26 фраз, которые всё говорят о «памятники»

Тема «памятники» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 26 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Памятники известным генералам невозможны без могил неизвестных солдат.

   Памятники известным генералам невозможны без могил неизвестных солдат.

   — Владимир Леонтьевич Гавеля · книга
2. «

   — Мы решили сделать маркизу памятник. — Скоро он скончается и мы хотим произвести хорошее впечатление. — Входите. Какую вы хотите статую — голую или одетую? — Голую... Мне, кажется, голая лучше... — Что ты говоришь? Мы выставим голого Микеле в девяносто лет?

   — Мы решили сделать маркизу памятник. — Скоро он скончается и мы хотим произвести хорошее впечатление. — Входите. Какую вы хотите статую — голую или одетую? — Голую... Мне, кажется, голая лучше... — Что ты говоришь? Мы выставим голого Микеле в девяносто лет?

   — скульптор Торволсе · фильм
3. «

   Евросоюз — это потерпевшие поражение [во Второй мировой войне]. Для них памятники нашим солдатам, нашим героям, это памятники об их поражении, символы их поражения. Поэтому как только они почувствовали, что могут себе это позволить, сразу же началось глумление над этими памятниками, а затем и снос. Первопричина — это крах Советского Союза.

   Евросоюз — это потерпевшие поражение [во Второй мировой войне]. Для них памятники нашим солдатам, нашим героям, это памятники об их поражении, символы их поражения. Поэтому как только они почувствовали, что могут себе это позволить, сразу же началось глумление над этими памятниками, а затем и снос. Первопричина — это крах Советского Союза.

   — Игорь Сергеевич Шишкин
4. «

   Много ли нужно для сохранения памяти о человеке? Час работы мраморщика.

   Много ли нужно для сохранения памяти о человеке? Час работы мраморщика.

   — Альфонс Жан Карр
5. «

   Хорошие памятники увековечивают авторов.

   Хорошие памятники увековечивают авторов.
6. «

   С каждой стороны широкого постамента — дощечки с выгравированными на металле именами. — Местные жители, погибшие в двух мировых войнах. — Сняв очки, я представляю венки из алых маков, которые ложатся сюда в ноябре. В алфавитном порядке перечисляются фамилии здешних прихожан, павших в бою. Над каждой группой имен значится год смерти. — Сколько жизней потеряла эта деревня...

   С каждой стороны широкого постамента — дощечки с выгравированными на металле именами. — Местные жители, погибшие в двух мировых войнах. — Сняв очки, я представляю венки из алых маков, которые ложатся сюда в ноябре. В алфавитном порядке перечисляются фамилии здешних прихожан, павших в бою. Над каждой группой имен значится год смерти. — Сколько жизней потеряла эта деревня...

   — Сэм Хайес · книга
7. «

   Пусть вернётся Феликс на Лубянку — Нужен символ крепости в Москве. Даст народ проснувшись спозаранку, Пронестись желаемой молве: Что окрепла матушка Россия, Диктовать никто не смеет ей, Как ей жить и быть ли ей Мессией Для людей, что жаждут светлых дней.

   Пусть вернётся Феликс на Лубянку — Нужен символ крепости в Москве. Даст народ проснувшись спозаранку, Пронестись желаемой молве: Что окрепла матушка Россия, Диктовать никто не смеет ей, Как ей жить и быть ли ей Мессией Для людей, что жаждут светлых дней.

   — Аристарх Ромашин
8. «

   Всё-таки странно, почему принято ставить памятники всевозможным людям? А почему бы не поставить памятник луне или дереву в цвету?..

   Всё-таки странно, почему принято ставить памятники всевозможным людям? А почему бы не поставить памятник луне или дереву в цвету?..

   — Эрих Мария Ремарк · книга
9. «

   Часто памятники пытаются стать незаметными, слиться с обшарпанными стенами заводских корпусов, спрятаться в кустах, что, к слову, весьма характерно для ведомственных Ильичей. Им действительно есть чего опасаться, они давно в группе риска.

   Часто памятники пытаются стать незаметными, слиться с обшарпанными стенами заводских корпусов, спрятаться в кустах, что, к слову, весьма характерно для ведомственных Ильичей. Им действительно есть чего опасаться, они давно в группе риска.

   — Сергей Носов · книга
10. «

    Если мне будут напоминать, что сам покойник настаивал: «Достойный человека памятник только один — земляная могила и деревянный крест, а монумента заслуживает только собака», — я им скажу, дуракам, что если и в самом деле на что-нибудь годятся монументы, то исключительно только для напоминания о том, кто, по зависящим или не зависящим от нас причинам, незаслуженно ускользнул из нашей памяти.

    Если мне будут напоминать, что сам покойник настаивал: «Достойный человека памятник только один — земляная могила и деревянный крест, а монумента заслуживает только собака», — я им скажу, дуракам, что если и в самом деле на что-нибудь годятся монументы, то исключительно только для напоминания о том, кто, по зависящим или не зависящим от нас причинам, незаслуженно ускользнул из нашей памяти.

    — Венедикт Васильевич Ерофеев · книга
11. «

    Смысл. Оставить след во Вселенной. Но не безмолвный памятник былого величия. Не бесполезный монумент мёртвого тщеславия. Быть полезными кому-то ещё, кто будет жить тысячелетия после нас.

    Смысл. Оставить след во Вселенной. Но не безмолвный памятник былого величия. Не бесполезный монумент мёртвого тщеславия. Быть полезными кому-то ещё, кто будет жить тысячелетия после нас.

    — Дмитрий Игнатов · книга
12. «

    Памятники ставят из боязни забыть вспоминать.

    Памятники ставят из боязни забыть вспоминать.

    — Геннадий Ефимович Малкин · книга
13. «

    Произнося слово «увековечить», мы даже не задумываемся, насколько смертны памятники. Как бы ни были они «ориентированы на вечность», средняя продолжительность их жизни соизмерима с человеческой.

    Произнося слово «увековечить», мы даже не задумываемся, насколько смертны памятники. Как бы ни были они «ориентированы на вечность», средняя продолжительность их жизни соизмерима с человеческой.

    — Сергей Носов · книга
14. «

    Я не знаю, какой ты. Этого не знают даже те, кто совершенно уверен в том, что знают. Ты такой, какой ты есть, но могу же я надеяться, что ты такой, каким я всю жизнь хотел тебя видеть: добрый и умный, снисходительный и помнящий, внимательный и, может быть, даже благородный. Мы растеряли все это, у нас не хватает на это ни сил, ни времени, мы только строим памятники, все больше, все выше, все дешевле, а помнить — помнить мы уже не можем.

    Я не знаю, какой ты. Этого не знают даже те, кто совершенно уверен в том, что знают. Ты такой, какой ты есть, но могу же я надеяться, что ты такой, каким я всю жизнь хотел тебя видеть: добрый и умный, снисходительный и помнящий, внимательный и, может быть, даже благородный. Мы растеряли все это, у нас не хватает на это ни сил, ни времени, мы только строим памятники, все больше, все выше, все дешевле, а помнить — помнить мы уже не можем.

    — Аркадий Стругацкий · книга
15. «

    Надпись на памятнике порой звучит, как объявление о розыске.

    Надпись на памятнике порой звучит, как объявление о розыске.

    — Станислав Ежи Лец
16. «

    Видимо, я чувствую по поводу той войны и людей, которые в ней победили, то же, что и большинство. Но я не понимаю, почему с каждым годом она становится всё важнее, а остальные, кажется, этому совсем не удивляются. Памятники и мемориальные доски на каждом углу кажутся мне своеобразными урнами – но не для праха, а для отлетевших душ умерших стариков с орденскими планками. Ваяющие героев Великой войны скульпторы просто отрабатывают гонорары, политики, произносящие речи на церемонии открытия монумента, на самом деле думают о своих любовницах, а дети, кладущие цветы у подножья, волнуются, как бы не споткнуться, идя обратно, ведь это очень важный праздник, хотя и непонятно, почему. Узнать в граните и мраморе отголоски знакомого лица, в последний раз виденного перед боем шесть или семь десятилетий назад, и заплакать могут только ветераны. Скоро их не останется совсем, а город окончательно превратится в бессмысленный и бесполезный сад камней…

    Видимо, я чувствую по поводу той войны и людей, которые в ней победили, то же, что и большинство. Но я не понимаю, почему с каждым годом она становится всё важнее, а остальные, кажется, этому совсем не удивляются. Памятники и мемориальные доски на каждом углу кажутся мне своеобразными урнами – но не для праха, а для отлетевших душ умерших стариков с орденскими планками. Ваяющие героев Великой войны скульпторы просто отрабатывают гонорары, политики, произносящие речи на церемонии открытия монумента, на самом деле думают о своих любовницах, а дети, кладущие цветы у подножья, волнуются, как бы не споткнуться, идя обратно, ведь это очень важный праздник, хотя и непонятно, почему. Узнать в граните и мраморе отголоски знакомого лица, в последний раз виденного перед боем шесть или семь десятилетий назад, и заплакать могут только ветераны. Скоро их не останется совсем, а город окончательно превратится в бессмысленный и бесполезный сад камней…

    — Дмитрий Глуховский · книга
17. «

    У меня вообще есть ощущение, что мы любим быть героями. Мы любим бы быть выжившими, понимаете? И желательно вопреки чему-то. Мы же воспитаны на героических подвигах, у нас на каждом шагу памятники.

    У меня вообще есть ощущение, что мы любим быть героями. Мы любим бы быть выжившими, понимаете? И желательно вопреки чему-то. Мы же воспитаны на героических подвигах, у нас на каждом шагу памятники.

    — Андрей Айрапетов
18. «

    — Ой, что ж он всё-таки с Петром сделал! — А представляешь, что сделал бы Пётр с ним, если бы это увидел!

    — Ой, что ж он всё-таки с Петром сделал! — А представляешь, что сделал бы Пётр с ним, если бы это увидел!

    — Лёша · фильм
19. «

    Госпиталь когда-нибудь возведёт тебе памятник. Ну, такой, с надписью «Пни меня» на спине.

    Госпиталь когда-нибудь возведёт тебе памятник. Ну, такой, с надписью «Пни меня» на спине.

    — Доктор Грегори Хаус · сериал
20. «

    Нам, например, ясно, кто виноват в наших бедах. Если виновного перед глазами нет, мы обращаем свой взор на памятники. Мы требуем ответственности от них, и в первую очередь ответственности за тех, кому они посвящены. Люди за поступки людей заставляют отвечать памятники!... Памятники — идеальные объекты для наказаний. Они не просто терпеливы, они умеют претерпевать.

    Нам, например, ясно, кто виноват в наших бедах. Если виновного перед глазами нет, мы обращаем свой взор на памятники. Мы требуем ответственности от них, и в первую очередь ответственности за тех, кому они посвящены. Люди за поступки людей заставляют отвечать памятники!... Памятники — идеальные объекты для наказаний. Они не просто терпеливы, они умеют претерпевать.

    — Сергей Носов · книга