314 фраз про «поэзия и поэты» с глубоким смыслом

314 цитат про «поэзия и поэты»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Каждый английский поэт должен овладеть правилами грамматики, прежде чем пытаться изменить или нарушить их.

   Каждый английский поэт должен овладеть правилами грамматики, прежде чем пытаться изменить или нарушить их.

   — Роберт Грейвз
2. «

   Он испытует — отдалением, Я принимаю испытание. Я принимаю со смирением Его любовь, — Его молчание.

   Он испытует — отдалением, Я принимаю испытание. Я принимаю со смирением Его любовь, — Его молчание.

   — Зинаида Николаевна Гиппиус
3. «

   Строфы и сейчас легко вставали, одна за другой, и, хоть он давно не записывал и не мог записывать своих стихов, все же слова легко вставали в каком-то заданном и каждый раз необычайном ритме. Рифма была искателем, инструментом магнитного поиска слов и понятий. Каждое слово было частью мира, оно откликалось на рифму, и весь мир проносился с быстротой какой-нибудь электронной машины. Все кричало: возьми меня. Нет, меня. Искать ничего не приходилось. Приходилось только отбрасывать. Здесь было как бы два человека – тот, который сочиняет, который запустил свою вертушку вовсю, и другой, который выбирает и время от времени останавливает запущенную машину. И, увидя, что он – это два человека, поэт понял, что сочиняет сейчас настоящие стихи. А что в том, что они не записаны? Записать, напечатать – все это суета сует. Все, что рождается небескорыстно, – это не самое лучшее. Самое лучшее то, что не записано, что сочинено и исчезло, растаяло без следа, и только творческая радость, которую ощущает он и которую ни с чем не спутать, доказывает, что стихотворение было создано, что прекрасное было создано. Не ошибается ли он? Безошибочна ли его творческая радость? Он вспомнил, как плохи, как поэтически беспомощны были последние стихи Блока и как Блок этого, кажется, не понимал...

   Строфы и сейчас легко вставали, одна за другой, и, хоть он давно не записывал и не мог записывать своих стихов, все же слова легко вставали в каком-то заданном и каждый раз необычайном ритме. Рифма была искателем, инструментом магнитного поиска слов и понятий. Каждое слово было частью мира, оно откликалось на рифму, и весь мир проносился с быстротой какой-нибудь электронной машины. Все кричало: возьми меня. Нет, меня. Искать ничего не приходилось. Приходилось только отбрасывать. Здесь было как бы два человека – тот, который сочиняет, который запустил свою вертушку вовсю, и другой, который выбирает и время от времени останавливает запущенную машину. И, увидя, что он – это два человека, поэт понял, что сочиняет сейчас настоящие стихи. А что в том, что они не записаны? Записать, напечатать – все это суета сует. Все, что рождается небескорыстно, – это не самое лучшее. Самое лучшее то, что не записано, что сочинено и исчезло, растаяло без следа, и только творческая радость, которую ощущает он и которую ни с чем не спутать, доказывает, что стихотворение было создано, что прекрасное было создано. Не ошибается ли он? Безошибочна ли его творческая радость? Он вспомнил, как плохи, как поэтически беспомощны были последние стихи Блока и как Блок этого, кажется, не понимал...

   — Варлам Шаламов · книга
4. «

   Поэзия говорит слишком много слишком быстро, проза говорит слишком мало слишком долго.

   Поэзия говорит слишком много слишком быстро, проза говорит слишком мало слишком долго.

   — Чарльз Буковски · книга
5. «

   Живет буревестник на гребне утеса, - Я это от старого слышал матроса. Он в пене сверкает крылами и стонет, Скользит над волнами и в море не тонет, Качается мерно на зыбкой лазури, При штиле молчит и кричит перед бурей.

   Живет буревестник на гребне утеса, - Я это от старого слышал матроса. Он в пене сверкает крылами и стонет, Скользит над волнами и в море не тонет, Качается мерно на зыбкой лазури, При штиле молчит и кричит перед бурей.

   — Генрик Ибсен
6. «

   Поэзия, прости господи, должна быть глуповата.

   Поэзия, прости господи, должна быть глуповата.

   — Александр Сергеевич Пушкин
7. «

   — Думаешь, поэты могут научиться чему-нибудь друг у друга? — Только если они плохие поэты.

   — Думаешь, поэты могут научиться чему-нибудь друг у друга? — Только если они плохие поэты.

   — Артюр Рембо · фильм
8. «

   В те дни, когда мне были новы Все впечатленья бытия — И взоры дев, и шум дубровы, И ночью пенье соловья, —

   В те дни, когда мне были новы Все впечатленья бытия — И взоры дев, и шум дубровы, И ночью пенье соловья, —

   — Александр Сергеевич Пушкин
9. «

   ... На ночь я почти всегда читаю Пушкина. Потом принимаю снотворное и опять читаю, потому что снотворное не действует. Я опять принимаю снотворное и думаю о Пушкине. Если бы я его встретила, я сказала бы ему, какой он замечательный, как мы все его помним, как я живу им всю свою долгую жизнь... Потом я засыпаю, и мне снится Пушкин. Он идет с тростью по Тверскому бульвару. Я бегу к нему, кричу. Он остановился, посмотрел, поклонился и сказал: «Оставь меня в покое, старая б... Как ты надоела мне со своей любовью».

   ... На ночь я почти всегда читаю Пушкина. Потом принимаю снотворное и опять читаю, потому что снотворное не действует. Я опять принимаю снотворное и думаю о Пушкине. Если бы я его встретила, я сказала бы ему, какой он замечательный, как мы все его помним, как я живу им всю свою долгую жизнь... Потом я засыпаю, и мне снится Пушкин. Он идет с тростью по Тверскому бульвару. Я бегу к нему, кричу. Он остановился, посмотрел, поклонился и сказал: «Оставь меня в покое, старая б... Как ты надоела мне со своей любовью».

   — Дмитрий Щеглов · книга
10. «

    Живопись – это поэзия, которую видят, а поэзия – это живопись, которую слышат.

    Живопись – это поэзия, которую видят, а поэзия – это живопись, которую слышат.

    — Леонардо да Винчи
11. «

    Из последнего одиночества прощальной мольбой, — не пророчеством окликаю вас, отроки-други: одна лишь для поэта заповедь на востоке и на западе, на севере и на юге - не бить челом веку своему, Но быть челом века своего, - быть человеком.

    Из последнего одиночества прощальной мольбой, — не пророчеством окликаю вас, отроки-други: одна лишь для поэта заповедь на востоке и на западе, на севере и на юге - не бить челом веку своему, Но быть челом века своего, - быть человеком.

    — София Парнок
12. «

    … Поэт — это последний человек, кто радуется тому, что его стихи перекладываются на музыку. Поскольку он-то сам в первую очередь озабочен содержанием, а содержание, как правило, читателем усваивается не полностью и не сразу. Даже когда стихотворение напечатано на бумаге, нет никакой гарантии, что читатель понимает содержание. Когда же на стих накладывается ещё и музыка, то, с точки зрения поэта, происходит дополнительное затмение. Так что, с одной стороны, если ты фраер, то тебе лестно, что на твои стихи композитор музыку написал. Но если ты действительно озабочен реакцией публики на твой текст, — а это то, с чего твоё творчество начинается и к чему оно в конце концов сводится, — то праздновать тут совершенно нечего. Даже если имеешь дело с самым лучшим композитором на свете. Музыка вообще выводит стихи в совершенно иное измерение.

    … Поэт — это последний человек, кто радуется тому, что его стихи перекладываются на музыку. Поскольку он-то сам в первую очередь озабочен содержанием, а содержание, как правило, читателем усваивается не полностью и не сразу. Даже когда стихотворение напечатано на бумаге, нет никакой гарантии, что читатель понимает содержание. Когда же на стих накладывается ещё и музыка, то, с точки зрения поэта, происходит дополнительное затмение. Так что, с одной стороны, если ты фраер, то тебе лестно, что на твои стихи композитор музыку написал. Но если ты действительно озабочен реакцией публики на твой текст, — а это то, с чего твоё творчество начинается и к чему оно в конце концов сводится, — то праздновать тут совершенно нечего. Даже если имеешь дело с самым лучшим композитором на свете. Музыка вообще выводит стихи в совершенно иное измерение.

    — Иосиф Александрович Бродский
13. «

    — А если спросить грубо материалистически: что даёт поэзия? — Поэзия не развлечение и даже не форма искусства, но, скорее, наша видовая цель. Если то, что отличает нас от остального животного царства, — речь, то поэзия — высшая форма речи, наше, так сказать, генетическое отличие от зверей. Отказываясь от неё, мы обрекаем себя на низшие формы общения, будь то политика, торговля и т. п. В общем, единственный способ застраховаться от чужой — если не от своей собственной — пошлости. К тому же поэзия — это колоссальный ускоритель сознания, и для пишущего, и для читающего. Вы обнаруживаете связи или зависимости, о существовании которых вы и не подозревали, данные в языке, речи. Это уникальный инструмент познания.

    — А если спросить грубо материалистически: что даёт поэзия? — Поэзия не развлечение и даже не форма искусства, но, скорее, наша видовая цель. Если то, что отличает нас от остального животного царства, — речь, то поэзия — высшая форма речи, наше, так сказать, генетическое отличие от зверей. Отказываясь от неё, мы обрекаем себя на низшие формы общения, будь то политика, торговля и т. п. В общем, единственный способ застраховаться от чужой — если не от своей собственной — пошлости. К тому же поэзия — это колоссальный ускоритель сознания, и для пишущего, и для читающего. Вы обнаруживаете связи или зависимости, о существовании которых вы и не подозревали, данные в языке, речи. Это уникальный инструмент познания.

    — Иосиф Александрович Бродский
14. «

    Поэты ходят пятками по лезвию ножа И режут в кровь свои босые души.

    Поэты ходят пятками по лезвию ножа И режут в кровь свои босые души.

    — Владимир Семёнович Высоцкий
15. «

    Поэт — это состояние, а не профессия.

    Поэт — это состояние, а не профессия.

    — Роберт Фрост
16. «

    Он поэт, он на белом свете живёт!

    Он поэт, он на белом свете живёт!

    — Негр Витя · фильм
17. «

    Актёры, музыканты и поэты - Целители уставших наших душ.

    Актёры, музыканты и поэты - Целители уставших наших душ.
18. «

    Цель не достигнута. Знает поэт: Жизнь не постигнута, Истины нет.

    Цель не достигнута. Знает поэт: Жизнь не постигнута, Истины нет.

    — Игорь Иванович Гарин · книга
19. «

    У поэта два царства: одно из лучей Ярко блещет — лазурное, ясное; А другое безмесячной ночи темней, Как глухая темница ненастное. В тёмном царстве влачится ряд пасмурных дней, А в лазурном — мгновенье прекрасное.

    У поэта два царства: одно из лучей Ярко блещет — лазурное, ясное; А другое безмесячной ночи темней, Как глухая темница ненастное. В тёмном царстве влачится ряд пасмурных дней, А в лазурном — мгновенье прекрасное.

    — Константин Михайлович Фофанов
20. «

    Кто не грешил в любовной лихорадке, Тому читать все это смысла нет, Тому мои мелодии не сладки, И для того я просто не поэт.

    Кто не грешил в любовной лихорадке, Тому читать все это смысла нет, Тому мои мелодии не сладки, И для того я просто не поэт.

    — Оскар Уайльд