430 цитат на тему «писатели» для размышлений

Собрали 430 цитат на тему «писатели» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Умирая, люди исчезают. Исчезают их голос, их смех, теплота их дыхания. Исчезает их плоть, а в конечном счете и кости. Исчезает и память об этих людях. Это ужасно и в то же время естественно. Однако некоторым людям удается избежать бесследного исчезновения, так как они продолжают существовать в созданных ими книгах. Мы можем заново открыть этих людей – их юмор, их манеру речи, их причуды. Посредством написанного слова они могут вызвать наш гнев или доставить нам радость. Они могут нас успокоить. Они могут нас озадачить. Они могут нас изменить. И все это при том, что они мертвы. Как муха в янтаре или как тело, застывшее в вечных льдах, чудесное сочетание обыкновенных чернил и бумаги сохраняет то, что по законам природы должно исчезнуть. Это сродни волшебству.

   Умирая, люди исчезают. Исчезают их голос, их смех, теплота их дыхания. Исчезает их плоть, а в конечном счете и кости. Исчезает и память об этих людях. Это ужасно и в то же время естественно. Однако некоторым людям удается избежать бесследного исчезновения, так как они продолжают существовать в созданных ими книгах. Мы можем заново открыть этих людей – их юмор, их манеру речи, их причуды. Посредством написанного слова они могут вызвать наш гнев или доставить нам радость. Они могут нас успокоить. Они могут нас озадачить. Они могут нас изменить. И все это при том, что они мертвы. Как муха в янтаре или как тело, застывшее в вечных льдах, чудесное сочетание обыкновенных чернил и бумаги сохраняет то, что по законам природы должно исчезнуть. Это сродни волшебству.

   — Диана Сеттерфилд · книга
2. «

   Плохие писатели необходимы. Всегда должны будут существовать плохие писатели, ибо они соответствуют вкусу людей неразвитого, незрелого возраста; последние тоже имеют свои потребности, как и зрелые люди. Если бы человеческая жизнь продолжалась дольше, то число зрелых личностей преобладало бы над числом незрелых или по меньшей мере равнялось бы ему; теперь же значительное большинство умирают слишком молодыми, т.е. всегда существует гораздо больше неразвитых интеллектов с плохим вкусом. И они, кроме того, жаждут удовлетворения своих потребностей с большей страстностью, присущей юности, — и добиваются для себя плохих авторов.

   Плохие писатели необходимы. Всегда должны будут существовать плохие писатели, ибо они соответствуют вкусу людей неразвитого, незрелого возраста; последние тоже имеют свои потребности, как и зрелые люди. Если бы человеческая жизнь продолжалась дольше, то число зрелых личностей преобладало бы над числом незрелых или по меньшей мере равнялось бы ему; теперь же значительное большинство умирают слишком молодыми, т.е. всегда существует гораздо больше неразвитых интеллектов с плохим вкусом. И они, кроме того, жаждут удовлетворения своих потребностей с большей страстностью, присущей юности, — и добиваются для себя плохих авторов.

   — Фридрих Вильгельм Ницше · книга
3. «

   Подлинные слова романиста заключены под обложками его романов.

   Подлинные слова романиста заключены под обложками его романов.

   — Джон Бойн · книга
4. «

   Писатели — особая порода. У человека либо талант, либо нормальный характер.

   Писатели — особая порода. У человека либо талант, либо нормальный характер.

   — Роберт Гэлбрейт · книга
5. «

   Писатель должен помогать людям примириться, литература должна служить делу мира. Но ни в коем случае не провокации.

   Писатель должен помогать людям примириться, литература должна служить делу мира. Но ни в коем случае не провокации.

   — Чингиз Абдуллаев
6. «

   Иногда художественная книга захватывает настолько, что начинает казаться, будто и нет другого мира, кроме того, который предлагает писатель.

   Иногда художественная книга захватывает настолько, что начинает казаться, будто и нет другого мира, кроме того, который предлагает писатель.

   — Никита Митрохин
7. «

   А главное, гоните действий ход Живей, за эпизодом эпизод. Подробностей побольше в их развитье, Чтоб завладеть вниманием зевак, И вы их победили, вы царите, Вы самый нужный человек, вы маг. Чтобы хороший сбор доставить пьесе, Ей требуется сборный и состав. И всякий, выбрав что-нибудь из смеси, Уйдет домой, спасибо вам сказав.

   А главное, гоните действий ход Живей, за эпизодом эпизод. Подробностей побольше в их развитье, Чтоб завладеть вниманием зевак, И вы их победили, вы царите, Вы самый нужный человек, вы маг. Чтобы хороший сбор доставить пьесе, Ей требуется сборный и состав. И всякий, выбрав что-нибудь из смеси, Уйдет домой, спасибо вам сказав.

   — Иоганн Вольфганг фон Гёте · книга
8. «

   Пишешь и чувствуешь, что всю Россию в обман вводишь.

   Пишешь и чувствуешь, что всю Россию в обман вводишь.

   — Антон Павлович Чехов
9. «

   Все великие писатели начинали с кожаного переплета и громкого заглавия.

   Все великие писатели начинали с кожаного переплета и громкого заглавия.

   — сэр Джеймс Мэттью Бэрри · фильм
10. «

    ... Персонажи романов — не более чем марионетки, которыми управляет могущественный кукловод. В детстве Герберт сам был таким. Однако, решив стать писателем, он усвоил раз и навсегда: авторский вымысел нельзя принимать за чистую монету, герои книг не вольны в своих поступках. Все, что они делают и думают, зависит от воли высшего существа, которое, запершись в своем кабинете, лениво передвигает фигуры на шахматной доске, отнюдь не испытывая чувств, что надеется вызвать в читателях. Романы — не куски живой жизни, а ее модели, образцы усовершенствованной, отполированной реальности, в которой пустое время и бесполезную рутину подменяют придуманные события, увлекательные и значительные.

    ... Персонажи романов — не более чем марионетки, которыми управляет могущественный кукловод. В детстве Герберт сам был таким. Однако, решив стать писателем, он усвоил раз и навсегда: авторский вымысел нельзя принимать за чистую монету, герои книг не вольны в своих поступках. Все, что они делают и думают, зависит от воли высшего существа, которое, запершись в своем кабинете, лениво передвигает фигуры на шахматной доске, отнюдь не испытывая чувств, что надеется вызвать в читателях. Романы — не куски живой жизни, а ее модели, образцы усовершенствованной, отполированной реальности, в которой пустое время и бесполезную рутину подменяют придуманные события, увлекательные и значительные.

    — Феликс Пальма · книга
11. «

    — Мы вчера выпили две бутылки виски, вино, абсент, а ты все равно встаешь на рассвете и пишешь. — Писать — это как месса. Господь сердится, если тебя нет на месте.

    — Мы вчера выпили две бутылки виски, вино, абсент, а ты все равно встаешь на рассвете и пишешь. — Писать — это как месса. Господь сердится, если тебя нет на месте.

    — Эрнест Хемингуэй · фильм
12. «

    Лучше писать для себя и лишиться читателя, чем писать для читателя и лишиться себя.

    Лучше писать для себя и лишиться читателя, чем писать для читателя и лишиться себя.

    — Сирил Коннолли
13. «

    Не люблю этого кубинского писаку. Знаешь за что? Он пишет ту правду, которой в себе сторонишься.

    Не люблю этого кубинского писаку. Знаешь за что? Он пишет ту правду, которой в себе сторонишься.

    — Эльчин Сафарли · книга
14. «

    У меня нет воображения. Я говорю это совершенно серьёзно. Я не умею выдумывать. Я должен знать всё до последней прожилки, иначе я ничего не смогу написать. На моём щите вырезан девиз: «Подлинность!» Поэтому я так медленно и мало пишу. Мне очень трудно. После каждого рассказа я старею на несколько лет. Какое там к чёрту моцартианство, веселье над рукописью и легкий бег воображения! Я где-то написал, что быстро старею от астмы, от непонятного недуга, заложенного в моё хилое тело ещё в детстве. Всё это — враньё! Когда я пишу самый маленький рассказ, то всё равно работаю над ним, как землекоп, как грабарь, которому в одиночку нужно срыть до основания Эверест. Начиная работу, я всегда думаю, что она мне не по силам. Бывает даже, что я плачу от усталости. У меня от этой работы болят все кровеносные сосуды. Судорога дергает сердце, если не выходит какая-нибудь фраза. А как часто они не выходят, эти проклятые фразы!

    У меня нет воображения. Я говорю это совершенно серьёзно. Я не умею выдумывать. Я должен знать всё до последней прожилки, иначе я ничего не смогу написать. На моём щите вырезан девиз: «Подлинность!» Поэтому я так медленно и мало пишу. Мне очень трудно. После каждого рассказа я старею на несколько лет. Какое там к чёрту моцартианство, веселье над рукописью и легкий бег воображения! Я где-то написал, что быстро старею от астмы, от непонятного недуга, заложенного в моё хилое тело ещё в детстве. Всё это — враньё! Когда я пишу самый маленький рассказ, то всё равно работаю над ним, как землекоп, как грабарь, которому в одиночку нужно срыть до основания Эверест. Начиная работу, я всегда думаю, что она мне не по силам. Бывает даже, что я плачу от усталости. У меня от этой работы болят все кровеносные сосуды. Судорога дергает сердце, если не выходит какая-нибудь фраза. А как часто они не выходят, эти проклятые фразы!

    — Исаак Бабель
15. «

    Дурак! — кричал он своему отражению в зеркале – Ты хотел писать и пытался писать, а о чем было писать? Что у тебя такого было за душой? Кой-какие ребяческие понятия да незрелые чувства, жадное, но неосознанное чувство красоты, дремучее невежество, сердце, готовое разорваться от любви, и мечта, огромная, как эта любовь, и бесплодная, как твое невежество.

    Дурак! — кричал он своему отражению в зеркале – Ты хотел писать и пытался писать, а о чем было писать? Что у тебя такого было за душой? Кой-какие ребяческие понятия да незрелые чувства, жадное, но неосознанное чувство красоты, дремучее невежество, сердце, готовое разорваться от любви, и мечта, огромная, как эта любовь, и бесплодная, как твое невежество.

    — Джек Лондон · книга
16. «

    — Опыт писательства — это ваше озарение? — Это особое чувство. Ты пытаешься организовать предложение и выбираешь – это слово подойдет, а это – нет. Они синонимы, но в данном контексте первое слово звучит лучше. Мне нравится подбирать слова, выстраивать конструкцию предложения. Даже сконструировать одно предложение – это большое эстетическое удовольствие. И своеобразный опыт. Это интересно с точки зрения лингвистики. Одно даже самое небольшое предложение – это произведение искусства. Даже предложение из двух слов! Предложение с одним словом – не предложение, это всего лишь слово. [смеется]. А вот два слова – уже предложение, и произведение искусства!

    — Опыт писательства — это ваше озарение? — Это особое чувство. Ты пытаешься организовать предложение и выбираешь – это слово подойдет, а это – нет. Они синонимы, но в данном контексте первое слово звучит лучше. Мне нравится подбирать слова, выстраивать конструкцию предложения. Даже сконструировать одно предложение – это большое эстетическое удовольствие. И своеобразный опыт. Это интересно с точки зрения лингвистики. Одно даже самое небольшое предложение – это произведение искусства. Даже предложение из двух слов! Предложение с одним словом – не предложение, это всего лишь слово. [смеется]. А вот два слова – уже предложение, и произведение искусства!

    — Дэвид Митчелл
17. «

    Самое главное для автора ранобе – это не владение языком и не умение выстраивать сюжет. Даже не богатое воображение и не чувствительность. Самое главное – это стальной характер. Ты не должен сдаваться, что бы тебе ни говорили. Не должен паниковать, если твой роман не продаётся. Не должен писать ничего лишнего в своём блоге или твиттере. Не должен терять голову, если продажи пойдут хорошо. Не должен впадать в уныние, когда над тобой смеются. Не должен ввязываться в споры, о чём бы ни шла речь. Не должен попадать в ситуации, когда всё выходит из-под контроля. Не должен преувеличивать свои способности. Не должен впадать в самоуверенность с самого начала. Не должен беспокоиться о будущем и переживать о своём возрасте. Не должен рыдать одинокими ночами. Не должен ждать слишком многого, получая радостные вести. Не должен позволять цифрам продаж соперников влиять на себя. Не должен сдаваться, когда уже не можешь писать. Не должен выходить за дедлайны. И не должен забывать оставаться признательным тем, кто рядом с тобой. Вот те шестнадцать «не», которые необходимы, чтобы стать автором ранобе. Сила характера, вот что тут важнее всего.

    Самое главное для автора ранобе – это не владение языком и не умение выстраивать сюжет. Даже не богатое воображение и не чувствительность. Самое главное – это стальной характер. Ты не должен сдаваться, что бы тебе ни говорили. Не должен паниковать, если твой роман не продаётся. Не должен писать ничего лишнего в своём блоге или твиттере. Не должен терять голову, если продажи пойдут хорошо. Не должен впадать в уныние, когда над тобой смеются. Не должен ввязываться в споры, о чём бы ни шла речь. Не должен попадать в ситуации, когда всё выходит из-под контроля. Не должен преувеличивать свои способности. Не должен впадать в самоуверенность с самого начала. Не должен беспокоиться о будущем и переживать о своём возрасте. Не должен рыдать одинокими ночами. Не должен ждать слишком многого, получая радостные вести. Не должен позволять цифрам продаж соперников влиять на себя. Не должен сдаваться, когда уже не можешь писать. Не должен выходить за дедлайны. И не должен забывать оставаться признательным тем, кто рядом с тобой. Вот те шестнадцать «не», которые необходимы, чтобы стать автором ранобе. Сила характера, вот что тут важнее всего.

    — Ватари Ватару · книга
18. «

    ...большинство пишущих беременны всего одной-двумя книгами, а все дальнейшее — это профессиональное надувательство, коим непростительно злоупотребили гениальнейшие мастера – Диккенс и даже Бальзак.

    ...большинство пишущих беременны всего одной-двумя книгами, а все дальнейшее — это профессиональное надувательство, коим непростительно злоупотребили гениальнейшие мастера – Диккенс и даже Бальзак.

    — Ивлин Во · книга
19. «

    Ни один классик не сдал бы экзамена по собственным произведениям.

    Ни один классик не сдал бы экзамена по собственным произведениям.

    — Болеслав Пашковский
20. «

    Если есть ад для умерших писателей — то это смотреть на то, что с ними делают современные режиссёры.

    Если есть ад для умерших писателей — то это смотреть на то, что с ними делают современные режиссёры.

    — Вячеслав Корн / «Славик» · сериал