Подборка «пение» — 126 цитат

Тема «пение» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 126 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Напевать мелодию — это чрезвычайно опасно. Это выдает подсознательные мысли.

   Напевать мелодию — это чрезвычайно опасно. Это выдает подсознательные мысли.

   — Агата Кристи · книга
2. «

   Внизу кто-то поет. То даже не поет, а выкрикивает слова песни. Все эти люди, которым необходимо, чтобы у них постоянно орал телевизор. Или радио, или проигрыватель. Все это люди, которых пугает тишина. Это мои соседи. Звуко-голики. Тишина-фобы.

   Внизу кто-то поет. То даже не поет, а выкрикивает слова песни. Все эти люди, которым необходимо, чтобы у них постоянно орал телевизор. Или радио, или проигрыватель. Все это люди, которых пугает тишина. Это мои соседи. Звуко-голики. Тишина-фобы.

   — Чак Паланик · книга
3. «

   Приходит, смотрит чёрными глазами из бездны сна. Чего-то ждёт, куда-то манит, и как струна волшебной скрипки, звучит в ушах знакомый голос… Цветком прекрасным, словно лотос, моя душа вдруг распускается, а сердце стучит быстрей. Скажи, к каким глубинам дверцы ведут во сне? Не умолкай! Пусть песня эта летит из снов в реальный мир, и пусть, согрета её теплом, я тоже стану тихой скрипкой или струной… И строки сложатся в молитву сами собой, и будет проще достучаться до тех высот, откуда льётся вариация вот этих нот… Не умолкай! Пусть тёплый ветер уносит вдаль с твоей мелодией по свету мою печаль… Потом проснусь – неуловимо мелькнёт из сна мотив мелодии любимой… Звучи, струна!

   Приходит, смотрит чёрными глазами из бездны сна. Чего-то ждёт, куда-то манит, и как струна волшебной скрипки, звучит в ушах знакомый голос… Цветком прекрасным, словно лотос, моя душа вдруг распускается, а сердце стучит быстрей. Скажи, к каким глубинам дверцы ведут во сне? Не умолкай! Пусть песня эта летит из снов в реальный мир, и пусть, согрета её теплом, я тоже стану тихой скрипкой или струной… И строки сложатся в молитву сами собой, и будет проще достучаться до тех высот, откуда льётся вариация вот этих нот… Не умолкай! Пусть тёплый ветер уносит вдаль с твоей мелодией по свету мою печаль… Потом проснусь – неуловимо мелькнёт из сна мотив мелодии любимой… Звучи, струна!
4. «

   Мой культурный герой поет. Может быть, он поет про себя, но он совершенно точно музыкален. Он превращается в световой поток, потому что у света и музыки единая природа. Я знаю, Христос пел, когда его сняли с креста. Теперь все мессы и литургии — оперы для голоса и хора. Молитва создана для пения, а не для декламации. Когда я молюсь для бога, а не для падре, я пою со словами или без них, как слагается ход высказывания. Любое чувство адекватнее всего выразить музыкой. Когда больно — надо петь, когда радостно — надо петь, надо петь перед смертью. Вместе со звуками твоя душа отлетит к ангельским хорам.

   Мой культурный герой поет. Может быть, он поет про себя, но он совершенно точно музыкален. Он превращается в световой поток, потому что у света и музыки единая природа. Я знаю, Христос пел, когда его сняли с креста. Теперь все мессы и литургии — оперы для голоса и хора. Молитва создана для пения, а не для декламации. Когда я молюсь для бога, а не для падре, я пою со словами или без них, как слагается ход высказывания. Любое чувство адекватнее всего выразить музыкой. Когда больно — надо петь, когда радостно — надо петь, надо петь перед смертью. Вместе со звуками твоя душа отлетит к ангельским хорам.

   — Лариса Владимировна Бочарова
5. «

   Петь — хорошо. Пение оживляет душу. По-моему, песня — величайшее достижение культуры Лилим.

   Петь — хорошо. Пение оживляет душу. По-моему, песня — величайшее достижение культуры Лилим.

   — Нагиса Каору · аниме
6. «

   Душевно так, душевно: «Под крылом самолёта о чём-то поёт зелёное море тайги…»

   Душевно так, душевно: «Под крылом самолёта о чём-то поёт зелёное море тайги…»

   — Женя Лукашин · фильм
7. «

   — Это ты тут всю ночь стонал? — Я пел… — Этот стон у вас песней зовётся...

   — Это ты тут всю ночь стонал? — Я пел… — Этот стон у вас песней зовётся...

   — Роман Любешкин · фильм
8. «

   Где была ваша душа, Карлотта, когда вы танцевали в пользующейся дурной репутацией таверне в Барселоне? Где была она позже, в Париже, когда вы пели непристойные, циничные песенки в сомнительных мюзик-холлах? Где была ваша душа, когда перед мастерами, собравшимися в доме одного из ваших любовников, вы извлекали музыку из своего послушного инструмента, замечательного своей способностью петь о возвышенной любви или низком разврате с одинаковым равнодушным совершенством? Карлотта, если у вас когда-то душа и была, а затем вы потеряли ее, у вас была возможность обрести ее, становясь Джульеттой, Эльвирой, Офелией и Маргаритой, ибо другие поднимались из больших глубин, чем вы, и очищались благодаря искусству.

   Где была ваша душа, Карлотта, когда вы танцевали в пользующейся дурной репутацией таверне в Барселоне? Где была она позже, в Париже, когда вы пели непристойные, циничные песенки в сомнительных мюзик-холлах? Где была ваша душа, когда перед мастерами, собравшимися в доме одного из ваших любовников, вы извлекали музыку из своего послушного инструмента, замечательного своей способностью петь о возвышенной любви или низком разврате с одинаковым равнодушным совершенством? Карлотта, если у вас когда-то душа и была, а затем вы потеряли ее, у вас была возможность обрести ее, становясь Джульеттой, Эльвирой, Офелией и Маргаритой, ибо другие поднимались из больших глубин, чем вы, и очищались благодаря искусству.

   — Гастон Леру · книга
9. «

   Я знаю одну певицу. Как-то вечером она пела нам об отчаянии преданного и нищего влюбленного, что не смеет признаться в своей любви. Я видел: как главнокомандующий плакал. Хотя он богат, спесив и насилует девиц без счета. На десять минут она превратила его в робкого ангела, и он пережил все муки застенчивости.

   Я знаю одну певицу. Как-то вечером она пела нам об отчаянии преданного и нищего влюбленного, что не смеет признаться в своей любви. Я видел: как главнокомандующий плакал. Хотя он богат, спесив и насилует девиц без счета. На десять минут она превратила его в робкого ангела, и он пережил все муки застенчивости.

   — Антуан де Сент-Экзюпери · книга
10. «

    Пение дело такое: только начни петь своему отражению в зеркале, потом запоёшь дуэтом с какой-нибудь синичкой, затем подтянутся прочие лесные обитатели, ну а дальше остановить тебя можно будет только огнеметом.

    Пение дело такое: только начни петь своему отражению в зеркале, потом запоёшь дуэтом с какой-нибудь синичкой, затем подтянутся прочие лесные обитатели, ну а дальше остановить тебя можно будет только огнеметом.

    — Терри Пратчетт · книга
11. «

    Самый странный для меня предмет — это урок пения, урок музыки. Потому как, как мне кажется, умение петь оно либо было до школы изначально, либо его не было. Вот как у меня происходил урок пения? Меня вызывали к доске, я пел песню, мне ставили «3», я садился за парту и такой: «А в чём урок?» В чём, собственно, урок? Урок — не петь на людях?

    Самый странный для меня предмет — это урок пения, урок музыки. Потому как, как мне кажется, умение петь оно либо было до школы изначально, либо его не было. Вот как у меня происходил урок пения? Меня вызывали к доске, я пел песню, мне ставили «3», я садился за парту и такой: «А в чём урок?» В чём, собственно, урок? Урок — не петь на людях?

    — Ваня Усович
12. «

    … когда она пела, от ее голоса закладывало уши и рвались души.

    … когда она пела, от ее голоса закладывало уши и рвались души.

    — Джонатан Франзен · книга
13. «

    — Юлий, просыпайся! Тут чудо! Кони с крыльями! — Где?! — Быстрее, быстрее! — Ну, и где кони? — Только что здесь б-были... — Послушай, княже: ну какие кони?... — С крыльями! — А-а-а, ну если с крыльями, значит, пегасы. Любимцы муз, коротко говоря. Помогают поэтам там, художникам разным, вселяют в них вдохновение, так сказать. Приснились что ли?... — Да ничего не приснились! Я хочу пегаса! — Исключено. — Почему? — У тебя талант есть? Ну может, ты тайно стихи пишешь или там, живописью балуешься, а? — Ха, типун тебе на язык! — Тогда увы, пегас к тебе не прилетит. Не огорчайтесь, светлейший. Талант вообще редко в природе встречается, особенно среди... Э-э-э... — Нет, погоди. А если я, к примеру, спою? Вдруг ко мне пегас прилетит или у тебя крылья вырастут? Я люблю петь. — Хм, я думаю, от твоего пения у меня даже зуб не вырастет, не то что крылья. — А я всё-таки попробую. Выступает Князь. Антошка, Антошка, пойдём копать картошку, Антошка, Антошка, пойдём копать карто-о-ошку-у-у... Смотри, смотри! Прилетел, прилетел! — Мда, это он не разобрался...

    — Юлий, просыпайся! Тут чудо! Кони с крыльями! — Где?! — Быстрее, быстрее! — Ну, и где кони? — Только что здесь б-были... — Послушай, княже: ну какие кони?... — С крыльями! — А-а-а, ну если с крыльями, значит, пегасы. Любимцы муз, коротко говоря. Помогают поэтам там, художникам разным, вселяют в них вдохновение, так сказать. Приснились что ли?... — Да ничего не приснились! Я хочу пегаса! — Исключено. — Почему? — У тебя талант есть? Ну может, ты тайно стихи пишешь или там, живописью балуешься, а? — Ха, типун тебе на язык! — Тогда увы, пегас к тебе не прилетит. Не огорчайтесь, светлейший. Талант вообще редко в природе встречается, особенно среди... Э-э-э... — Нет, погоди. А если я, к примеру, спою? Вдруг ко мне пегас прилетит или у тебя крылья вырастут? Я люблю петь. — Хм, я думаю, от твоего пения у меня даже зуб не вырастет, не то что крылья. — А я всё-таки попробую. Выступает Князь. Антошка, Антошка, пойдём копать картошку, Антошка, Антошка, пойдём копать карто-о-ошку-у-у... Смотри, смотри! Прилетел, прилетел! — Мда, это он не разобрался...

    — Конь Юлий · мультфильм
14. «

    Потом снова пели, пока не позвонила соседка снизу с вопросом: «Мария, ты что, стаю волков завела? Так хоть накорми! А то так жалостливо воют, что сил слушать больше нет!»

    Потом снова пели, пока не позвонила соседка снизу с вопросом: «Мария, ты что, стаю волков завела? Так хоть накорми! А то так жалостливо воют, что сил слушать больше нет!»

    — Надежда Кузьмина · книга
15. «

    – По словам Гомера, люди предпочитают сон, любовь, пение и танцы, – заметил сладкоголосый, учтивый Гете. – Но всегда найдутся возлюбившие войну.

    – По словам Гомера, люди предпочитают сон, любовь, пение и танцы, – заметил сладкоголосый, учтивый Гете. – Но всегда найдутся возлюбившие войну.

    — Роберт Силверберг · книга
16. «

    Послушно и точно следуя наставлениям маэстро и тщательно выполняя его разумные и ясные советы, она при всей своей детской неопытности и беспечности достигла того, чего не могли бы дать и законченному певцу школа, навык и вдохновение: она спела безупречно.

    Послушно и точно следуя наставлениям маэстро и тщательно выполняя его разумные и ясные советы, она при всей своей детской неопытности и беспечности достигла того, чего не могли бы дать и законченному певцу школа, навык и вдохновение: она спела безупречно.

    — Жорж Санд · книга
17. «

    Кто поёт свою боль, тот её выпевает. И она уходит.

    Кто поёт свою боль, тот её выпевает. И она уходит.

    — Леонид Каневский
18. «

    Представляешь, красивая девушка одна в освещенном доме поет эту песню… и в голосе ее такая сила, что ее слышат люди и в пустыне, и на берегу океана, и постепенно голос ее заполняет всю Вселенную. При звуках ее голоса распускаются цветы, невозможное становится возможным, и весь мир танцует вместе с ней. В голосе ее такое волшебство, перед которым никто не может устоять, и все мечты становятся явью. Весь мир танцует под ее песню, а когда он танцует, сердца наполняются радостью, и мир начинает сверкать, как умытая дождем жемчужина.

    Представляешь, красивая девушка одна в освещенном доме поет эту песню… и в голосе ее такая сила, что ее слышат люди и в пустыне, и на берегу океана, и постепенно голос ее заполняет всю Вселенную. При звуках ее голоса распускаются цветы, невозможное становится возможным, и весь мир танцует вместе с ней. В голосе ее такое волшебство, перед которым никто не может устоять, и все мечты становятся явью. Весь мир танцует под ее песню, а когда он танцует, сердца наполняются радостью, и мир начинает сверкать, как умытая дождем жемчужина.

    — Мир музыки (Khamoshi: The Musical) · фильм
19. «

    Красивый и чистый баритон поплыл над мостом... ровный, уверенный, без малейшего сбоя или изъяна. Певец просто открывал рот, звучали все потайные дверцы в его теле. Он не пел — выпускал душу.

    Красивый и чистый баритон поплыл над мостом... ровный, уверенный, без малейшего сбоя или изъяна. Певец просто открывал рот, звучали все потайные дверцы в его теле. Он не пел — выпускал душу.

    — Рэй Брэдбери · книга
20. «

    — Я Ирина Салтыкова. Я хочу петь, как Монсерат Кабалье! — Ты же лопнешь, деточка!

    — Я Ирина Салтыкова. Я хочу петь, как Монсерат Кабалье! — Ты же лопнешь, деточка!