39 цитат про «проза» — большая подборка

39 цитат про «проза»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   И любишь стихом, а в прозе немею. Ну вот, не могу сказать, Не умею.

   И любишь стихом, а в прозе немею. Ну вот, не могу сказать, Не умею.

   — Владимир Маяковский
2. «

   О чем, скажи, ты так хлопочешь, Куда ты нас зовешь с собой? Какой-то «свет» разлить ты хочешь Над «сном объятою» землей? Мы разве спим? Прочти газеты: Что новый день — то шаг вперед. Куда ж вы тащите, поэты, Своими песнями народ?

   О чем, скажи, ты так хлопочешь, Куда ты нас зовешь с собой? Какой-то «свет» разлить ты хочешь Над «сном объятою» землей? Мы разве спим? Прочти газеты: Что новый день — то шаг вперед. Куда ж вы тащите, поэты, Своими песнями народ?

   — Семён Яковлевич Надсон
3. «

   В иной прозе так мало мысли, что хочется заставить автора переложить ее на стихи.

   В иной прозе так мало мысли, что хочется заставить автора переложить ее на стихи.

   — Авессалом Подводный · книга
4. «

   Только поэзия может передать тончайшие оттенки душевных переживаний. Проза в этом отношении груба и неповоротлива, как крестьянская колымага в сравнении с изящным кабриолетом.

   Только поэзия может передать тончайшие оттенки душевных переживаний. Проза в этом отношении груба и неповоротлива, как крестьянская колымага в сравнении с изящным кабриолетом.

   — Наталья Солнцева · книга
5. «

   Прозу я писал сам, а стихи — так мне всегда казалось — под чью-то диктовку.

   Прозу я писал сам, а стихи — так мне всегда казалось — под чью-то диктовку.

   — Владимир Солоухин · книга
6. «

   В писательстве важна не столько оригинальная идея, сколько её оригинальное воплощение.

   В писательстве важна не столько оригинальная идея, сколько её оригинальное воплощение.

   — Аристарх Ромашин
7. «

   Сегодня не воскресенье. Сегодня не детство. Мы больше не дети. И смех более — маска.

   Сегодня не воскресенье. Сегодня не детство. Мы больше не дети. И смех более — маска.
8. «

   Трагедия — она в другом чем-то. Она есть вообще в том, что ты родился… и в том, что ты талдычишь в рифму. Потому что ты не пишешь прозу, а ты пишешь в рифму. А почему ты пишешь в рифму? Это трагедия. Это трагедия, что ты не можешь писать. Вот просто писать, сесть и писать. Вот и всё. А зачем мне ещё какие-то трагедии? Вот говорят: поэту нужна трагедия. Трагедия поэта в том, что он поэт. Вот и всё. Больше никаких трагедий у него не должно быть.

   Трагедия — она в другом чем-то. Она есть вообще в том, что ты родился… и в том, что ты талдычишь в рифму. Потому что ты не пишешь прозу, а ты пишешь в рифму. А почему ты пишешь в рифму? Это трагедия. Это трагедия, что ты не можешь писать. Вот просто писать, сесть и писать. Вот и всё. А зачем мне ещё какие-то трагедии? Вот говорят: поэту нужна трагедия. Трагедия поэта в том, что он поэт. Вот и всё. Больше никаких трагедий у него не должно быть.

   — Борис Рыжий
9. «

   Поэт, начинающий писать прозой, подобен кондитеру, решившему сварить борщ, — сахару обязательно переложит.

   Поэт, начинающий писать прозой, подобен кондитеру, решившему сварить борщ, — сахару обязательно переложит.

   — Авессалом Подводный · книга
10. «

    В фильме «Криминальное чтиво» подруга одного из главных героев недоумевает, почему маленький животик может быть так приятен владельцу и так осуждаться в обществе. Я её понимаю. Ничего страшного, если у ваших текстов есть небольшой животик. Нет ничего страшного в предложениях с округлостями. Не обязательно, чтобы проза была плоской, жёсткой, рифлёной, как стиральная доска — как нас учат в школе. Нас учат писать так же, как качают пресс. Но писательство бывает приятнее этого. Писательство бывает житейским.

    В фильме «Криминальное чтиво» подруга одного из главных героев недоумевает, почему маленький животик может быть так приятен владельцу и так осуждаться в обществе. Я её понимаю. Ничего страшного, если у ваших текстов есть небольшой животик. Нет ничего страшного в предложениях с округлостями. Не обязательно, чтобы проза была плоской, жёсткой, рифлёной, как стиральная доска — как нас учат в школе. Нас учат писать так же, как качают пресс. Но писательство бывает приятнее этого. Писательство бывает житейским.

    — Джулия Кэмерон · книга
11. «

    Не читайте стихи как прозу. Поэзия — не информация. Информация стихотворения заключена в его мелодии.

    Не читайте стихи как прозу. Поэзия — не информация. Информация стихотворения заключена в его мелодии.

    — Иосиф Александрович Бродский
12. «

    Поэзия говорит больше, чем проза, при помощи меньшего количества слов.

    Поэзия говорит больше, чем проза, при помощи меньшего количества слов.

    — Вольтер (Франсуа-Мари Аруэ)
13. «

    Поэзия говорит слишком много слишком быстро, проза говорит слишком мало слишком долго.

    Поэзия говорит слишком много слишком быстро, проза говорит слишком мало слишком долго.

    — Чарльз Буковски · книга
14. «

    Если выжать из его прозы всю воду, то в сухом остатке останутся, увы, лишь непечатные выражения.

    Если выжать из его прозы всю воду, то в сухом остатке останутся, увы, лишь непечатные выражения.

    — Авессалом Подводный · книга
15. «

    Толстой удивляет, Достоевский трогает. Каждое произведение Толстого есть здание. Что бы ни писал или даже ни начинал он писать («отрывки», «начала») — он строит. Везде молот, отвес, мера, план, «задуманное и решенное». Уже от начала всякое его произведение есть, в сущности, до конца построенное. И во всём этом нет стрелы (в сущности, нет сердца). Достоевский — всадник в пустыне, с одним колчаном стрел. И капает кровь, куда попадает его стрела. Достоевский дорог человеку. Вот «дорогого»-то ничего нет в Толстом. Вечно «убеждает», ну и пусть за ним следуют «убеждённые». Из «убеждений» вообще ничего не выходит, кроме стоп бумаги и собирающих эту бумагу, библиотеки, магазина, газетного спора и, в полном случае, металлического памятника. А Достоевский живёт в нас. Его музыка никогда не умрёт.

    Толстой удивляет, Достоевский трогает. Каждое произведение Толстого есть здание. Что бы ни писал или даже ни начинал он писать («отрывки», «начала») — он строит. Везде молот, отвес, мера, план, «задуманное и решенное». Уже от начала всякое его произведение есть, в сущности, до конца построенное. И во всём этом нет стрелы (в сущности, нет сердца). Достоевский — всадник в пустыне, с одним колчаном стрел. И капает кровь, куда попадает его стрела. Достоевский дорог человеку. Вот «дорогого»-то ничего нет в Толстом. Вечно «убеждает», ну и пусть за ним следуют «убеждённые». Из «убеждений» вообще ничего не выходит, кроме стоп бумаги и собирающих эту бумагу, библиотеки, магазина, газетного спора и, в полном случае, металлического памятника. А Достоевский живёт в нас. Его музыка никогда не умрёт.

    — Василий Розанов · книга
16. «

    Загоняв себя, как Макар телят, И колпак шута заработав, Я открыл в себе лишь один, но большой талант - Я умею злить идиотов. <...> Я не знаю, чем посягаю на их оплот И с чего представляю для них угрозу. А писанье — продукт побочный, типа как мёд. Если каждый день на тебя орет идиот, Поневоле начнешь писать стихи или прозу.

    Загоняв себя, как Макар телят, И колпак шута заработав, Я открыл в себе лишь один, но большой талант - Я умею злить идиотов. <...> Я не знаю, чем посягаю на их оплот И с чего представляю для них угрозу. А писанье — продукт побочный, типа как мёд. Если каждый день на тебя орет идиот, Поневоле начнешь писать стихи или прозу.

    — Дмитрий Львович Быков
17. «

    В конце концов, скука — наиболее распространенная черта существования, и можно только удивляться, почему она столь мало попаслась в прозе 19-го века, столь склонной к реализму.

    В конце концов, скука — наиболее распространенная черта существования, и можно только удивляться, почему она столь мало попаслась в прозе 19-го века, столь склонной к реализму.

    — Иосиф Александрович Бродский
18. «

    Писатель оставляет после себя не то, что он хотел написать, а то, что он написал.

    Писатель оставляет после себя не то, что он хотел написать, а то, что он написал.

    — Аристарх Ромашин
19. «

    Поэзия дитя тяжелых времен, дитя великих перемен, а не высосанной из пальца муки, поэзия дается через боль на каждом выдохе, поэзия убивает. Проза жизни, вот наш удел.

    Поэзия дитя тяжелых времен, дитя великих перемен, а не высосанной из пальца муки, поэзия дается через боль на каждом выдохе, поэзия убивает. Проза жизни, вот наш удел.

    — Аль Квотион · книга
20. «

    Доныне гордый наш язык К почтовой прозе не привык.

    Доныне гордый наш язык К почтовой прозе не привык.

    — Александр Сергеевич Пушкин · книга