207 цитат про «преступники и преступность» — коротко и по делу

Собрали 207 цитат на тему «преступники и преступность» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Наш враг — это преступность. И её ненавидят все, кто к ней не относится.

   Наш враг — это преступность. И её ненавидят все, кто к ней не относится.

   — Константин Александрович Орлов · сериал
2. «

   А знаете, чего на зоне больше всего? Здесь больше всего вранья и надежды. У кого ни спроси, получили срок случайно или по чьей-то ошибке. А может человеку страшно признаться, что он принес в мир зло? Конечно, легче винить, чем каяться. Что же с нами случилось-то? Родились как все, с чистой совестью, учились что нельзя обижать, что нужно любить, жалеть, прощать... Потом что-то путается, сбивается, уже ничего не остаётся кроме подлого одинокого «Я». А может все преступления совершаются от одиночества и тоски? Когда никто тебя не любит, когда ты никому не дорог. Тогда всё можно?

   А знаете, чего на зоне больше всего? Здесь больше всего вранья и надежды. У кого ни спроси, получили срок случайно или по чьей-то ошибке. А может человеку страшно признаться, что он принес в мир зло? Конечно, легче винить, чем каяться. Что же с нами случилось-то? Родились как все, с чистой совестью, учились что нельзя обижать, что нужно любить, жалеть, прощать... Потом что-то путается, сбивается, уже ничего не остаётся кроме подлого одинокого «Я». А может все преступления совершаются от одиночества и тоски? Когда никто тебя не любит, когда ты никому не дорог. Тогда всё можно?

   — Лена Ярцева · фильм
3. «

   Даже у такого подонка есть ангел-хранитель... Ангел с золотыми волосами.

   Даже у такого подонка есть ангел-хранитель... Ангел с золотыми волосами.

   — Ангельские глазки «Плохой» · фильм
4. «

   В уголовном розыске выживают лишь два типа людей. Скрупулезные, неторопливые прагматики, которые к каждому порученному делу относятся взвешенно и рационально, видя в любом преступлении лишь свою работу, которую нужно выполнять добросовестно. И второй тип — азартных, рисковых сыщиков, увлекающихся и любящих авантюру, приключения, неожиданности.

   В уголовном розыске выживают лишь два типа людей. Скрупулезные, неторопливые прагматики, которые к каждому порученному делу относятся взвешенно и рационально, видя в любом преступлении лишь свою работу, которую нужно выполнять добросовестно. И второй тип — азартных, рисковых сыщиков, увлекающихся и любящих авантюру, приключения, неожиданности.

   — Чингиз Абдуллаев · книга
5. «

   — Ты смотри, что делает! [сбегая от полиции преступник на кабриолете проколол шины на колючке и стал убегать на дисках со скоростью 4 км/час] Ладно, кончай над ним издеваться. Обгоняй и тормози. — В чём дело офицер?! — Джонни Ди, напиваешься в барах и отдыхаешь со стриптизёршами. — Что тут скажешь, помогаю государству заработать. — И берёшь для себя? Вот идиот. Несмотря на явный идиотизм, ты многих обокрал... Но есть маленькая неприятная новость. — Да ладно. У кого я это беру и краду — застрахованы. А новость — это я долго не увижусь с Тиффани?

   — Ты смотри, что делает! [сбегая от полиции преступник на кабриолете проколол шины на колючке и стал убегать на дисках со скоростью 4 км/час] Ладно, кончай над ним издеваться. Обгоняй и тормози. — В чём дело офицер?! — Джонни Ди, напиваешься в барах и отдыхаешь со стриптизёршами. — Что тут скажешь, помогаю государству заработать. — И берёшь для себя? Вот идиот. Несмотря на явный идиотизм, ты многих обокрал... Но есть маленькая неприятная новость. — Да ладно. У кого я это беру и краду — застрахованы. А новость — это я долго не увижусь с Тиффани?

   — Джонни · сериал
6. «

   Преступники – часть населения, причем не худшая его часть, а просто ЧАСТЬ. А милиция – не лучшая часть населения, не элита. И если в населении выросло количество малообразованных и не особо умных людей, то эти люди с равной частотой проникают как в ряды преступников, так и в ряды милиции. Что же касается людей одаренных, способных и имеющих высококачественную профессиональную подготовку, то они, совершенно естественно, стремятся прилагать свои знания и силы там, где за это больше заплатят, то есть в коммерческой деятельности, в бизнесе, а отнюдь не в наших низкооплачиваемых органах. Вот и получается, что среди преступников людей недалеких и глуповатых столько же, сколько и среди нас, милиционеров, то есть интеллектуального преимущества мы перед ними не имеем. А людей умных и способных среди них больше, и в связи с этим интеллектуальное преимущество неуклонно сползает на их сторону. Вот вам и вся арифметика.

   Преступники – часть населения, причем не худшая его часть, а просто ЧАСТЬ. А милиция – не лучшая часть населения, не элита. И если в населении выросло количество малообразованных и не особо умных людей, то эти люди с равной частотой проникают как в ряды преступников, так и в ряды милиции. Что же касается людей одаренных, способных и имеющих высококачественную профессиональную подготовку, то они, совершенно естественно, стремятся прилагать свои знания и силы там, где за это больше заплатят, то есть в коммерческой деятельности, в бизнесе, а отнюдь не в наших низкооплачиваемых органах. Вот и получается, что среди преступников людей недалеких и глуповатых столько же, сколько и среди нас, милиционеров, то есть интеллектуального преимущества мы перед ними не имеем. А людей умных и способных среди них больше, и в связи с этим интеллектуальное преимущество неуклонно сползает на их сторону. Вот вам и вся арифметика.

   — Александра Маринина · книга
7. «

   …преступники — намного более ценная часть общества, чем законопослушные граждане. Законопослушные — всего лишь стадо, планктон, трава. А преступники — это те, у кого хватает ума, отваги и таланта переступать обыденное, выходить за привычные рамки, установленные обществом или природой. Это преступники создают как банды по рэкету, так и новые государства, новые теории права, атомарные теории или непривычные миру гелиоцентрические системы.

   …преступники — намного более ценная часть общества, чем законопослушные граждане. Законопослушные — всего лишь стадо, планктон, трава. А преступники — это те, у кого хватает ума, отваги и таланта переступать обыденное, выходить за привычные рамки, установленные обществом или природой. Это преступники создают как банды по рэкету, так и новые государства, новые теории права, атомарные теории или непривычные миру гелиоцентрические системы.

   — Юрий Никитин · книга
8. «

   Правопорядок в стране измеряется не наличием воров, а умением властей их обезвреживать.

   Правопорядок в стране измеряется не наличием воров, а умением властей их обезвреживать.

   — Глеб Жеглов · сериал
9. «

   0000467. Есть только один способ прекратить детскую преступность. Необходимо принять закон, по которому родители несовершеннолетних преступников вместе со своими детьми будут подлежать совместной отсидке в колонии, где родителей не разлучат с детьми и будут проводить с ними профилактическую работу. Дети в этом случае будут понимать, что соверши они (несовершеннолетние) преступление, их родители будут лишены работы, карьеры, зарплаты, а вся семья свободы на срок, предусмотренный совершеннолетним за подобное деяние.

   0000467. Есть только один способ прекратить детскую преступность. Необходимо принять закон, по которому родители несовершеннолетних преступников вместе со своими детьми будут подлежать совместной отсидке в колонии, где родителей не разлучат с детьми и будут проводить с ними профилактическую работу. Дети в этом случае будут понимать, что соверши они (несовершеннолетние) преступление, их родители будут лишены работы, карьеры, зарплаты, а вся семья свободы на срок, предусмотренный совершеннолетним за подобное деяние.
10. «

    Всё равно мы вас обманем, Всё равно мы вас погубим, Всё равно мы вас ограбим, Потому что мы банда.

    Всё равно мы вас обманем, Всё равно мы вас погубим, Всё равно мы вас ограбим, Потому что мы банда.
11. «

    Мир не знает внешности, исключающей преступление. Его могут совершить прекрасные, изящные, хрупкие девушки, добрые старушки, почтенные старцы, священники с молитвенно сложенными руками и опущенным взором. Не существует характера, профессии, нрава или призвания, исключающих возможность проклюнуться самой чёрной мысли: заставить другое человеческое существо покинуть раньше времени этот самый симпатичный из миров.

    Мир не знает внешности, исключающей преступление. Его могут совершить прекрасные, изящные, хрупкие девушки, добрые старушки, почтенные старцы, священники с молитвенно сложенными руками и опущенным взором. Не существует характера, профессии, нрава или призвания, исключающих возможность проклюнуться самой чёрной мысли: заставить другое человеческое существо покинуть раньше времени этот самый симпатичный из миров.

    — Джо Алекс · книга
12. «

    Тяжелые времена настали, брат. Этого не ограбь, того не убей.

    Тяжелые времена настали, брат. Этого не ограбь, того не убей.

    — Константин Костин · книга
13. «

    — Здесь правит «закон негодяев», Джеральд, и вам будет очень трудно. — Никогда не слышал о таком законе, что это значит? — Главное правило очень простое, — охотно пояснил Дронго. — Успей предать своего друга раньше, чем он сдаст тебя. Успей продать свою совесть по сходной цене, пока это не сделали твои компаньоны. В общем, успей предать, иначе это сделают другие.

    — Здесь правит «закон негодяев», Джеральд, и вам будет очень трудно. — Никогда не слышал о таком законе, что это значит? — Главное правило очень простое, — охотно пояснил Дронго. — Успей предать своего друга раньше, чем он сдаст тебя. Успей продать свою совесть по сходной цене, пока это не сделали твои компаньоны. В общем, успей предать, иначе это сделают другие.

    — Чингиз Абдуллаев · книга
14. «

    — Как бы вы описали этого человека? Его характер? — Первая ошибка. Джеймс Мориарти не человек. Он паук. Паук в центре сети. Криминальной сети с тысячью нитей, и он в точности знает, как дергать за каждую из них.

    — Как бы вы описали этого человека? Его характер? — Первая ошибка. Джеймс Мориарти не человек. Он паук. Паук в центре сети. Криминальной сети с тысячью нитей, и он в точности знает, как дергать за каждую из них.

    — Шерлок Холмс · сериал
15. «

    Я не преступник. Я просто делаю так, как мне нравится.

    Я не преступник. Я просто делаю так, как мне нравится.

    — Джейкоб Фрай (Jacob Frye) · игра
16. «

    В том, что преступник, ради которого Элеонора Ливенворт готова пожертвовать собой, некогда был объектом ее страсти, я уже не сомневался — лишь любовь или сильное чувство долга, произрастающее из любви, оправдывает поступки столь решительные.

    В том, что преступник, ради которого Элеонора Ливенворт готова пожертвовать собой, некогда был объектом ее страсти, я уже не сомневался — лишь любовь или сильное чувство долга, произрастающее из любви, оправдывает поступки столь решительные.

    — Анна Кэтрин Грин · книга
17. «

    Жизнь показала, что порою честнее парень в серой форме, Чем ваши гангстеры, живущие на пенсию мамину.

    Жизнь показала, что порою честнее парень в серой форме, Чем ваши гангстеры, живущие на пенсию мамину.
18. «

    Преступников не надо изучать, их надо ловить!

    Преступников не надо изучать, их надо ловить!
19. «

    И это был воскресный дань, светило солнце как бездельник, И все люди — кто с друзьями, кто с семьей, - Ну а я сидел скучал, как в самый грустный понедельник: Мне майор попался очень деловой.

    И это был воскресный дань, светило солнце как бездельник, И все люди — кто с друзьями, кто с семьей, - Ну а я сидел скучал, как в самый грустный понедельник: Мне майор попался очень деловой.
20. «

    Особенно хорошо у Детрита получалось вести допросы подозреваемых. У него было три основных вопроса. Первый — прямой («Это ты сделал?»), второй — настаивающий («Ты уверен, что это сделал не ты?») и третий — с подковыркой («Это ведь ты сделал, правда?»). Хотя это были не самые искусные в мире вопросы, талант Детрита состоял в том, что сержант задавал эти вопросы на протяжении нескольких часов, пока не получал желаемый ответ, обычно что-то типа: «Да! Да! Это я сделал! Я! А теперь скажите, что именно я сделал?!».

    Особенно хорошо у Детрита получалось вести допросы подозреваемых. У него было три основных вопроса. Первый — прямой («Это ты сделал?»), второй — настаивающий («Ты уверен, что это сделал не ты?») и третий — с подковыркой («Это ведь ты сделал, правда?»). Хотя это были не самые искусные в мире вопросы, талант Детрита состоял в том, что сержант задавал эти вопросы на протяжении нескольких часов, пока не получал желаемый ответ, обычно что-то типа: «Да! Да! Это я сделал! Я! А теперь скажите, что именно я сделал?!».

    — Терри Пратчетт · книга