379 цитат на тему «писатели» — читать онлайн

Собрали 379 цитат на тему «писатели» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Запиши, да не держи при себе, отдай миру.

   Запиши, да не держи при себе, отдай миру.

   — Мария Фариса · книга
2. «

   Чем короче и реже ты пишешь, тем больше и чаще тебя печатают.

   Чем короче и реже ты пишешь, тем больше и чаще тебя печатают.

   — Антон Павлович Чехов
3. «

   Писатель должен помогать людям примириться, литература должна служить делу мира. Но ни в коем случае не провокации.

   Писатель должен помогать людям примириться, литература должна служить делу мира. Но ни в коем случае не провокации.

   — Чингиз Абдуллаев
4. «

   Автор — элемент почти случайный, однажды созданный им текст начинает жить независимо от своего творца.

   Автор — элемент почти случайный, однажды созданный им текст начинает жить независимо от своего творца.

   — Ханс Георг Гадамер
5. «

   Ричард был юн и по-своему наивен, и ему казалось, что писателям нужно доверять, а у историй не должно быть второго дна.

   Ричард был юн и по-своему наивен, и ему казалось, что писателям нужно доверять, а у историй не должно быть второго дна.

   — Нил Гейман · книга
6. «

   Каждый писатель, до известной степени, изображает в своих сочинениях самого себя, часто даже вопреки своей воле.

   Каждый писатель, до известной степени, изображает в своих сочинениях самого себя, часто даже вопреки своей воле.

   — Иоганн Вольфганг фон Гёте
7. «

   Писанье как «искусство для искусства» выгоднее, чем творчество за презренный металл. Пишущие домов не покупают, в купе первого класса не ездят, в рулетку не играют и стерляжьей ухи не едят. Пища их — мед и акриды приготовления Саврасенкова, жилище — меблированные комнаты, способ передвижения — пешее хождение.

   Писанье как «искусство для искусства» выгоднее, чем творчество за презренный металл. Пишущие домов не покупают, в купе первого класса не ездят, в рулетку не играют и стерляжьей ухи не едят. Пища их — мед и акриды приготовления Саврасенкова, жилище — меблированные комнаты, способ передвижения — пешее хождение.

   — Антон Павлович Чехов
8. «

   Талант — это детище определенного душевного строя, в котором многих свойств обычно не достает и в котором преобладает впечатлительность, проявления коей не замечается в книгах, но живо ощущается в жизни, как, например, любознательность, причуды, желание пойти туда-то и туда-то ради собственного удовольствия, а не для расширения или поддержания светских отношений и вообще не ради них.

   Талант — это детище определенного душевного строя, в котором многих свойств обычно не достает и в котором преобладает впечатлительность, проявления коей не замечается в книгах, но живо ощущается в жизни, как, например, любознательность, причуды, желание пойти туда-то и туда-то ради собственного удовольствия, а не для расширения или поддержания светских отношений и вообще не ради них.

   — Марсель Пруст · книга
9. «

   Больше всего на свете я сожалею о том, что моя мать так и не узнала, что я стала писателем.

   Больше всего на свете я сожалею о том, что моя мать так и не узнала, что я стала писателем.

   — Джоан Роулинг
10. «

    У хоккейных судей есть на поле пятачок-сегмент, куда они заскакивают, когда вокруг уже полная катавасия и безобразие. Если в это убежище заступит игрок, его удаляют с поля на десять минут. У писателя такого пятачка быть не должно, и рассчитывать на него — значит проиграть матч.

    У хоккейных судей есть на поле пятачок-сегмент, куда они заскакивают, когда вокруг уже полная катавасия и безобразие. Если в это убежище заступит игрок, его удаляют с поля на десять минут. У писателя такого пятачка быть не должно, и рассчитывать на него — значит проиграть матч.

    — Виктор Викторович Конецкий · книга
11. «

    Писательский зуд неизлечим.

    Писательский зуд неизлечим.

    — Антон Павлович Чехов
12. «

    — Я не нашла для тебя подходящей книги, зато ты сама сможешь написать свою. — Осторожно, этим ты сможешь изменить мир.

    — Я не нашла для тебя подходящей книги, зато ты сама сможешь написать свою. — Осторожно, этим ты сможешь изменить мир.

    — Роуз Мэри Уоллс · фильм
13. «

    — Человек, который не может написать рассказ о любви, ни на что не годен. — А ты сколько написала? — Я не считаю себя писателем.

    — Человек, который не может написать рассказ о любви, ни на что не годен. — А ты сколько написала? — Я не считаю себя писателем.

    — Чарльз Буковски · книга
14. «

    Ноне всякий индивид Издаваться норовит, Но не всякий твердо знает, Что такое алфавит. Да зачем же издавать Всех, кто может рифмовать? Рифмовать — простое дело, Все равно как ревновать!

    Ноне всякий индивид Издаваться норовит, Но не всякий твердо знает, Что такое алфавит. Да зачем же издавать Всех, кто может рифмовать? Рифмовать — простое дело, Все равно как ревновать!
15. «

    Меня оскорбляет, когда Набокова путают с его героем. Или называют крестным отцом американской педофилии. Это глубоко ошибочный взгляд на писателя. Запомните, Набоков проговаривается не тогда, когда описывает запретную прелесть нимфетки. Страницами не проговариваются, страницами сочиняют. Он проговаривается тогда, когда скупо, почти намеком упоминает о внушительных средствах Гумберта, позволявших ему колесить с Лолитой по Америке. О том, что на сердце – всегда украдкой... Писателю мечталось, конечно, не о зеленой американской школьнице, а о скромном достатке, который позволил бы спокойно ловить бабочек где-нибудь в Швейцарии. В такой мечте я не вижу ничего зазорного для русского дворянина, понявшего всю тщету жизненного подвига. А выбор темы для книги, призванной обеспечить этот достаток, дает представление не столько о тайных устремлениях его сердца, сколько о мыслях насчет новых соотечественников, и еще – о степени равнодушия к их мнению о себе. То, что книга получилась шедевром, тоже несложно объяснить – таланту себя не спрятать...

    Меня оскорбляет, когда Набокова путают с его героем. Или называют крестным отцом американской педофилии. Это глубоко ошибочный взгляд на писателя. Запомните, Набоков проговаривается не тогда, когда описывает запретную прелесть нимфетки. Страницами не проговариваются, страницами сочиняют. Он проговаривается тогда, когда скупо, почти намеком упоминает о внушительных средствах Гумберта, позволявших ему колесить с Лолитой по Америке. О том, что на сердце – всегда украдкой... Писателю мечталось, конечно, не о зеленой американской школьнице, а о скромном достатке, который позволил бы спокойно ловить бабочек где-нибудь в Швейцарии. В такой мечте я не вижу ничего зазорного для русского дворянина, понявшего всю тщету жизненного подвига. А выбор темы для книги, призванной обеспечить этот достаток, дает представление не столько о тайных устремлениях его сердца, сколько о мыслях насчет новых соотечественников, и еще – о степени равнодушия к их мнению о себе. То, что книга получилась шедевром, тоже несложно объяснить – таланту себя не спрятать...

    — Виктор Пелевин · книга
16. «

    Дурак! — кричал он своему отражению в зеркале – Ты хотел писать и пытался писать, а о чем было писать? Что у тебя такого было за душой? Кой-какие ребяческие понятия да незрелые чувства, жадное, но неосознанное чувство красоты, дремучее невежество, сердце, готовое разорваться от любви, и мечта, огромная, как эта любовь, и бесплодная, как твое невежество.

    Дурак! — кричал он своему отражению в зеркале – Ты хотел писать и пытался писать, а о чем было писать? Что у тебя такого было за душой? Кой-какие ребяческие понятия да незрелые чувства, жадное, но неосознанное чувство красоты, дремучее невежество, сердце, готовое разорваться от любви, и мечта, огромная, как эта любовь, и бесплодная, как твое невежество.

    — Джек Лондон · книга
17. «

    Однажды у меня возникла мысль что нет смысла жить без вдохновения человеку, которому посчастливилось быть вдохновляемым. Я вспомнил Хемингуэя, Маяковского, Есенина. Может быть, они по этой причине покончили со своей жизнью?

    Однажды у меня возникла мысль что нет смысла жить без вдохновения человеку, которому посчастливилось быть вдохновляемым. Я вспомнил Хемингуэя, Маяковского, Есенина. Может быть, они по этой причине покончили со своей жизнью?

    — Аристарх Ромашин · книга
18. «

    Каждый, кто приезжает на Таити, пишет книгу о своем путешествии. Чтобы книгу покупали, в ней непременно надо расписывать рай. А иначе кто станет ее читать?

    Каждый, кто приезжает на Таити, пишет книгу о своем путешествии. Чтобы книгу покупали, в ней непременно надо расписывать рай. А иначе кто станет ее читать?

    — Тур Хейердал · книга
19. «

    Написание плохой книги требует столько же труда, сколько и хорошей. Автор так же искренне вкладывает в неё свою душу.

    Написание плохой книги требует столько же труда, сколько и хорошей. Автор так же искренне вкладывает в неё свою душу.

    — Олдос Хаксли
20. «

    А увлекают меня такие книжки, что как их дочитаешь до конца — так сразу подумаешь: хорошо бы, если бы этот писатель стал твоим лучшим другом и чтоб с ним можно было поговорить по телефону, когда захочется.

    А увлекают меня такие книжки, что как их дочитаешь до конца — так сразу подумаешь: хорошо бы, если бы этот писатель стал твоим лучшим другом и чтоб с ним можно было поговорить по телефону, когда захочется.

    — Джером Дэвид Сэлинджер · книга