351 цитата на тему «писатели» для поста

Собрали 351 цитата на тему «писатели» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Писательство — вещь простая. Из двух фраз следует выбрать ту, что короче; из двух слов — то, что проще; из двух описаний — то, что яснее; из двух издателей — того, кто шлет телеграмму, а не письмо.

   Писательство — вещь простая. Из двух фраз следует выбрать ту, что короче; из двух слов — то, что проще; из двух описаний — то, что яснее; из двух издателей — того, кто шлет телеграмму, а не письмо.

   — Джон Стейнбек
2. «

   Историю может делать всякий, писать её может только великий человек!

   Историю может делать всякий, писать её может только великий человек!

   — Оскар Уайльд
3. «

   Литературе также нужны талантливые читатели, как и талантливые писатели.

   Литературе также нужны талантливые читатели, как и талантливые писатели.

   — Самуил Маршак
4. «

   Писатели почему-то считают, что время от времени им положено высказывать остроумные фразы.

   Писатели почему-то считают, что время от времени им положено высказывать остроумные фразы.

   — Диана Уинн Джонс · книга
5. «

   Прежде чем понять, как сделать персонажа книги живым, осознай, что делает живым тебя самого.

   Прежде чем понять, как сделать персонажа книги живым, осознай, что делает живым тебя самого.

   — Аристарх Ромашин
6. «

   Девушки представляют себе сильный пол по романам, написанным слабым полом.

   Девушки представляют себе сильный пол по романам, написанным слабым полом.

   — Джером Клапка Джером · книга
7. «

   — Для чего Вы пишите Ваши книги? — Для того, что я писатель.

   — Для чего Вы пишите Ваши книги? — Для того, что я писатель.

   — Виктор Пелевин
8. «

   Единственный писатель, с которым я чувствую родство, — это Кафка. Я в него действительно врубаюсь. Если бы он написал детективный сценарий, я бы охотно снял по нему кино.

   Единственный писатель, с которым я чувствую родство, — это Кафка. Я в него действительно врубаюсь. Если бы он написал детективный сценарий, я бы охотно снял по нему кино.

   — Дэвид Линч
9. «

   Первое свое произведение я написал в семь лет, и речь в нем шла о драконе. Мама, прочитав мой опус, заметила, что надо писать не «зеленый большой дракон», а «большой зеленый дракон». Честно говоря, я не понял, почему она так считает, и не понимаю до сих пор.

   Первое свое произведение я написал в семь лет, и речь в нем шла о драконе. Мама, прочитав мой опус, заметила, что надо писать не «зеленый большой дракон», а «большой зеленый дракон». Честно говоря, я не понял, почему она так считает, и не понимаю до сих пор.

   — Джон Рональд Руэл Толкин
10. «

    — А я вам говорю, — перебил он, — что по крайней мере девяносто девять процентов редакторов — это просто неудачники. Это неудавшиеся писатели. Не думайте, что им приятнее тянуль лямку в редакции и сознавать свою рабскую зависимость от распространения журнала и от оборотливости издателя, чем предаваться радостям творчества. Они пробовали писать, но потерпели неудачу. И вот тут-то и получается нелепейший парадокс. Все двери к литературному успеху охраняются этими сторожевыми собаками, литературными неудачниками. Редакторы, их помощники, рецензенты, вообще все те, кто читает рукописи, — это все люди, которые некогда хотели стать писателями, но не смогли. И вот они-то, последние, казалось бы, кто имеет право на это, являются вершителями литературных судеб и решают, что нужно и что не нужно печатать. Они, заурядные и бесталанные, судят об оригинальности и таланте. А за ними следуют критики, обычно такие же неудачники. Не говорите мне, что они никогда не мечтали и не пробовали писать стихи или прозу, — пробовали, только у них ни черта не вышло. <...> — Но если вы потерпите неудачу? Вы должны подумать обо мне, Мартин! — Если я потерплю неудачу? — Он поглядел на нее с минуту, словно она сказала нечто немыслимое. Затем глаза его лукаво блеснули. — Тогда я стану редактором, и вы будете редакторской женой.

    — А я вам говорю, — перебил он, — что по крайней мере девяносто девять процентов редакторов — это просто неудачники. Это неудавшиеся писатели. Не думайте, что им приятнее тянуль лямку в редакции и сознавать свою рабскую зависимость от распространения журнала и от оборотливости издателя, чем предаваться радостям творчества. Они пробовали писать, но потерпели неудачу. И вот тут-то и получается нелепейший парадокс. Все двери к литературному успеху охраняются этими сторожевыми собаками, литературными неудачниками. Редакторы, их помощники, рецензенты, вообще все те, кто читает рукописи, — это все люди, которые некогда хотели стать писателями, но не смогли. И вот они-то, последние, казалось бы, кто имеет право на это, являются вершителями литературных судеб и решают, что нужно и что не нужно печатать. Они, заурядные и бесталанные, судят об оригинальности и таланте. А за ними следуют критики, обычно такие же неудачники. Не говорите мне, что они никогда не мечтали и не пробовали писать стихи или прозу, — пробовали, только у них ни черта не вышло. <...> — Но если вы потерпите неудачу? Вы должны подумать обо мне, Мартин! — Если я потерплю неудачу? — Он поглядел на нее с минуту, словно она сказала нечто немыслимое. Затем глаза его лукаво блеснули. — Тогда я стану редактором, и вы будете редакторской женой.

    — Джек Лондон · книга
11. «

    Я написал то, что мне хотелось прочитать. Люди этого не писали, пришлось самому.

    Я написал то, что мне хотелось прочитать. Люди этого не писали, пришлось самому.

    — Клайв Стейплз Льюис
12. «

    И простой шаг простого мужественного человека: не участвовать во лжи, не поддерживать ложных действий! Пусть это приходит в мир и даже царит в мире — но не через меня. Писателям же и художникам доступно больше: победить ложь!

    И простой шаг простого мужественного человека: не участвовать во лжи, не поддерживать ложных действий! Пусть это приходит в мир и даже царит в мире — но не через меня. Писателям же и художникам доступно больше: победить ложь!

    — Александр Солженицын
13. «

    Умышленность, осторожность, себе на уме, но нет ни свободы, ни мужества писать, как хочется, а стало быть, нет и творчества.

    Умышленность, осторожность, себе на уме, но нет ни свободы, ни мужества писать, как хочется, а стало быть, нет и творчества.

    — Антон Павлович Чехов · книга
14. «

    Большинство авторов ведут себя в своих сочинениях, как светские люди за беседой: заняты только тем, чтобы нравиться. Они мало заботятся о том, как достигнуть этого — ложью или истиной.

    Большинство авторов ведут себя в своих сочинениях, как светские люди за беседой: заняты только тем, чтобы нравиться. Они мало заботятся о том, как достигнуть этого — ложью или истиной.

    — Клод Адриан Гельвеций
15. «

    Как большинство писателей, я пишу о том, что произошло со мной, поскольку это требует минимального количества исследований.

    Как большинство писателей, я пишу о том, что произошло со мной, поскольку это требует минимального количества исследований.

    — Стивен Моффат
16. «

    Пушкина — в живот, Лермонтова — в сердце. А пуля не дура — умеет отличить классика от романтика.

    Пушкина — в живот, Лермонтова — в сердце. А пуля не дура — умеет отличить классика от романтика.

    — Вера Павлова
17. «

    Что самое важное для писателя? Это иметь злобное, омраченное, ревнивое и завистливое эго. Если оно есть, то всё остальное приложится.

    Что самое важное для писателя? Это иметь злобное, омраченное, ревнивое и завистливое эго. Если оно есть, то всё остальное приложится.

    — Виктор Пелевин
18. «

    Карьера писателя: В 30 лет ты «блестящий». В 40 лет ты «талантливый». В 50 лет ты «гениальный». В 60 лет ты «б.у.». В 70 лет про тебя говорят: «А что, он еще жив?»

    Карьера писателя: В 30 лет ты «блестящий». В 40 лет ты «талантливый». В 50 лет ты «гениальный». В 60 лет ты «б.у.». В 70 лет про тебя говорят: «А что, он еще жив?»

    — Фредерик Бегбедер · книга
19. «

    Писательство — это призвание, от которого не уйти, и тот, у кого оно есть, должен писать, потому что только так он сможет одолеть головную боль и скверное пищеварение.

    Писательство — это призвание, от которого не уйти, и тот, у кого оно есть, должен писать, потому что только так он сможет одолеть головную боль и скверное пищеварение.

    — Габриэль Гарсиа Маркес
20. «

    Я нахожу добро не менее увлекательным, чем зло, и мне сложно читать книгу, если автор не испытывает сострадания ни к человечеству, ни к своим персонажам.

    Я нахожу добро не менее увлекательным, чем зло, и мне сложно читать книгу, если автор не испытывает сострадания ни к человечеству, ни к своим персонажам.

    — Энн Райс