33 цитаты «Красивые цитаты про петербург» для статуса

Собрали 33 цитаты на тему «Красивые цитаты про петербург» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Не добела раскалена, и всё-таки уже белеет ночь над Невою. Ум болеет тоской и негой молодой. Когда о купол золотой луч разобьется предрассветный и лето входит в Летний сад, каких наград, каких услад иных просить у жизни этой?

   Не добела раскалена, и всё-таки уже белеет ночь над Невою. Ум болеет тоской и негой молодой. Когда о купол золотой луч разобьется предрассветный и лето входит в Летний сад, каких наград, каких услад иных просить у жизни этой?

   — Белла Ахмадулина
2. «

   Но, снимая фрак, Детище Петра гордость не швырнёт в море. День гудком зовёт Кировский завод, Он дворцам своим корень.

   Но, снимая фрак, Детище Петра гордость не швырнёт в море. День гудком зовёт Кировский завод, Он дворцам своим корень.
3. «

   Ах, Санкт-Петербург, все в тебе очень странно, Серебряно-призрачный город туманов! Ах, Петербург, красавиц «мушки», Дворцы, каналы, Невский твой! И Александр Сергеич Пушкин У парапета над Невой!

   Ах, Санкт-Петербург, все в тебе очень странно, Серебряно-призрачный город туманов! Ах, Петербург, красавиц «мушки», Дворцы, каналы, Невский твой! И Александр Сергеич Пушкин У парапета над Невой!

   — Николай Яковлевич Агнивцев
4. «

   И, опершись на колоннады, Встают незыблемой чредой Дворцов гранитные громады Над потемневшею Невой!..

   И, опершись на колоннады, Встают незыблемой чредой Дворцов гранитные громады Над потемневшею Невой!..

   — Николай Яковлевич Агнивцев
5. «

   Они вышли из дома и отправились бродить по мостам и набережным. Центральная часть города сохранялась веками неизменной. Здесь словно жил исторический дух старого довоенного Петербурга – интеллигентного, изящного, спокойного. Медленное и размеренное движение мысли, философские идеи – всё это как будто надевалось в Петербурге на каждого горожанина, будто элегантное пальто. А в качестве мягкой фетровой шляпы – тихая и светлая печаль.

   Они вышли из дома и отправились бродить по мостам и набережным. Центральная часть города сохранялась веками неизменной. Здесь словно жил исторический дух старого довоенного Петербурга – интеллигентного, изящного, спокойного. Медленное и размеренное движение мысли, философские идеи – всё это как будто надевалось в Петербурге на каждого горожанина, будто элегантное пальто. А в качестве мягкой фетровой шляпы – тихая и светлая печаль.
6. «

   Ужель в скитаниях по миpy Вас не пронзит ни разу, вдруг, Молниеносною рапирой Стальное слово «Петербург»?

   Ужель в скитаниях по миpy Вас не пронзит ни разу, вдруг, Молниеносною рапирой Стальное слово «Петербург»?

   — Николай Яковлевич Агнивцев
7. «

   Хочу я жить, среди каналов и мостов, И выходить с тобой, Нева, из берегов. Хочу летать, я белой чайкой по утрам, И не дышать над Вашим чудом, Монферран.

   Хочу я жить, среди каналов и мостов, И выходить с тобой, Нева, из берегов. Хочу летать, я белой чайкой по утрам, И не дышать над Вашим чудом, Монферран.
8. «

   Ну и пусть, что с утра шел дождь. Он не сбил наш ночной маршрут. (Лужи вздыбились — не пройдешь. Свою линию кроны гнут).

   Ну и пусть, что с утра шел дождь. Он не сбил наш ночной маршрут. (Лужи вздыбились — не пройдешь. Свою линию кроны гнут).
9. «

   Пушкин. Тютчев. Некрасов. Блок. Ахматова. Мандельштам… Это всё — псевдонимы. Автор — Петербург.

   Пушкин. Тютчев. Некрасов. Блок. Ахматова. Мандельштам… Это всё — псевдонимы. Автор — Петербург.

   — Лидия Чуковская · книга
10. «

    Сложим снежную поэму, А потом пойдём гулять. Питер белой хризантемой Расцветёт вокруг опять. Паутиной белых улиц Нас запутает совсем, Чтобы сердце распахнулось, И растаял снежный плен, А в душе проснулась нежность, Невзирая на мороз, Чтобы счастье и надежду Ветер снова нам принёс.

    Сложим снежную поэму, А потом пойдём гулять. Питер белой хризантемой Расцветёт вокруг опять. Паутиной белых улиц Нас запутает совсем, Чтобы сердце распахнулось, И растаял снежный плен, А в душе проснулась нежность, Невзирая на мороз, Чтобы счастье и надежду Ветер снова нам принёс.
11. «

    Санкт-Петербург, конечно, необыкновенный город. Это ощущают и те, кто родился в нем, и те, кто приезжает сюда всего на несколько дней, чтоб своими глазами впитать его неземное очарование. Сотни стихотворений, тысячи книг посвящены этому городу: хрупким мостам, замершим в светящемся воздухе, узким каналам, набережным, причудливым фонарям, просторам его площадей, громадам дворцов, отраженных в воде, улицам, где царит звонкая каменная тишина, лестницам, тесным дворам, переходящим один в другой. Альбомы, изданные на прекрасной бумаге, открывают то легкое золото шпилей, касающихся небес, то колоннаду собора, распахивающуюся вдоль проспекта, то виснущий в пустоте многоокончатый эркер, то ангела в облаках, осеняющего город благословением. Выходят статьи, где исследуется философия Петербурга, его способность создавать миражи — мороки, затмевающие рассудок. Петербург называют городом грёз.

    Санкт-Петербург, конечно, необыкновенный город. Это ощущают и те, кто родился в нем, и те, кто приезжает сюда всего на несколько дней, чтоб своими глазами впитать его неземное очарование. Сотни стихотворений, тысячи книг посвящены этому городу: хрупким мостам, замершим в светящемся воздухе, узким каналам, набережным, причудливым фонарям, просторам его площадей, громадам дворцов, отраженных в воде, улицам, где царит звонкая каменная тишина, лестницам, тесным дворам, переходящим один в другой. Альбомы, изданные на прекрасной бумаге, открывают то легкое золото шпилей, касающихся небес, то колоннаду собора, распахивающуюся вдоль проспекта, то виснущий в пустоте многоокончатый эркер, то ангела в облаках, осеняющего город благословением. Выходят статьи, где исследуется философия Петербурга, его способность создавать миражи — мороки, затмевающие рассудок. Петербург называют городом грёз.

    — Андрей Столяров · книга
12. «

    Гладкий камень-альбом испещрен Отпечатками пальцев времен. («Греза Петербурга»)

    Гладкий камень-альбом испещрен Отпечатками пальцев времен. («Греза Петербурга»)

    — Алена Иванова · книга
13. «

    Звёзды падают с неба К миллиону миллион. Сколько неба и снега У Ростральных колонн!

    Звёзды падают с неба К миллиону миллион. Сколько неба и снега У Ростральных колонн!

    — Вадим Шефнер
14. «

    Питер, в него влюбляются с первого взгляда. Со второго хотят остаться. С третьего пытаются понять, с четвертого начинают жить вместе, с половины пятого и допоздна ищут здесь себя и своего независимо от погоды и цвета ночи. Очень трудно найти себя именно в Белые ночи.

    Питер, в него влюбляются с первого взгляда. Со второго хотят остаться. С третьего пытаются понять, с четвертого начинают жить вместе, с половины пятого и допоздна ищут здесь себя и своего независимо от погоды и цвета ночи. Очень трудно найти себя именно в Белые ночи.

    — Ринат Валиуллин · книга
15. «

    Питер, ночь, сто лет одиночества, скотч и талая Нева.

    Питер, ночь, сто лет одиночества, скотч и талая Нева.
16. «

    В ушах обрывки тёплого бала, а с севера — снега седей — туман, с кровожадным лицом каннибала, жевал невкусных людей.

    В ушах обрывки тёплого бала, а с севера — снега седей — туман, с кровожадным лицом каннибала, жевал невкусных людей.

    — Владимир Маяковский
17. «

    В моем изгнаньи бесконечном Я видел все, чем мир дивит: От башни Эйфеля до вечных Легендо-звонных пирамид!..

    В моем изгнаньи бесконечном Я видел все, чем мир дивит: От башни Эйфеля до вечных Легендо-звонных пирамид!..

    — Николай Яковлевич Агнивцев
18. «

    Под сенью греческаго флага, Болтая с капитаном Костой, Средь островов Архипелага Мне вспомнился Елагин остров!

    Под сенью греческаго флага, Болтая с капитаном Костой, Средь островов Архипелага Мне вспомнился Елагин остров!

    — Николай Яковлевич Агнивцев
19. «

    Ландо, коляски, лимузины, Гербы, бумажники, безделки, Брильянты, жемчуга, рубины - К закату солнца — все на Стрелке!

    Ландо, коляски, лимузины, Гербы, бумажники, безделки, Брильянты, жемчуга, рубины - К закату солнца — все на Стрелке!

    — Николай Яковлевич Агнивцев
20. «

    Посмотрите, посмотрите, Вот задумался о чем-то Незнакомец в альмавиве, Опершись на парапет...

    Посмотрите, посмотрите, Вот задумался о чем-то Незнакомец в альмавиве, Опершись на парапет...

    — Николай Яковлевич Агнивцев