570 цитат на тему «предательство» для размышлений

Тема «предательство» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 570 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Наша жизнь может быть вечной, но наша верность не такова.

   Наша жизнь может быть вечной, но наша верность не такова.

   — Клаус Майклсон · сериал
2. «

   Нельзя предавать того, кто нас любит.

   Нельзя предавать того, кто нас любит.

   — Маргарита Рудольфовна Жданова · сериал
3. «

   Значит, предавать — это убивать, — догадалась мартышка-дочка, — только не своими руками.

   Значит, предавать — это убивать, — догадалась мартышка-дочка, — только не своими руками.

   — Фазиль Искандер · книга
4. «

   Пока кругом сияет листопад, колышет ветер золотую реку. На эти листья страшно наступать, а больше некуда. Ещё успеем перезимовать и в грязь втоптать невинность бела снега. А страшно как — любимых предавать, а больше некого. Весна прозрачна. Шёлк — её наряд. Клянись, что расстаемся не навечно. Страшнее нет — надежду потерять, а больше нечего. Созрело лето, как запретный плод, и алый свет слепит глаза под веками. Молиться страшно. Богу — не поймёт. А больше некому.

   Пока кругом сияет листопад, колышет ветер золотую реку. На эти листья страшно наступать, а больше некуда. Ещё успеем перезимовать и в грязь втоптать невинность бела снега. А страшно как — любимых предавать, а больше некого. Весна прозрачна. Шёлк — её наряд. Клянись, что расстаемся не навечно. Страшнее нет — надежду потерять, а больше нечего. Созрело лето, как запретный плод, и алый свет слепит глаза под веками. Молиться страшно. Богу — не поймёт. А больше некому.

   — Алекс (Аше) Гарридо
5. «

   Лгать — значит страдать. Лицемер терпит вдвойне: он долго рассчитывает свое торжество и длит свою пытку. <...> Лицемер начинает бессознательно питать отвращение к лицемерию. Постоянно ощущать свою двуличность претит. <...> Добавьте ко всему непомерную гордость. Как это ни странно, но порой лицемер проникается уважением к себе. Он преувеличивает значение своего «я». Червь пресмыкается так же, как дракон, и так же приподнимает голову. Предатель — не что иное, как связанный деспот, который может выполнять свою волю, лишь согласившись на другую роль. Это — ничтожество, способное достигнуть чудовищных размеров. Лицемер — и титан и карлик.

   Лгать — значит страдать. Лицемер терпит вдвойне: он долго рассчитывает свое торжество и длит свою пытку. <...> Лицемер начинает бессознательно питать отвращение к лицемерию. Постоянно ощущать свою двуличность претит. <...> Добавьте ко всему непомерную гордость. Как это ни странно, но порой лицемер проникается уважением к себе. Он преувеличивает значение своего «я». Червь пресмыкается так же, как дракон, и так же приподнимает голову. Предатель — не что иное, как связанный деспот, который может выполнять свою волю, лишь согласившись на другую роль. Это — ничтожество, способное достигнуть чудовищных размеров. Лицемер — и титан и карлик.

   — Виктор Гюго · книга
6. «

   Эй-эй, как вы смеете оскорблять моего капитана в моем присутствии? Будь он один из тех людей, кто легко способен предать остальных, мне было бы намного проще. Тогда я бы тоже просто всё бросил и убежал, поджав хвост. Но что бы ни случилось, он всегда безоговорочно верит в нас, и мы в ответ делаем то же самое! До самого последнего вздоха мы всегда будем стараться оправдать его доверие!

   Эй-эй, как вы смеете оскорблять моего капитана в моем присутствии? Будь он один из тех людей, кто легко способен предать остальных, мне было бы намного проще. Тогда я бы тоже просто всё бросил и убежал, поджав хвост. Но что бы ни случилось, он всегда безоговорочно верит в нас, и мы в ответ делаем то же самое! До самого последнего вздоха мы всегда будем стараться оправдать его доверие!

   — Усопп · аниме
7. «

   Я бы мог предать своего короля, но не сына.

   Я бы мог предать своего короля, но не сына.

   — Д'Артаньян · фильм
8. «

   Ты доверяешь человеку, отдаёшь ему своё сердце, а чем он отвечает?... Существует ли наказание, искупающее ложь, манипуляции, надругательство над чьим-то сердцем?

   Ты доверяешь человеку, отдаёшь ему своё сердце, а чем он отвечает?... Существует ли наказание, искупающее ложь, манипуляции, надругательство над чьим-то сердцем?

   — Джо Голдберг · сериал
9. «

   Удивительно, как легко друзья могут от тебя отвернуться, как легко страх или корысть срывают маску товарищества.

   Удивительно, как легко друзья могут от тебя отвернуться, как легко страх или корысть срывают маску товарищества.

   — Джоанн Харрис · книга
10. «

    — К атаке на Камелот нельзя относиться легкомысленно. — Не забывай, при дворе у нас есть союзник. — Это не имеет значения, предателям нельзя верить.

    — К атаке на Камелот нельзя относиться легкомысленно. — Не забывай, при дворе у нас есть союзник. — Это не имеет значения, предателям нельзя верить.

    — Король Сенред · сериал
11. «

    Хозяин погладил рукою Лохматую рыжую спину: — Прощай, брат! Хоть жаль мне, не скрою, Но всё же тебя я покину.

    Хозяин погладил рукою Лохматую рыжую спину: — Прощай, брат! Хоть жаль мне, не скрою, Но всё же тебя я покину.

    — Эдуард Аркадьевич Асадов
12. «

    Восторженный поклонник вначале, иуда до последних дней.

    Восторженный поклонник вначале, иуда до последних дней.

    — Иэн Бэнкс · книга
13. «

    Порой мы так заняты врагами, что забываем про друзей.

    Порой мы так заняты врагами, что забываем про друзей.

    — «M» · фильм
14. «

    Предательство начинается в высоких, важных кабинетах вождей, президентов — они предают миллионы людей, посылая их на смерть, и заканчивается здесь, на обрыве оврага, где фронтовики подставляют друг друга. Давно уже нет того поединка, когда глава государства брал копье, щит и впереди своего народа шел в бой, конечно же, за свободу, за независимость, за правое дело. Вместо честного поединка творится коварная надуваловка.

    Предательство начинается в высоких, важных кабинетах вождей, президентов — они предают миллионы людей, посылая их на смерть, и заканчивается здесь, на обрыве оврага, где фронтовики подставляют друг друга. Давно уже нет того поединка, когда глава государства брал копье, щит и впереди своего народа шел в бой, конечно же, за свободу, за независимость, за правое дело. Вместо честного поединка творится коварная надуваловка.

    — Виктор Астафьев · книга
15. «

    Мэйсон, друг мой, скажи, во что остаётся верить, когда тебя предают свои же? Когда весь ты, всё то, что ты сделал, оказывается погребено под слоем лжи и коррупции? Я умру в этом проклятом месте... Единственное, что не дает отпустить мне руки — это жажда мести.

    Мэйсон, друг мой, скажи, во что остаётся верить, когда тебя предают свои же? Когда весь ты, всё то, что ты сделал, оказывается погребено под слоем лжи и коррупции? Я умру в этом проклятом месте... Единственное, что не дает отпустить мне руки — это жажда мести.

    — Виктор Резнов · игра
16. «

    Поступок всегда важнее слов. Человек способен орать два часа — и помочь. Или два года сюсюкать — и предать.

    Поступок всегда важнее слов. Человек способен орать два часа — и помочь. Или два года сюсюкать — и предать.

    — Дмитрий Емец · книга
17. «

    Как и всякий преданный предатель, он был потрясен грубостью того, как его предали. Он не мог понять, что грубость всякого предательства ощущает только сам преданный, а предатель его не может ощутить, во всяком случае с такой силой. Поэтому любой преданный предатель, вспоминая свои ощущения, когда он предавал, и сравнивая их со своими ощущениями, когда он предан, с полной искренностью думает: все-таки у меня это было не так низко.

    Как и всякий преданный предатель, он был потрясен грубостью того, как его предали. Он не мог понять, что грубость всякого предательства ощущает только сам преданный, а предатель его не может ощутить, во всяком случае с такой силой. Поэтому любой преданный предатель, вспоминая свои ощущения, когда он предавал, и сравнивая их со своими ощущениями, когда он предан, с полной искренностью думает: все-таки у меня это было не так низко.

    — Фазиль Искандер · книга
18. «

    Даже не знаю, как описать её лицо. Красивое. Но бывает красота, которая очевидна, общепринята и вызывает скорее рыночные, чем личные чувства. А это лицо было другим. Про такие лица думаешь, что способен распознать их очарование только сам, а все остальные ничего не поймут и не заметят — и на основании этого сразу записываешь увиденное в личную собственность. Потом, когда выясняется, что эта односторонняя сделка не имеет силы, и остальные тоже отлично все поняли, чувствуешь себя преданным...

    Даже не знаю, как описать её лицо. Красивое. Но бывает красота, которая очевидна, общепринята и вызывает скорее рыночные, чем личные чувства. А это лицо было другим. Про такие лица думаешь, что способен распознать их очарование только сам, а все остальные ничего не поймут и не заметят — и на основании этого сразу записываешь увиденное в личную собственность. Потом, когда выясняется, что эта односторонняя сделка не имеет силы, и остальные тоже отлично все поняли, чувствуешь себя преданным...

    — Виктор Пелевин · книга
19. «

    На войне шпион или предатель в своих рядах страшнее любого неприятеля.

    На войне шпион или предатель в своих рядах страшнее любого неприятеля.

    — Ситиродзи · аниме
20. «

    Не прислоняйся к стене – она упадёт, не полагайся на дерево – оно засохнет, не доверяй человеку – он предаст тебя.

    Не прислоняйся к стене – она упадёт, не полагайся на дерево – оно засохнет, не доверяй человеку – он предаст тебя.

    — Василий Ян · книга