377 мудрых цитат про «писатели»

Собрали 377 цитат на тему «писатели» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   — Ну, и зачем ты пришел? — Ты преступница. Ты устроила спектакль, чтобы спровоцировать других на преступление, которое выгодно тебе... — А давай по-другому. Я изучила персонажей, поняла мотивы, создала обстоятельства... А дальше я только наблюдала за тем, что они будут делать. И я пальцем не шевельнула, я даже не знаю, кто из них это сделал. — Не сомневаюсь. — А что такое, Фрейд? Ты, может быть, меня осуждаешь? Скажи, а разве Бог делает не то же самое? Если он добрый, он с сожалением следит за тем, как мы рушим его планы. А если он совсем другой — он с наслаждением следит за нашими страданиями.

   — Ну, и зачем ты пришел? — Ты преступница. Ты устроила спектакль, чтобы спровоцировать других на преступление, которое выгодно тебе... — А давай по-другому. Я изучила персонажей, поняла мотивы, создала обстоятельства... А дальше я только наблюдала за тем, что они будут делать. И я пальцем не шевельнула, я даже не знаю, кто из них это сделал. — Не сомневаюсь. — А что такое, Фрейд? Ты, может быть, меня осуждаешь? Скажи, а разве Бог делает не то же самое? Если он добрый, он с сожалением следит за тем, как мы рушим его планы. А если он совсем другой — он с наслаждением следит за нашими страданиями.

   — Роман Фрейдин · сериал
2. «

   — Зачем мы пишем? — вновь спросила профессор Пайпер. Кэт уткнулась взглядом в тетрадь. «Чтобы исчезнуть».

   — Зачем мы пишем? — вновь спросила профессор Пайпер. Кэт уткнулась взглядом в тетрадь. «Чтобы исчезнуть».

   — Рейнбоу Рауэлл · книга
3. «

   Борьба с цензурой, какая бы она ни была и при какой бы власти она ни существовала, — мой писательский долг, так же, как и призывы к свободе печати. Я горячий поклонник этой свободы и полагаю, что, если кто-нибудь из писателей задумал бы доказывать, что она ему не нужна, он уподобился бы рыбе, публично уверяющей, что ей не нужна вода.

   Борьба с цензурой, какая бы она ни была и при какой бы власти она ни существовала, — мой писательский долг, так же, как и призывы к свободе печати. Я горячий поклонник этой свободы и полагаю, что, если кто-нибудь из писателей задумал бы доказывать, что она ему не нужна, он уподобился бы рыбе, публично уверяющей, что ей не нужна вода.

   — Михаил Булгаков
4. «

   Я считаю, что искусство писателя, как и искусство художника, заключается в умении выбрать: задать нужные рамки, определить самый выгодный для описания момент, уметь сказать многое малым.

   Я считаю, что искусство писателя, как и искусство художника, заключается в умении выбрать: задать нужные рамки, определить самый выгодный для описания момент, уметь сказать многое малым.

   — Эрик-Эмманюэль Шмитт · книга
5. «

   Настоящие писатели всегда стремились выразить не себя, а через себя мысли и чувства современников.

   Настоящие писатели всегда стремились выразить не себя, а через себя мысли и чувства современников.

   — Илья Эренбург
6. «

   Не печалься, что тебя никто не читает. Печалься, что ты никого не читаешь.

   Не печалься, что тебя никто не читает. Печалься, что ты никого не читаешь.

   — Аристарх Ромашин
7. «

   Самое худшее в писательстве — это страх провести всю жизнь за клавиатурой компьютера. Чтобы в свой смертный час ты понял, что прожил не реальную, а бумажную, воображаемую жизнь, а твои единственные приключения — вымышленные, и пока мир воевал и целовался, ты сидел в темной комнате, мастурбировал и зарабатывал деньги.

   Самое худшее в писательстве — это страх провести всю жизнь за клавиатурой компьютера. Чтобы в свой смертный час ты понял, что прожил не реальную, а бумажную, воображаемую жизнь, а твои единственные приключения — вымышленные, и пока мир воевал и целовался, ты сидел в темной комнате, мастурбировал и зарабатывал деньги.

   — Чак Паланик · книга
8. «

   Честь и слава людям, писавшим книги!

   Честь и слава людям, писавшим книги!

   — Майн Рид · книга
9. «

   ... литература и есть художественное осмысление этих связей человека и мира. На рабочем уровне, так сказать. Именно этим делом занимается писатель, даже в тех случаях, когда делает вид, что собирается просто развлечь почтеннейшую публику.

   ... литература и есть художественное осмысление этих связей человека и мира. На рабочем уровне, так сказать. Именно этим делом занимается писатель, даже в тех случаях, когда делает вид, что собирается просто развлечь почтеннейшую публику.

   — Людмила Улицкая · книга
10. «

    «Как бы ни был чужд этот мир, самоубийство не ведёт к просветлению. Как бы ни был благороден самоубийца, он далёк от мудреца. Ни Акутагава, ни Дадзай Осаму и никто другой не вызывают у меня ни понимания, ни сочувствия», — с восхитительной чёрствостью пишет Кавабата Ясунари, несколько лет спустя отравившийся газом. «Я не люблю самоубийц. Не могу уважать писателя, покончившего с собой», — надменно заявляет тридцатилетний Мисима Юкио, а в сорок пять взрежет себе живот. «В этой жизни помереть нетрудно, сделать жизнь значительно трудней», — поучает Есенина победительный Маяковский, который через четыре года застрелится. «Негоже, Сережа, негоже, Володя», — корит обоих Марина Цветаева, а потом повесится на гвозде в сенях. Плохая примета для пишущего человека — осуждать собратьев-самоубийц. Такое ощущение, что нарушившие это табу обречены нести ту же кару.

    «Как бы ни был чужд этот мир, самоубийство не ведёт к просветлению. Как бы ни был благороден самоубийца, он далёк от мудреца. Ни Акутагава, ни Дадзай Осаму и никто другой не вызывают у меня ни понимания, ни сочувствия», — с восхитительной чёрствостью пишет Кавабата Ясунари, несколько лет спустя отравившийся газом. «Я не люблю самоубийц. Не могу уважать писателя, покончившего с собой», — надменно заявляет тридцатилетний Мисима Юкио, а в сорок пять взрежет себе живот. «В этой жизни помереть нетрудно, сделать жизнь значительно трудней», — поучает Есенина победительный Маяковский, который через четыре года застрелится. «Негоже, Сережа, негоже, Володя», — корит обоих Марина Цветаева, а потом повесится на гвозде в сенях. Плохая примета для пишущего человека — осуждать собратьев-самоубийц. Такое ощущение, что нарушившие это табу обречены нести ту же кару.

    — Борис Акунин · книга
11. «

    Только то, что было исповедью писателя, только то создание, в котором он сжег себя дотла, — для того ли, чтобы родиться для новых созданий, или для того, чтобы умереть, — только оно может стать великим.

    Только то, что было исповедью писателя, только то создание, в котором он сжег себя дотла, — для того ли, чтобы родиться для новых созданий, или для того, чтобы умереть, — только оно может стать великим.

    — Александр Александрович Блок
12. «

    — Врёшь! — Писатели, Надюха, не врут, а сочиняют...

    — Врёшь! — Писатели, Надюха, не врут, а сочиняют...

    — Юрий Поляков · книга
13. «

    Читатель никогда не найдёт на страницах вашей книги переходов от вдохновения (когда вам писалось легко) до дисциплины (когда писать было сложно, но вы все равно заставляли себя писать). Он будет поглощён историей, которую вы, несмотря ни на что, дописали.

    Читатель никогда не найдёт на страницах вашей книги переходов от вдохновения (когда вам писалось легко) до дисциплины (когда писать было сложно, но вы все равно заставляли себя писать). Он будет поглощён историей, которую вы, несмотря ни на что, дописали.

    — Аристарх Ромашин
14. «

    Убейте своих любимых, свои увлечения, свою несовершеннолетнюю реальность. Ничто из этого не принадлежит вашему перу. Это — первый принцип хорошей творческой работы.

    Убейте своих любимых, свои увлечения, свою несовершеннолетнюю реальность. Ничто из этого не принадлежит вашему перу. Это — первый принцип хорошей творческой работы.

    — Убей своих любимых (Kill Your Darlings) · фильм
15. «

    Писательство — греховное занятие. Доверишь листу — не донесешь Христу. Поэтому какой бы великой не была литература, она всегда только учила, но никогда не воспитывала. В отличие от жизни.

    Писательство — греховное занятие. Доверишь листу — не донесешь Христу. Поэтому какой бы великой не была литература, она всегда только учила, но никогда не воспитывала. В отличие от жизни.

    — Алексей Иванов · книга
16. «

    Чем меньше мыслей у писателя, тем больше у него слов.

    Чем меньше мыслей у писателя, тем больше у него слов.

    — Эмиль Кроткий (Эммануил Яковлевич Герман)
17. «

    Это же роман — и, разумеется, я все выдумал! Ну, кроме того, что на самом деле правда.

    Это же роман — и, разумеется, я все выдумал! Ну, кроме того, что на самом деле правда.

    — Патрик Бовен · книга
18. «

    Хорошо написанный текст — это текст, который одновременно включает и стимулирует оба мозга (разум и чувства).

    Хорошо написанный текст — это текст, который одновременно включает и стимулирует оба мозга (разум и чувства).

    — Марк Мэнсон · книга
19. «

    А еще я думал о книгах. И впервые понял, что за каждой из них стоит человек. Человек думал, вынашивал в себе мысли. Тратил бездну времени, чтобы записать их на бумаге. А мне это раньше и в голову не приходило.

    А еще я думал о книгах. И впервые понял, что за каждой из них стоит человек. Человек думал, вынашивал в себе мысли. Тратил бездну времени, чтобы записать их на бумаге. А мне это раньше и в голову не приходило.

    — Рэй Брэдбери · книга
20. «

    Умышленность, осторожность, себе на уме, но нет ни свободы, ни мужества писать, как хочется, а стало быть, нет и творчества.

    Умышленность, осторожность, себе на уме, но нет ни свободы, ни мужества писать, как хочется, а стало быть, нет и творчества.

    — Антон Павлович Чехов · книга