46 цитат «поездка» — избранное

Собрали 46 цитат на тему «поездка» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Мне иногда кажется, что вся наша страна прошла через вот эту вот электричку, через её знобкие вагоны. Люди ездили, ездят и будут ездить в ней на работу, в гости, на свидания, на дачи; для кого-то она – начало куда более длинного пути, первый шажок, ведущий на вокзал, с которого купейный вагон комфортно умчит человека в дальние дали.

   Мне иногда кажется, что вся наша страна прошла через вот эту вот электричку, через её знобкие вагоны. Люди ездили, ездят и будут ездить в ней на работу, в гости, на свидания, на дачи; для кого-то она – начало куда более длинного пути, первый шажок, ведущий на вокзал, с которого купейный вагон комфортно умчит человека в дальние дали.

   — Сергей Волков · книга
2. «

   Я много езжу и наедаюсь молчаньем досыта. Мне нравится быть вне адреса и вне доступа.

   Я много езжу и наедаюсь молчаньем досыта. Мне нравится быть вне адреса и вне доступа.

   — Вера Полозкова
3. «

   Мы из тех, кто теплому дому предпочел перекрестья путей. Мы привычно называем кроватью верхнюю полку купе, мы курим на корточках в холодных тамбурах, мы молимся богу путешествий и играем на гитаре проводницам, жрицам храма поездов. И точно зная, что человека в дороге убаюкивает стук колес, мы его уже не слышим. Для нас не существует мира за окном, лишь отблески дня и пятна ночи, наши шаги стали плавными, мы не теряем равновесия когда под ногами выгибается мир, мы не стремимся к конечной цели, потому что ее нет... Есть дорога и чай в стакане, есть полустанки и случайные попутчики судьбы, есть дикая бродячая душа, не знающая потерь, но чувствующая, как проросли в нее шпалы. Для нас легко слово «прощай» и тяжела любовь. И так привычна тяжесть на плечах, то ли рюкзака, то ли неба, и так безумно пахнет травой, ветром и звездами, и так естественно сделать новый шаг, и так странно замереть на месте. В нас не живет покой, друг мой, он осыпается хлебными крошками в крики голодных птиц.

   Мы из тех, кто теплому дому предпочел перекрестья путей. Мы привычно называем кроватью верхнюю полку купе, мы курим на корточках в холодных тамбурах, мы молимся богу путешествий и играем на гитаре проводницам, жрицам храма поездов. И точно зная, что человека в дороге убаюкивает стук колес, мы его уже не слышим. Для нас не существует мира за окном, лишь отблески дня и пятна ночи, наши шаги стали плавными, мы не теряем равновесия когда под ногами выгибается мир, мы не стремимся к конечной цели, потому что ее нет... Есть дорога и чай в стакане, есть полустанки и случайные попутчики судьбы, есть дикая бродячая душа, не знающая потерь, но чувствующая, как проросли в нее шпалы. Для нас легко слово «прощай» и тяжела любовь. И так привычна тяжесть на плечах, то ли рюкзака, то ли неба, и так безумно пахнет травой, ветром и звездами, и так естественно сделать новый шаг, и так странно замереть на месте. В нас не живет покой, друг мой, он осыпается хлебными крошками в крики голодных птиц.

   — Аль Квотион · книга
4. «

   Когда мне нужно побыть одному, я еду в Берлин. Я не знаю немецкого, и это мне помогает: я слушаю речь, которой не понимаю, и сознание начинает работать внутрь, я начинаю делом заниматься. Там хорошо думается.

   Когда мне нужно побыть одному, я еду в Берлин. Я не знаю немецкого, и это мне помогает: я слушаю речь, которой не понимаю, и сознание начинает работать внутрь, я начинаю делом заниматься. Там хорошо думается.

   — Кирилл Серебренников
5. «

   Лучше всего узнаёшь человека, когда куда-то с ним едешь.

   Лучше всего узнаёшь человека, когда куда-то с ним едешь.

   — Эл Гринуэй · сериал
6. «

   Любая самая глупая песня способна расшевелить эрогенные зоны в душе, когда ты едешь в машине по вечернему городу.

   Любая самая глупая песня способна расшевелить эрогенные зоны в душе, когда ты едешь в машине по вечернему городу.

   — Евгений Алехин · книга
7. «

   Нынче все ездят по железной дороге, но шляпные перевозки куда надежней и приятней.

   Нынче все ездят по железной дороге, но шляпные перевозки куда надежней и приятней.

   — Таррант Цилиндр / Безумный Шляпник · фильм
8. «

   Видеть тысячу предметов в первый и последний раз — что может быть печальнее этого и вместе с тем глубже! Путешествовать — значит рождаться и умирать каждую секунду.

   Видеть тысячу предметов в первый и последний раз — что может быть печальнее этого и вместе с тем глубже! Путешествовать — значит рождаться и умирать каждую секунду.

   — Виктор Гюго · книга
9. «

   Самое приятное в поездках – это то, что в них тебя окружает одноразовый мир. Поселяешься в номере отеля и находишь там одноразовое мыло, одноразовые пакетики с шампунем, крошечные одноразовые брикеты масла, одноразовое полоскание для рта и даже одноразовую зубную щетку.

   Самое приятное в поездках – это то, что в них тебя окружает одноразовый мир. Поселяешься в номере отеля и находишь там одноразовое мыло, одноразовые пакетики с шампунем, крошечные одноразовые брикеты масла, одноразовое полоскание для рта и даже одноразовую зубную щетку.

   — Чак Паланик · книга
10. «

    — Поехали. — Куда опять? — В Африку, на сафари. — Лучше лягушек лови, ближе и безопасней. Что ж, это я на море не уехала, ведь отпуск у меня.

    — Поехали. — Куда опять? — В Африку, на сафари. — Лучше лягушек лови, ближе и безопасней. Что ж, это я на море не уехала, ведь отпуск у меня.

    — Татьяна Полякова · книга
11. «

    Дорога была непереносима. Приехали ночью. Куда – не знаю. Без задних ног я уснул на полу.

    Дорога была непереносима. Приехали ночью. Куда – не знаю. Без задних ног я уснул на полу.

    — пёс Пират · мультфильм
12. «

    События производят на воображение человека такое же действие, как время. Тому, кто много поездил и много повидал, кажется, будто он живёт на свете давным-давно; чем богаче история народа важными происшествиями, тем скорее ложится на неё отпечаток древности.

    События производят на воображение человека такое же действие, как время. Тому, кто много поездил и много повидал, кажется, будто он живёт на свете давным-давно; чем богаче история народа важными происшествиями, тем скорее ложится на неё отпечаток древности.

    — Джеймс Фенимор Купер · книга
13. «

    Хотя тебя от проносящихся мимо ландшафтов, городов, машин и людей отделяет всего лишь тонкая стенка вагона и еще более тонкое стекло окна, этой стенки в сочетании со скоростью вполне достаточно, чтобы изолировать тебя от внешнего мира. Кроме того, там, откуда ты выехал, ты уже не в силах ничего изменить, а там, куда ты должен прибыть, ты еще ничего не можешь изменить. По прибытии в пункт назначения тебя ждут решения и действия, но здесь, в этой изолированности, в этой перемещающейся в пространстве капсуле, ты обречен на пассивность и временную свободу. Если к тому же никто не знает, что ты едешь в поезде, никто не ждет тебя и ты движешься навстречу совершенно чужому городу, эта изолированность обретает экзистенциальное качество. Никакая автомобильная поездка с этим не сравнится: там ты либо управляешь автомобилем и проявляешь соответствующую активность, либо сидишь рядом с водителем и проявляешь меньшую актив активность, но все равно имеешь влияние на происходящее.

    Хотя тебя от проносящихся мимо ландшафтов, городов, машин и людей отделяет всего лишь тонкая стенка вагона и еще более тонкое стекло окна, этой стенки в сочетании со скоростью вполне достаточно, чтобы изолировать тебя от внешнего мира. Кроме того, там, откуда ты выехал, ты уже не в силах ничего изменить, а там, куда ты должен прибыть, ты еще ничего не можешь изменить. По прибытии в пункт назначения тебя ждут решения и действия, но здесь, в этой изолированности, в этой перемещающейся в пространстве капсуле, ты обречен на пассивность и временную свободу. Если к тому же никто не знает, что ты едешь в поезде, никто не ждет тебя и ты движешься навстречу совершенно чужому городу, эта изолированность обретает экзистенциальное качество. Никакая автомобильная поездка с этим не сравнится: там ты либо управляешь автомобилем и проявляешь соответствующую активность, либо сидишь рядом с водителем и проявляешь меньшую актив активность, но все равно имеешь влияние на происходящее.

    — Бернхард Шлинк · книга
14. «

    — А что мне делать с работой?.. — Так не ходи! [Чендлер вскочил со стула] — ДА!!!

    — А что мне делать с работой?.. — Так не ходи! [Чендлер вскочил со стула] — ДА!!!

    — Джоуи «Джо» Триббиани · сериал
15. «

    Трясясь в прокуренном вагоне, Он полуплакал, полуспал...

    Трясясь в прокуренном вагоне, Он полуплакал, полуспал...

    — Александр Кочетков
16. «

    Вдали от дома ничто не утешает так, как книга, верно?

    Вдали от дома ничто не утешает так, как книга, верно?

    — Корнелия Функе · книга
17. «

    Самое мерзкое в любой поездке — это приехать домой и опять стать русским в толпе русских.

    Самое мерзкое в любой поездке — это приехать домой и опять стать русским в толпе русских.

    — Илья Стогoff · книга
18. «

    — Вы бы, Михаил Афанасьевич, поехали на завод, посмотрели бы... — Шумно очень на заводе, а я устал, болен, — ответил Булгаков. — Вы отправьте меня лучше в Ниццу!

    — Вы бы, Михаил Афанасьевич, поехали на завод, посмотрели бы... — Шумно очень на заводе, а я устал, болен, — ответил Булгаков. — Вы отправьте меня лучше в Ниццу!

    — Михаил Булгаков
19. «

    — Эй, я же сказал брать самое нужное. — Я так и делаю. — Это что, боа? — Карлос, туда, где мне не понадобится боа, мне незачем ехать.

    — Эй, я же сказал брать самое нужное. — Я так и делаю. — Это что, боа? — Карлос, туда, где мне не понадобится боа, мне незачем ехать.

    — Габриэль Солис · сериал
20. «

    — Ладно, береги его! С этим чемоданом связано множество воспоминаний. — Каких воспоминаний? Ни одной поездки... — Обо всех поездках, в которые мы так никогда и не отправились...

    — Ладно, береги его! С этим чемоданом связано множество воспоминаний. — Каких воспоминаний? Ни одной поездки... — Обо всех поездках, в которые мы так никогда и не отправились...

    — мама Джека · фильм