175 цитат «Париж» — что говорили умные люди

Собрали 175 цитат на тему «Париж» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Приехал я в Париж. Жители почитают свой город столицею света, а свет – своею провинцией. Бургонию, например, считают близкою провинцией, а Россию – дальнею. Так что первый комплимент чужестранцу: «Вы совсем не походите на чужестранца, поздравляю вас!». Зато нечистота в городе такая, какую людям, не вовсе оскотинившимся, переносить трудно, но обоняние французов нимало от того не страждет. В рассуждении чистоты перенимать здесь нечего, а в рассуждении благонравия – ещё меньше.

   Приехал я в Париж. Жители почитают свой город столицею света, а свет – своею провинцией. Бургонию, например, считают близкою провинцией, а Россию – дальнею. Так что первый комплимент чужестранцу: «Вы совсем не походите на чужестранца, поздравляю вас!». Зато нечистота в городе такая, какую людям, не вовсе оскотинившимся, переносить трудно, но обоняние французов нимало от того не страждет. В рассуждении чистоты перенимать здесь нечего, а в рассуждении благонравия – ещё меньше.

   — Денис Иванович Фонвизин
2. «

   — Парижане никогда не смеются? — Они не смеются только на комедиях.

   — Парижане никогда не смеются? — Они не смеются только на комедиях.

   — Аврора де Невер · фильм
3. «

   — Знаешь, я в детстве часто спрашивала себя, а что, Луна над Кампечче такая же, как над Чиуауой? — Такая же. И над Парижем такая же. И над Гоа, и над Миланом.

   — Знаешь, я в детстве часто спрашивала себя, а что, Луна над Кампечче такая же, как над Чиуауой? — Такая же. И над Парижем такая же. И над Гоа, и над Миланом.

   — Малинке · фильм
4. «

   Парижане всегда чувствуют себя, как на маскараде.

   Парижане всегда чувствуют себя, как на маскараде.

   — Гастон Леру · книга
5. «

   Но сбудутся сны и я вернусь навеки В ласковый плен мансард и площадей Будут они меня встречать и ветер Ветер надежды и любви моей.

   Но сбудутся сны и я вернусь навеки В ласковый плен мансард и площадей Будут они меня встречать и ветер Ветер надежды и любви моей.
6. «

   – У меня задача: доказать, что Париж – романтический город. – Это задачка для первокурсников. Вот попробуй доказать, что романтический город – Вышний Волочек.

   – У меня задача: доказать, что Париж – романтический город. – Это задачка для первокурсников. Вот попробуй доказать, что романтический город – Вышний Волочек.

   — Владимир Дараган · книга
7. «

   31 марта 1889 года — чёрный день в истории Парижа, в истории Франции, в истории Европы. Чёрный день с привкусом металла на зубах.

   31 марта 1889 года — чёрный день в истории Парижа, в истории Франции, в истории Европы. Чёрный день с привкусом металла на зубах.

   — Дмитрий Грунтовский · книга
8. «

   Ты кажешься совсем не парижанином по рождению среди этих людей, изворотливый ум которых никогда не возвышается над уровнем полезных для них целей.

   Ты кажешься совсем не парижанином по рождению среди этих людей, изворотливый ум которых никогда не возвышается над уровнем полезных для них целей.

   — Стендаль · книга
9. «

   В Париже в первый же день привыкаешь к мысли, что все цивилизованное человечество объясняется исключительно по-французски, к вечеру смиряешься с тем, что лично ты больше не являешься его неотъемлемой частью, а уже на следующее утро начинаешь этим наслаждаться, в очередной раз обнаружив, что возможность не разбирать звучащую вокруг человеческую речь — ни с чем не сравнимое удовольствие.

   В Париже в первый же день привыкаешь к мысли, что все цивилизованное человечество объясняется исключительно по-французски, к вечеру смиряешься с тем, что лично ты больше не являешься его неотъемлемой частью, а уже на следующее утро начинаешь этим наслаждаться, в очередной раз обнаружив, что возможность не разбирать звучащую вокруг человеческую речь — ни с чем не сравнимое удовольствие.

   — Макс Фрай · книга
10. «

    Разрежьте сердце мне — найдёте в нём Париж!

    Разрежьте сердце мне — найдёте в нём Париж!

    — Луи Арагон
11. «

    В Париже, к твоему сведению, лучше не иметь кровати, чем фрака.

    В Париже, к твоему сведению, лучше не иметь кровати, чем фрака.

    — Ги де Мопассан · книга
12. «

    Париж — город взрослых и такую роскошь, как дети, могут позволить себе лишь состоятельные граждане.

    Париж — город взрослых и такую роскошь, как дети, могут позволить себе лишь состоятельные граждане.

    — Ирина Богданова · книга
13. «

    Крыши Парижа. Светятся окна — семьи собираются за воскресным обедом. Ко мне возвращается ощущение, испытанное не так давно на Елисейских полях — чем прекрасней все вокруг, тем более отверженным я себя ощущаю.

    Крыши Парижа. Светятся окна — семьи собираются за воскресным обедом. Ко мне возвращается ощущение, испытанное не так давно на Елисейских полях — чем прекрасней все вокруг, тем более отверженным я себя ощущаю.

    — Пауло Коэльо · книга
14. «

    Париж — опасный город. Он меняет суть каждого человека.

    Париж — опасный город. Он меняет суть каждого человека.

    — Елена Бриолле · книга
15. «

    — А как же мы? — У нас всегда будет Париж...

    — А как же мы? — У нас всегда будет Париж...

    — Ильза Лунд · фильм
16. «

    Дедушка продолжил свой неторопливый променад вдоль павильонов. На нём был элегантный тёмно-синий тренч ниже колена, а брюки идеальной длины выдавали любителя одежды на заказ. В Париже можно красиво стареть и умирать.

    Дедушка продолжил свой неторопливый променад вдоль павильонов. На нём был элегантный тёмно-синий тренч ниже колена, а брюки идеальной длины выдавали любителя одежды на заказ. В Париже можно красиво стареть и умирать.

    — Елизавета Ракова · книга
17. «

    Двойной бездонный трюм на двух уступах Сены, Фрахтовщик пурпура и драгоценных мирр, Корабль, грузивший хлеб и правосудный мир, Гордыню терпкую и кроткий дух вербены, —

    Двойной бездонный трюм на двух уступах Сены, Фрахтовщик пурпура и драгоценных мирр, Корабль, грузивший хлеб и правосудный мир, Гордыню терпкую и кроткий дух вербены, —

    — Шарль Пеги
18. «

    Вид парижского суетливого общества, торопящегося наслаждаться, которое топчет ногами нищету, порождаемую им самим, — эта жизнь, сотканная из шелка для одних из страданий для других, излечила меня от желания жить в Европе...

    Вид парижского суетливого общества, торопящегося наслаждаться, которое топчет ногами нищету, порождаемую им самим, — эта жизнь, сотканная из шелка для одних из страданий для других, излечила меня от желания жить в Европе...

    — Луи Жаколио · книга
19. «

    Прибыв в семнадцать лет на вокзал Монпарнасс, Виргилий решил, что полюбит Париж, потому что больше любить было некого. Париж его не бросит. Париж был рядом, когда он в нем нуждался. Париж не требовал, чтобы Виргилий ехал в отпуск на райские острова, на пляж, где мутит от крема и солнца. Парижу было плевать на то, что он уже неделю не мыл посуду, что он небрит и плохо одет. Париж его любил.

    Прибыв в семнадцать лет на вокзал Монпарнасс, Виргилий решил, что полюбит Париж, потому что больше любить было некого. Париж его не бросит. Париж был рядом, когда он в нем нуждался. Париж не требовал, чтобы Виргилий ехал в отпуск на райские острова, на пляж, где мутит от крема и солнца. Парижу было плевать на то, что он уже неделю не мыл посуду, что он небрит и плохо одет. Париж его любил.

    — Мартен Паж · книга
20. «

    Она купила себе план Парижа и кончиком пальца блуждала по столице. Скиталась по бульварам, останавливалась на каждом углу, на перекрёстках улиц, перед белыми квадратиками домов. Когда глаза уставали, она закрывала веки и видела во мраке колеблемые ветром языки газовых огней и подножки колясок, мгновенно откидывающиеся у подъезда театров.

    Она купила себе план Парижа и кончиком пальца блуждала по столице. Скиталась по бульварам, останавливалась на каждом углу, на перекрёстках улиц, перед белыми квадратиками домов. Когда глаза уставали, она закрывала веки и видела во мраке колеблемые ветром языки газовых огней и подножки колясок, мгновенно откидывающиеся у подъезда театров.

    — Гюстав Флобер · книга