116 мудрых цитат про «Париж»

Собрали 116 цитат на тему «Париж» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Полдень, полдень, Летний воздух неподвижен, Ходим, ходим по Парижу, по Парижу Хоть бы, хоть бы мне тебя узнать поближе... Вот как раз кафе — садись же! Полдень, полдень, Летний воздух неподвижен. Ходим, ходим по Парижу, по Парижу. Сев напротив, я полез в карман И вижу — пять монет всего, о-о-о! Этот неожиданный конфуз Не смутил меня - Как истинный француз, Я сказал: «Гарсон, же ву при пардон, Пусть пришлют счет мне домой потом!»

   Полдень, полдень, Летний воздух неподвижен, Ходим, ходим по Парижу, по Парижу Хоть бы, хоть бы мне тебя узнать поближе... Вот как раз кафе — садись же! Полдень, полдень, Летний воздух неподвижен. Ходим, ходим по Парижу, по Парижу. Сев напротив, я полез в карман И вижу — пять монет всего, о-о-о! Этот неожиданный конфуз Не смутил меня - Как истинный француз, Я сказал: «Гарсон, же ву при пардон, Пусть пришлют счет мне домой потом!»
2. «

   Нигде в мире нет подобного города… И никогда не было!

   Нигде в мире нет подобного города… И никогда не было!

   — Гил Пендер · фильм
3. «

   Мопассан бежал от Эйфелевой башни, которая давила ему на мозг своей пошлостью.

   Мопассан бежал от Эйфелевой башни, которая давила ему на мозг своей пошлостью.

   — Антон Павлович Чехов · книга
4. «

   Париж — это единственный в мире город, где не обязательно быть счастливым.

   Париж — это единственный в мире город, где не обязательно быть счастливым.

   — Амели Нотомб · книга
5. «

   Да, покупка платья в Париже – это величайшее и чудеснейшее событие, какое только может случиться в жизни женщины!

   Да, покупка платья в Париже – это величайшее и чудеснейшее событие, какое только может случиться в жизни женщины!

   — Пол Гэллико · книга
6. «

   Одна из привелегий славного города Парижа в том, что здесь можно родиться, жить и умереть, не привлекая ничьего внимания. Воспользуемся же преимуществами цивилизации.

   Одна из привелегий славного города Парижа в том, что здесь можно родиться, жить и умереть, не привлекая ничьего внимания. Воспользуемся же преимуществами цивилизации.

   — Оноре де Бальзак · книга
7. «

   Париж — единственный в мире город, где можно отлично проводить время, ничем, по существу, не занимаясь.

   Париж — единственный в мире город, где можно отлично проводить время, ничем, по существу, не занимаясь.

   — Эрих Мария Ремарк · книга
8. «

   Я покинул Париж и даже Францию, потому что Эйфелева башня чересчур мне надоела. Она не только видна отовсюду, но вообще попадается вам на каждом шагу: она сделана из всех возможных материалов и преследует вас из всех витрин, как неотвязный, мучительный кошмар.

   Я покинул Париж и даже Францию, потому что Эйфелева башня чересчур мне надоела. Она не только видна отовсюду, но вообще попадается вам на каждом шагу: она сделана из всех возможных материалов и преследует вас из всех витрин, как неотвязный, мучительный кошмар.

   — Ги де Мопассан · книга
9. «

   Кто не жил на левом берегу Сены, между улицей Сен-Жак и улицей Святых Отцов, тот не изведал человеческой жизни!

   Кто не жил на левом берегу Сены, между улицей Сен-Жак и улицей Святых Отцов, тот не изведал человеческой жизни!

   — Оноре де Бальзак · книга
10. «

    Эти светила восходят и заходят без блеска. Когда они умирают молодыми, об их смерти узнают все их любовники одновременно, потому что в Париже почти все любовники известной кокотки живут одной жизнью. Они обмениваются воспоминаниями и продолжают свою жизнь дальше, не пролив ни единой слезы.

    Эти светила восходят и заходят без блеска. Когда они умирают молодыми, об их смерти узнают все их любовники одновременно, потому что в Париже почти все любовники известной кокотки живут одной жизнью. Они обмениваются воспоминаниями и продолжают свою жизнь дальше, не пролив ни единой слезы.

    — Александр Дюма (сын) · книга
11. «

    Приехал я в Париж. Жители почитают свой город столицею света, а свет – своею провинцией. Бургонию, например, считают близкою провинцией, а Россию – дальнею. Так что первый комплимент чужестранцу: «Вы совсем не походите на чужестранца, поздравляю вас!». Зато нечистота в городе такая, какую людям, не вовсе оскотинившимся, переносить трудно, но обоняние французов нимало от того не страждет. В рассуждении чистоты перенимать здесь нечего, а в рассуждении благонравия – ещё меньше.

    Приехал я в Париж. Жители почитают свой город столицею света, а свет – своею провинцией. Бургонию, например, считают близкою провинцией, а Россию – дальнею. Так что первый комплимент чужестранцу: «Вы совсем не походите на чужестранца, поздравляю вас!». Зато нечистота в городе такая, какую людям, не вовсе оскотинившимся, переносить трудно, но обоняние французов нимало от того не страждет. В рассуждении чистоты перенимать здесь нечего, а в рассуждении благонравия – ещё меньше.

    — Денис Иванович Фонвизин
12. «

    Париж — город взрослых и такую роскошь, как дети, могут позволить себе лишь состоятельные граждане.

    Париж — город взрослых и такую роскошь, как дети, могут позволить себе лишь состоятельные граждане.

    — Ирина Богданова · книга
13. «

    — Есть поговорка, что хорошие американцы после смерти отправляются в Париж. А дурные? — В Америку.

    — Есть поговорка, что хорошие американцы после смерти отправляются в Париж. А дурные? — В Америку.

    — Оскар Уайльд
14. «

    — Париж! Скажем так — куда бы ты потом не поехал, Париж — это праздник, который всегда с тобой. — Красиво сказано! — Это Хэмингуэй, он всегда искусно обращался со словами, впрочем, как и с женщинами. — Так что Генри Морган посоветует посмотреть в Париже? — По моему, лучшее, что можно сделать в Париже — заблудиться в нем. Проснуться, пойти, куда глаза глядят, и заблудиться.... Бродить по улицам, пока не устанешь так, что упадешь в ближайшем кафе и закажешь что-нибудь изумительное со стаканчиком вина... Потом вернуться домой, а назавтра — все по новой. Правда, это сработает как надо только если быть в компании кого-то очень тебе дорогого.

    — Париж! Скажем так — куда бы ты потом не поехал, Париж — это праздник, который всегда с тобой. — Красиво сказано! — Это Хэмингуэй, он всегда искусно обращался со словами, впрочем, как и с женщинами. — Так что Генри Морган посоветует посмотреть в Париже? — По моему, лучшее, что можно сделать в Париже — заблудиться в нем. Проснуться, пойти, куда глаза глядят, и заблудиться.... Бродить по улицам, пока не устанешь так, что упадешь в ближайшем кафе и закажешь что-нибудь изумительное со стаканчиком вина... Потом вернуться домой, а назавтра — все по новой. Правда, это сработает как надо только если быть в компании кого-то очень тебе дорогого.

    — Доктор Генри Морган · сериал
15. «

    Maintenant tu marches dans Paris tout seul parmi la foule Des troupeaux d’autobus mugissants près de toi roulent L’angoisse de l’amour te serre le gosier Comme si tu ne devais jamais plus être aimé Si tu vivais dans l’ancien temps tu entrerais dans un monastère Vous avez honte quand vous vous surprenez à dire une prière Tu te moques de toi et comme le feu de l’Enfer ton rire pétille Les étincelles de ton rire dorent le fond de ta vie C’est un tableau pendu dans un sombre musée Et quelquefois tu vas le regarder de près

    Maintenant tu marches dans Paris tout seul parmi la foule Des troupeaux d’autobus mugissants près de toi roulent L’angoisse de l’amour te serre le gosier Comme si tu ne devais jamais plus être aimé Si tu vivais dans l’ancien temps tu entrerais dans un monastère Vous avez honte quand vous vous surprenez à dire une prière Tu te moques de toi et comme le feu de l’Enfer ton rire pétille Les étincelles de ton rire dorent le fond de ta vie C’est un tableau pendu dans un sombre musée Et quelquefois tu vas le regarder de près

    — Гийом Аполлинер
16. «

    Красота не трогала ее сердце, в отличие от Эйфелевой башни. Эта постройка выглядела чрезвычайно неуклюже. Если улицы Парижа были аккуратно сшиты между собой опытной швеей, то Эйфелева башня была толстой иглой, бессмысленно торчавшей посередине. Она возвышалась над широкими бульварами, элегантными куполами и зданиями, украшенными скульптурами богов. Она никогда не впишется в местный ландшафт, но всегда будет приковывать внимание.

    Красота не трогала ее сердце, в отличие от Эйфелевой башни. Эта постройка выглядела чрезвычайно неуклюже. Если улицы Парижа были аккуратно сшиты между собой опытной швеей, то Эйфелева башня была толстой иглой, бессмысленно торчавшей посередине. Она возвышалась над широкими бульварами, элегантными куполами и зданиями, украшенными скульптурами богов. Она никогда не впишется в местный ландшафт, но всегда будет приковывать внимание.

    — Рошани Чокши · книга
17. «

    — И давно вы в Париже? — Прибыл утром. — А много успели. — Терпение, к сожалению, мне несвойственно.

    — И давно вы в Париже? — Прибыл утром. — А много успели. — Терпение, к сожалению, мне несвойственно.

    — Атос · фильм
18. «

    Дедушка продолжил свой неторопливый променад вдоль павильонов. На нём был элегантный тёмно-синий тренч ниже колена, а брюки идеальной длины выдавали любителя одежды на заказ. В Париже можно красиво стареть и умирать.

    Дедушка продолжил свой неторопливый променад вдоль павильонов. На нём был элегантный тёмно-синий тренч ниже колена, а брюки идеальной длины выдавали любителя одежды на заказ. В Париже можно красиво стареть и умирать.

    — Елизавета Ракова · книга
19. «

    Время на самом деле лучший архитектор. Оно даже унылый доходный дом способно превратить в жемчужину городского ансамбля. В своё время парижане демонстрации устраивали против Эйфелевой башни, а сейчас без неё Парижа считай что и нет...

    Время на самом деле лучший архитектор. Оно даже унылый доходный дом способно превратить в жемчужину городского ансамбля. В своё время парижане демонстрации устраивали против Эйфелевой башни, а сейчас без неё Парижа считай что и нет...

    — Сергей Лукьяненко · книга
20. «

    От страсти у мужчины кровь бурлила, И женщина с улыбкой на устах Сказала, что себя бы разрешила Поцеловать, но только в двух местах. О, мужики — святая простота! Он к женщине придвинулся поближе И попросил быстрей назвать места. Она сказала: «В Риме и в Париже...»

    От страсти у мужчины кровь бурлила, И женщина с улыбкой на устах Сказала, что себя бы разрешила Поцеловать, но только в двух местах. О, мужики — святая простота! Он к женщине придвинулся поближе И попросил быстрей назвать места. Она сказала: «В Риме и в Париже...»