанию, и заработать себе на достойную старость… А государю ничего этого не нужно. У него вся земля во владении. Причем принадлежать ему она может только вот так, вся, а не каким-то лакомым кусочком типа «Газпрома» или «Норникеля», который можно положить в карман за несколько лет нахождения на вершине власти и спокойно пользоваться все оставшееся время после того, как «исполнил свой демократический долг перед страной и народом». Вот так — все или ничего. Очень… бодрящая мотивация для лидера. Но она заставляет мыслить не в ритме предвыборных периодов, а минимум десятилетиями, а лучше веками. И потому людям вот сейчас конкретно, в этом году, может не понравиться то, что он делает, и они какое время будут ругаться и злиться. Но когда пройдет это время… Государя должны любить! Да, его должны любить даже тогда, когда его ругают и на него злятся! Это и есть его оценка. И она хлеще, чем любые выборы и рейтинги. Ибо тут уже не поиграешь с процентами, не установишь законодательные барьеры, не наймешь политологов и PR-менеджеров, чтобы ненадолго, на пару месяцев, поднять рейтинг, пока не пройдут очередные выборы. Его либо любят — либо нет. Но… как же страшно предать эту любовь. И дело не в том, что это плохо кончится, здесь — казнью, а там, в моем рафинированном и политкорректном будущем, просто неким конституционным переворотом. Дело не в этом… просто преданная любовь тут же обернется ненавистью. А ненависть миллионов уничтожит даже не тело. То, что произошло со мной, ясно доказывает, что тело — чушь, тело всего лишь сосуд, в который налито нечто, вполне способное существовать и в другом сосуде либо вообще без него. Нет, она уничтожит саму твою суть…

   — Роман Злотников · книга
7. «

   Принятие ответственности за свое тело ведет к принятию ответственности за свою жизнь в целом. Это ежедневно дает силы и в итоге позволяет достичь желаемого.

   Принятие ответственности за свое тело ведет к принятию ответственности за свою жизнь в целом. Это ежедневно дает силы и в итоге позволяет достичь желаемого.

   — Джек Кэнфилд · книга
8. «

   Она знала, что держит «Клёны» в своём маленьком кулачке, и что, если она разожмёт его, всё рухнет, поедет, поползёт, обернётся бесстыдной изнанкой театрального задника — так перепуганный пассажир держит кулак крепко сжатым, когда самолёт попадает в тучи и начинает неловко переваливаться с боку на бок. Пассажир-то знает, что только его желание приземлиться, остаться живым, увидеть черепичные крыши города и серую посадочную полосу аэропорта держит эту бессмысленную железную коробку в воздухе, только его жадное желание, только его.

   Она знала, что держит «Клёны» в своём маленьком кулачке, и что, если она разожмёт его, всё рухнет, поедет, поползёт, обернётся бесстыдной изнанкой театрального задника — так перепуганный пассажир держит кулак крепко сжатым, когда самолёт попадает в тучи и начинает неловко переваливаться с боку на бок. Пассажир-то знает, что только его желание приземлиться, остаться живым, увидеть черепичные крыши города и серую посадочную полосу аэропорта держит эту бессмысленную железную коробку в воздухе, только его жадное желание, только его.

   — Лена Элтанг · книга
9. «

   — Угадайте, почему я опоздала? — В райкоме, что ли, были? — Проспала. — Ой! — Первый раз в жизни проспала!

   — Угадайте, почему я опоздала? — В райкоме, что ли, были? — Проспала. — Ой! — Первый раз в жизни проспала!

   — Людмила Прокофьевна Калугина «Мымра» · фильм
10. «

    — Что... Что это было? — Я всего лишь вырвал кусок стены, чтобы сдержать ударную волну. — Я не об этом! У тебя даже реликвии нет! Как ты так можешь подставляться под удар? — Есть у меня реликвия или нет, не так уж и важно. Я сделал это, потому что я — взрослый, и несу за тебя ответственность. — «Взрослый», да? Я ненавижу всех взрослых! Особенно, своих тупорылых родителей! И я не собираюсь умирать, как эти жалкие идеалисты, помогавшие беженцам! Любой взрослый, что тратит время на пустые мечты — безнадёжный дурак! «Объединить мир через музыку и закончить все войны», да? Надо просто выбить всё дерьмо из тех, кто задумывается о войне! Только это и имеет смысл! — В это ты веришь? Тогда позволь спросить: остановит ли это насилие? — Не знаю. Но... — «Пустые мечты», говоришь? Не согласен. Даже взрослым свойственно продолжать грезить. Взрослея, ты становишься сильнее, выносливее, да и при деньгах. Но что важнее — будучи взрослым, у тебя есть все шансы воплотить свои детские мечты в реальность. И смысл продолжать мечтать от этого только растёт. Думаешь, необходимость отправиться на войну было пустым звуком для твоих родителей? Разве их самопожертвование было пустой мечтой — сделать мир чуточку лучше с помощью музыки? — Откуда ты... — Они хотели показать тебе, что любая мечта может стать реальностью. Даже если ты утверждаешь, что ненавидишь их, я уверен, что тобой они дорожили, как никем другим на свете.

    — Что... Что это было? — Я всего лишь вырвал кусок стены, чтобы сдержать ударную волну. — Я не об этом! У тебя даже реликвии нет! Как ты так можешь подставляться под удар? — Есть у меня реликвия или нет, не так уж и важно. Я сделал это, потому что я — взрослый, и несу за тебя ответственность. — «Взрослый», да? Я ненавижу всех взрослых! Особенно, своих тупорылых родителей! И я не собираюсь умирать, как эти жалкие идеалисты, помогавшие беженцам! Любой взрослый, что тратит время на пустые мечты — безнадёжный дурак! «Объединить мир через музыку и закончить все войны», да? Надо просто выбить всё дерьмо из тех, кто задумывается о войне! Только это и имеет смысл! — В это ты веришь? Тогда позволь спросить: остановит ли это насилие? — Не знаю. Но... — «Пустые мечты», говоришь? Не согласен. Даже взрослым свойственно продолжать грезить. Взрослея, ты становишься сильнее, выносливее, да и при деньгах. Но что важнее — будучи взрослым, у тебя есть все шансы воплотить свои детские мечты в реальность. И смысл продолжать мечтать от этого только растёт. Думаешь, необходимость отправиться на войну было пустым звуком для твоих родителей? Разве их самопожертвование было пустой мечтой — сделать мир чуточку лучше с помощью музыки? — Откуда ты... — Они хотели показать тебе, что любая мечта может стать реальностью. Даже если ты утверждаешь, что ненавидишь их, я уверен, что тобой они дорожили, как никем другим на свете.

    — Крис Юкинэ (Chris Yukine) · аниме
11. «

    Легко учить, ни за что не отвечая.

    Легко учить, ни за что не отвечая.

    — Александр Прозоров · книга
12. «

    Родители никогда не перестают чувствовать ответственность за своих детей.

    Родители никогда не перестают чувствовать ответственность за своих детей.

    — Сара Морган · книга
13. «

    Несомненно, принятие ответственности за свою жизнь тождественно богатству проживания и способностей. И что я надеюсь осуществить — это... привести вас к пониманию того, как много вы выиграете, приняв ответственность за каждую эмоцию, за каждое ваше движение — и сбросив с себя ответственность за всякого другого... Главное во взрослом человеке – это способность взять ответственность за себя — свои мысли, чувства и т. д.

    Несомненно, принятие ответственности за свою жизнь тождественно богатству проживания и способностей. И что я надеюсь осуществить — это... привести вас к пониманию того, как много вы выиграете, приняв ответственность за каждую эмоцию, за каждое ваше движение — и сбросив с себя ответственность за всякого другого... Главное во взрослом человеке – это способность взять ответственность за себя — свои мысли, чувства и т. д.

    — Ирвин Ялом · книга
14. «

    Ответственность перед обществом — не перед семьёй или какой-нибудь группой — требует воображения, потому что требует преданности некой идее, долгу и другим высоким ценностям. Если же всё это впихивать в человека насильно, то его, извините за выражение, просто стошнит, и он окажется таким же пустым, как был до этого.

    Ответственность перед обществом — не перед семьёй или какой-нибудь группой — требует воображения, потому что требует преданности некой идее, долгу и другим высоким ценностям. Если же всё это впихивать в человека насильно, то его, извините за выражение, просто стошнит, и он окажется таким же пустым, как был до этого.

    — Роберт Хайнлайн · книга
15. «

    Я почувствовал себя впервые человеком, объём ответственности которого ограничен какими-то рамками.

    Я почувствовал себя впервые человеком, объём ответственности которого ограничен какими-то рамками.

    — Михаил Булгаков · книга
16. «

    Если я буду поступать, так как удобнее для окружающих, если я позволю другим решать за себя, как прожить свою жизнь, то, в итоге, не буду нести за это никакой ответственности.

    Если я буду поступать, так как удобнее для окружающих, если я позволю другим решать за себя, как прожить свою жизнь, то, в итоге, не буду нести за это никакой ответственности.

    — Фуюми Оно · книга
17. «

    Правило номер один: за сказанное или сделанное, придётся нести ответственность.

    Правило номер один: за сказанное или сделанное, придётся нести ответственность.

    — Кристина Дэвер · книга
18. «

    Лишь я должен нести ответственность за все, что произошло тогда.

    Лишь я должен нести ответственность за все, что произошло тогда.

    — Минато Намиказе · аниме
19. «

    Корона — это прежде всего огромная ответственность за свою страну. Невероятная ответственность. Это ноша, которая давит от рассвета до рассвета. Это своего рода терновый венец. Обычный крестьянин отвечает за себя и свою семью. Дворянин отвечает за тех, кто живет на его землях. А король — как бог — один за всех. А за ним — никого. Только что его семья. Но и тут самодержца подстерегают опасности. Семьи королей тоже бывают разными. Какая-то семья — надежная опора в любой миг королевской жизни. Что бы там ни случилось — пожар, землетрясение, война, наводнение, — они всегда будут рядом и станут делать то, что лучше для страны. А может, и так, что королевская семья окажется сворой жадных мерзких пиявок, сосущих кровь из страны.

    Корона — это прежде всего огромная ответственность за свою страну. Невероятная ответственность. Это ноша, которая давит от рассвета до рассвета. Это своего рода терновый венец. Обычный крестьянин отвечает за себя и свою семью. Дворянин отвечает за тех, кто живет на его землях. А король — как бог — один за всех. А за ним — никого. Только что его семья. Но и тут самодержца подстерегают опасности. Семьи королей тоже бывают разными. Какая-то семья — надежная опора в любой миг королевской жизни. Что бы там ни случилось — пожар, землетрясение, война, наводнение, — они всегда будут рядом и станут делать то, что лучше для страны. А может, и так, что королевская семья окажется сворой жадных мерзких пиявок, сосущих кровь из страны.

    — Галина Гончарова · книга
20. «

    У него был в высшей степени развит непревзойденный навык делового человека — перекладывать ответственность на других, уступая при этом лишь жалкие крохи власти.

    У него был в высшей степени развит непревзойденный навык делового человека — перекладывать ответственность на других, уступая при этом лишь жалкие крохи власти.

    — Робертсон Дэвис · книга