19 цитат на тему «Красивые цитаты на тему «париж»» — подборка редакции

Тема «Красивые цитаты на тему «париж»» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 19 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Слитный гул обычно стоящий над Парижем днём, — это говор города, ночью — его дыхание.

   Слитный гул обычно стоящий над Парижем днём, — это говор города, ночью — его дыхание.

   — Виктор Гюго · книга
2. «

   Она купила себе план Парижа и кончиком пальца блуждала по столице. Скиталась по бульварам, останавливалась на каждом углу, на перекрёстках улиц, перед белыми квадратиками домов. Когда глаза уставали, она закрывала веки и видела во мраке колеблемые ветром языки газовых огней и подножки колясок, мгновенно откидывающиеся у подъезда театров.

   Она купила себе план Парижа и кончиком пальца блуждала по столице. Скиталась по бульварам, останавливалась на каждом углу, на перекрёстках улиц, перед белыми квадратиками домов. Когда глаза уставали, она закрывала веки и видела во мраке колеблемые ветром языки газовых огней и подножки колясок, мгновенно откидывающиеся у подъезда театров.

   — Гюстав Флобер · книга
3. «

   Париж — единственный в мире город, где можно отлично проводить время, ничем, по существу, не занимаясь.

   Париж — единственный в мире город, где можно отлично проводить время, ничем, по существу, не занимаясь.

   — Эрих Мария Ремарк · книга
4. «

   Париж, открытый город, Твоя душа живая, Томясь, исходит кровью, Как рана ножевая.

   Париж, открытый город, Твоя душа живая, Томясь, исходит кровью, Как рана ножевая.

   — Жюль Сюпервьель
5. «

   Париж — не город, — это целая планета!

   Париж — не город, — это целая планета!

   — Луи де Пон дю Лак · фильм
6. «

   Крыши Парижа. Светятся окна — семьи собираются за воскресным обедом. Ко мне возвращается ощущение, испытанное не так давно на Елисейских полях — чем прекрасней все вокруг, тем более отверженным я себя ощущаю.

   Крыши Парижа. Светятся окна — семьи собираются за воскресным обедом. Ко мне возвращается ощущение, испытанное не так давно на Елисейских полях — чем прекрасней все вокруг, тем более отверженным я себя ощущаю.

   — Пауло Коэльо · книга
7. «

   Ты властно всех берешь в зубчатые колеса, И мелешь души всех, и веешь легкий прах. А слезы вечности кропят его, как росы… И ты стоишь, Париж, как мельница, в веках! В тебе возможности, в тебе есть дух движенья, Ты вольно окрылен, и вольных крыльев тень Ложится и теперь на наши поколенья, И стать великим днем здесь может каждый день. Плотины баррикад вонзал ты смело в стены, И замыкал поток мятущихся времен, И раздроблял его в красивых брызгах пены. Он дальше убегал, разбит, преображен. Вторгались варвары в твой сжатый круг, крушили Заветные углы твоих святых дворцов, Но был не властен меч над тайной вечной были: Как феникс, ты взлетал из дыма, жив и нов. Париж не весь в домах, и в том иль в этом лике: Он часть истории, идея, сказка, бред. Свое бессмертие ты понял, о великий, И бреду твоему исчезновенья — нет!

   Ты властно всех берешь в зубчатые колеса, И мелешь души всех, и веешь легкий прах. А слезы вечности кропят его, как росы… И ты стоишь, Париж, как мельница, в веках! В тебе возможности, в тебе есть дух движенья, Ты вольно окрылен, и вольных крыльев тень Ложится и теперь на наши поколенья, И стать великим днем здесь может каждый день. Плотины баррикад вонзал ты смело в стены, И замыкал поток мятущихся времен, И раздроблял его в красивых брызгах пены. Он дальше убегал, разбит, преображен. Вторгались варвары в твой сжатый круг, крушили Заветные углы твоих святых дворцов, Но был не властен меч над тайной вечной были: Как феникс, ты взлетал из дыма, жив и нов. Париж не весь в домах, и в том иль в этом лике: Он часть истории, идея, сказка, бред. Свое бессмертие ты понял, о великий, И бреду твоему исчезновенья — нет!

   — Валерий Брюсов
8. «

   О Боже, может ли что-то быть лучше, чем свежая булка в руке и парижскоая брусчатка под ногами?

   О Боже, может ли что-то быть лучше, чем свежая булка в руке и парижскоая брусчатка под ногами?

   — Ирина Богданова · книга
9. «

   Я снова в пути и мой любимый город Снится в ночи за сеткою дождей Здесь так давно я был горяч и молод Плыл по реке твоих ночных огней Но не грусти, о, мой любимый город Сказочный страж моей пустой души Я не забыл фонтанов звонкий голос Я сохранил печаль твоей судьбы

   Я снова в пути и мой любимый город Снится в ночи за сеткою дождей Здесь так давно я был горяч и молод Плыл по реке твоих ночных огней Но не грусти, о, мой любимый город Сказочный страж моей пустой души Я не забыл фонтанов звонкий голос Я сохранил печаль твоей судьбы
10. «

    Но Париж очень старый город, а мы были молоды, и всё там было не просто — и бедность, и неожиданное богатство, и лунный свет, и справедливость или зло, и дыхание той, что лежала рядом с тобой в лунном свете.

    Но Париж очень старый город, а мы были молоды, и всё там было не просто — и бедность, и неожиданное богатство, и лунный свет, и справедливость или зло, и дыхание той, что лежала рядом с тобой в лунном свете.

    — Эрнест Хемингуэй · книга
11. «

    — Париж требует от тебя больше двух дней, — сказал Хулиан. — И ему нет никакого дела до твоих доводов или оправданий.

    — Париж требует от тебя больше двух дней, — сказал Хулиан. — И ему нет никакого дела до твоих доводов или оправданий.

    — Карлос Руис Сафон · книга
12. «

    Когда Богу на небе скучно, он открывает окно и смотрит на парижские бульвары.

    Когда Богу на небе скучно, он открывает окно и смотрит на парижские бульвары.

    — Полночь в Париже (Midnight in Paris) · фильм
13. «

    Если тебе повезло и ты в молодости жил в Париже, то, где бы ты ни был потом, он до конца дней твоих останется с тобой, потому что Париж — это праздник, который всегда с тобой.

    Если тебе повезло и ты в молодости жил в Париже, то, где бы ты ни был потом, он до конца дней твоих останется с тобой, потому что Париж — это праздник, который всегда с тобой.

    — Эрнест Хемингуэй · книга
14. «

    Стоит оглянуться… каждая улица, бульвар — это своя особая форма искусства. И когда думаешь, что в холодной, жестокой, бессмысленной Вселенной существует Париж, эти огни… ну правда. Ничего же не происходит на Юпитере или Нептуне… Но ведь из самого космоса можно видеть эти огни, кафе, людей, которые пьют, поют… Я думаю, что Париж самое оживленное место во Вселенной.

    Стоит оглянуться… каждая улица, бульвар — это своя особая форма искусства. И когда думаешь, что в холодной, жестокой, бессмысленной Вселенной существует Париж, эти огни… ну правда. Ничего же не происходит на Юпитере или Нептуне… Но ведь из самого космоса можно видеть эти огни, кафе, людей, которые пьют, поют… Я думаю, что Париж самое оживленное место во Вселенной.

    — Гил Пендер · фильм
15. «

    Париж никогда не кончается, и воспоминания каждого человека, который жил в нем, отличается от воспоминаний любого другого. Мы всегда возвращались туда, кем бы мы ни были, как бы он ни изменился, независимо от того, насколько трудно или легко было до него добраться. Он всегда того стоит и всегда воздал нам за то, что мы ему приносили.

    Париж никогда не кончается, и воспоминания каждого человека, который жил в нем, отличается от воспоминаний любого другого. Мы всегда возвращались туда, кем бы мы ни были, как бы он ни изменился, независимо от того, насколько трудно или легко было до него добраться. Он всегда того стоит и всегда воздал нам за то, что мы ему приносили.

    — Эрнест Хемингуэй · книга
16. «

    Париж совсем мал для тех, чья любовь так велика, как наша.

    Париж совсем мал для тех, чья любовь так велика, как наша.

    — Гаранс · фильм
17. «

    La regarde de travers Mais la Seine s'en balance Elle n'a pas de souci Elle se la coule douce Le jour comme la nuit Et s'en va vers le Havre, et s'en va vers la mer En passant comme un rêve Au milieu des mystères Des misères de Paris.

    La regarde de travers Mais la Seine s'en balance Elle n'a pas de souci Elle se la coule douce Le jour comme la nuit Et s'en va vers le Havre, et s'en va vers la mer En passant comme un rêve Au milieu des mystères Des misères de Paris.

    — Жак Превер
18. «

    Вот так и Париж… разрушает нас потихоньку, сладостно, перетирает меж своих цветов и бумажных скатертей, заляпанных винными пятнами, сжигает нас своим огнём, не имеющим цвета, что вырывается в ночи из съеденных временем подъездов.

    Вот так и Париж… разрушает нас потихоньку, сладостно, перетирает меж своих цветов и бумажных скатертей, заляпанных винными пятнами, сжигает нас своим огнём, не имеющим цвета, что вырывается в ночи из съеденных временем подъездов.

    — Хулио Кортасар · книга
19. «

    ... у Парижа есть свой особенный аромат, который не меняется веками. В этот город невозможно не влюбиться. Он был живой, обладал мужским характером, аристократической галантностью и являлся противоположностью моему родному городу. Москва — женщина, ослепительная кокетливая красавица. Ее наряды — суперсовременные здания с фасадами по последней моде. Ее бриллианты — ночные огни. Ее улыбки — сияющие витрины магазинов. Ее капризы — это хмурое небо, которое за считанные минуты может уступить место яркому солнцу. В погоне за модой она полностью обновляется каждые несколько лет. Париж не такой. В нем есть сила характера и мужская сдержанность. Он предпочитает проверенную временем классику. Его каменный облик изыскан и элегантен, а ценности вечны. Москва была мне подругой, Париж стал возлюбленным.

    ... у Парижа есть свой особенный аромат, который не меняется веками. В этот город невозможно не влюбиться. Он был живой, обладал мужским характером, аристократической галантностью и являлся противоположностью моему родному городу. Москва — женщина, ослепительная кокетливая красавица. Ее наряды — суперсовременные здания с фасадами по последней моде. Ее бриллианты — ночные огни. Ее улыбки — сияющие витрины магазинов. Ее капризы — это хмурое небо, которое за считанные минуты может уступить место яркому солнцу. В погоне за модой она полностью обновляется каждые несколько лет. Париж не такой. В нем есть сила характера и мужская сдержанность. Он предпочитает проверенную временем классику. Его каменный облик изыскан и элегантен, а ценности вечны. Москва была мне подругой, Париж стал возлюбленным.

    — Юлия Набокова · книга