62 цитаты «психиатрия» — что говорили умные люди

62 цитаты про «психиатрия»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Я помню Синие бахилы Белые халаты Нас в больнице двое Я и психиатр....

   Я помню Синие бахилы Белые халаты Нас в больнице двое Я и психиатр....
2. «

   Сексуальная революция пожирает наших детей. Статистика абортов, разводов, падения рождаемости, неполных семей, самоубийств среди подростков, криминализации школ, наркомании, педофилии, рукоприкладства в браке, тяжких преступлений, заболеваемости раком, внебрачного сожительства и падения образованности показывает, насколько глубок кризис в обществе, пораженном культурной революцией. Пустые детские и битком набитые приемные психоаналитиков свидетельствуют о том, что у нас далеко не всё в порядке. И, распространяясь, эта зараза тащит в могилу всю нашу цивилизацию.

   Сексуальная революция пожирает наших детей. Статистика абортов, разводов, падения рождаемости, неполных семей, самоубийств среди подростков, криминализации школ, наркомании, педофилии, рукоприкладства в браке, тяжких преступлений, заболеваемости раком, внебрачного сожительства и падения образованности показывает, насколько глубок кризис в обществе, пораженном культурной революцией. Пустые детские и битком набитые приемные психоаналитиков свидетельствуют о том, что у нас далеко не всё в порядке. И, распространяясь, эта зараза тащит в могилу всю нашу цивилизацию.

   — Патрик Бьюкенен · книга
3. «

   Психиатрия — новая религия: мы решаем, что правильно, что нет, определяем, кто псих, а кто нет.

   Психиатрия — новая религия: мы решаем, что правильно, что нет, определяем, кто псих, а кто нет.

   — Кэтрин Рэйли · фильм
4. «

   Ему была достаточно хорошо известна сама атмосфера, царящая в заведениях для душевнобольных: обязательные, если не насильственные лечебные процедуры, унизительное обращение с пациентами, безразличие врачей, чувство загнанности и тоски в каждом, кто понимает, где он находится.

   Ему была достаточно хорошо известна сама атмосфера, царящая в заведениях для душевнобольных: обязательные, если не насильственные лечебные процедуры, унизительное обращение с пациентами, безразличие врачей, чувство загнанности и тоски в каждом, кто понимает, где он находится.

   — Пауло Коэльо · книга
5. «

   Она была лучшим психиатром в этой области, — или же шлюхой, которая трахается с твоим мозгом.

   Она была лучшим психиатром в этой области, — или же шлюхой, которая трахается с твоим мозгом.

   — Чак Паланик · книга
6. «

   Сегодня, расписываясь на бланке, я словно впервые увидел свою фамилию, как будто не узнал её. День, год рождения — всё показалось мне непривычным, непостижимым, совершенно не относящимся к моему я. Психиатры называют это чувством отчуждения. Если говорить о лице, то мне часто приходится делать усилие, чтобы понять, кто это, — и с трудом, с неприязнью приладиться к себе.

   Сегодня, расписываясь на бланке, я словно впервые увидел свою фамилию, как будто не узнал её. День, год рождения — всё показалось мне непривычным, непостижимым, совершенно не относящимся к моему я. Психиатры называют это чувством отчуждения. Если говорить о лице, то мне часто приходится делать усилие, чтобы понять, кто это, — и с трудом, с неприязнью приладиться к себе.

   — Эмиль Мишель Чоран (Сьоран) · книга
7. «

   Здравствуйте, меня зовут доктор Хаус! И давно вы уже психопатка?

   Здравствуйте, меня зовут доктор Хаус! И давно вы уже психопатка?

   — Доктор Грегори Хаус · сериал
8. «

   Ни один мужчина не может быть героем для психиатра его жены.

   Ни один мужчина не может быть героем для психиатра его жены.

   — Эрик Берн
9. «

   Пациентка «заявляет, что она Швейцария, потому что хочет быть свободной».

   Пациентка «заявляет, что она Швейцария, потому что хочет быть свободной».

   — Эйген Блейлер
10. «

    Дожди ушли... По утрам стелется туман, как огромное перистое облако. Не виден дом напротив, окна окутаны паром, деревья как ватные. Все вокруг — мягкое, плюшевое, невесомое. Люблю такие утра. Безветрие, тишина, ощущение сказки. Сегодня Сократ разбудил в пять утра, что-то пытался сказать, затем снова свернулся клубком и заснул. Наверное, он хотел шепнуть о том, как славно пребывать в праздности и покое. Я и сам это знаю. Без подсказок доморощенных философов. Праздность многому научила. Труду, в том числе. Парадокс? Нисколько. Попробуйте провести в одиночестве и праздности хотя бы двадцать один день. Время карантина. Если вы не решитесь к концу второй недели покончить собой от открывшейся бездны, значит, начнете новое существование. Ничто так не испытывает человека, как свобода. Одно дело — подчиняться условностям, понуждать себя к труду, как к повинности, другое дело — реализовывать желания своего сердца. Но прежде — мучительное возвращение к своему настоящему «я». Ломка всего трехсоставного существа человеческого. Муки ослабевают к двадцать первому дню. Почему? Говорят, что происходит обновление кровяного состава. А там, где кровь, там и дух. Испытание не из легких. Порой, на сутки останешься без привычных суетных удовольствий, и тут же лихорадочно нащупываешь кнопку, с помощью которой хочется поскорее убежать от себя, своей самости. Шум комфортен потому, что позволяет не вслушиваться в тишину. Что там прозвучит от небесного колокола? А ну, как что-нибудь страшное? Бежим от себя, не хотим остановиться, передохнуть. Боимся остаться наедине со свободой. С рождения попадаем в рабство условностей. А потом не выносим свободы. (Психологиня и психопат)

    Дожди ушли... По утрам стелется туман, как огромное перистое облако. Не виден дом напротив, окна окутаны паром, деревья как ватные. Все вокруг — мягкое, плюшевое, невесомое. Люблю такие утра. Безветрие, тишина, ощущение сказки. Сегодня Сократ разбудил в пять утра, что-то пытался сказать, затем снова свернулся клубком и заснул. Наверное, он хотел шепнуть о том, как славно пребывать в праздности и покое. Я и сам это знаю. Без подсказок доморощенных философов. Праздность многому научила. Труду, в том числе. Парадокс? Нисколько. Попробуйте провести в одиночестве и праздности хотя бы двадцать один день. Время карантина. Если вы не решитесь к концу второй недели покончить собой от открывшейся бездны, значит, начнете новое существование. Ничто так не испытывает человека, как свобода. Одно дело — подчиняться условностям, понуждать себя к труду, как к повинности, другое дело — реализовывать желания своего сердца. Но прежде — мучительное возвращение к своему настоящему «я». Ломка всего трехсоставного существа человеческого. Муки ослабевают к двадцать первому дню. Почему? Говорят, что происходит обновление кровяного состава. А там, где кровь, там и дух. Испытание не из легких. Порой, на сутки останешься без привычных суетных удовольствий, и тут же лихорадочно нащупываешь кнопку, с помощью которой хочется поскорее убежать от себя, своей самости. Шум комфортен потому, что позволяет не вслушиваться в тишину. Что там прозвучит от небесного колокола? А ну, как что-нибудь страшное? Бежим от себя, не хотим остановиться, передохнуть. Боимся остаться наедине со свободой. С рождения попадаем в рабство условностей. А потом не выносим свободы. (Психологиня и психопат)

    — Юрий Меркеев · книга
11. «

    — Мы отличаемся от других заведений социальным статусом наших пациентов — все из лучших семейств Европы. Вот, например, Теренс — наследник крупнейшего железнодорожного состояния на континенте. — А какова природа его расстройства? — Страдает полным отсутствием интереса к поездам. — И родня его упрятала?

    — Мы отличаемся от других заведений социальным статусом наших пациентов — все из лучших семейств Европы. Вот, например, Теренс — наследник крупнейшего железнодорожного состояния на континенте. — А какова природа его расстройства? — Страдает полным отсутствием интереса к поездам. — И родня его упрятала?

    — Сайлас Лэмб · фильм
12. «

    Здесь, как и повсюду, нет ничего, кроме мерзости, посредственности, отвратительного обращения и наркотиков в лошадиных дозах. Психиатрия — одно из величайших мошенничеств двадцатого века. Посмотрите, какими медикаментами здесь пользуются, хотя даже не знают, как они действуют! Большинство лекарств взято наудачу из других отраслей медицины!

    Здесь, как и повсюду, нет ничего, кроме мерзости, посредственности, отвратительного обращения и наркотиков в лошадиных дозах. Психиатрия — одно из величайших мошенничеств двадцатого века. Посмотрите, какими медикаментами здесь пользуются, хотя даже не знают, как они действуют! Большинство лекарств взято наудачу из других отраслей медицины!

    — Бернар Миньер · книга
13. «

    — Психиатрия и есть отрицание — вы заставляете людей поверить, что они могут справиться с собственной жизнью. Никто не может справиться.

    — Психиатрия и есть отрицание — вы заставляете людей поверить, что они могут справиться с собственной жизнью. Никто не может справиться.
14. «

    Психи везде. Психи на каждом шагу. Сейчас сложнее найти нормального человека, не имеющего отклонений. Ткни в любого на улице, и у него сто процентов найдется какой-то нехуевый заеб, которым он дрочит окружающих.

    Психи везде. Психи на каждом шагу. Сейчас сложнее найти нормального человека, не имеющего отклонений. Ткни в любого на улице, и у него сто процентов найдется какой-то нехуевый заеб, которым он дрочит окружающих.

    — Виталий Штольман · книга
15. «

    Да, легко не будет, я ведь с самого детства с экспертами не разговаривал. В то время я ещё говорил им правду и не понимал, какой вред может принести откровенность. Зато теперь понимаю.

    Да, легко не будет, я ведь с самого детства с экспертами не разговаривал. В то время я ещё говорил им правду и не понимал, какой вред может принести откровенность. Зато теперь понимаю.

    — Крэг Клевенджер · книга
16. «

    На улицу не пускают, сегодня ко мне никто не придет. Вместо этого с высокой вероятностью лечащий, то бишь наблюдающий, врач, которая опять, чёрт её побери, дежурит в субботу, вызовет меня для «разговора по душам». Как не показать ей, в какой астрал я вчера ушла? Не дать прочесть на лице ничего про тёмно-голубые, уходящие вверх ямы, закручивающие тела в острые зелёные искры? Эдак можно и до комиссии не дотянуть. «Я сошла с ума, какая досада!», как говорила Раневская. Надо позаниматься немецкой грамматикой. А вдруг это тоже признак душевного нездоровья?

    На улицу не пускают, сегодня ко мне никто не придет. Вместо этого с высокой вероятностью лечащий, то бишь наблюдающий, врач, которая опять, чёрт её побери, дежурит в субботу, вызовет меня для «разговора по душам». Как не показать ей, в какой астрал я вчера ушла? Не дать прочесть на лице ничего про тёмно-голубые, уходящие вверх ямы, закручивающие тела в острые зелёные искры? Эдак можно и до комиссии не дотянуть. «Я сошла с ума, какая досада!», как говорила Раневская. Надо позаниматься немецкой грамматикой. А вдруг это тоже признак душевного нездоровья?

    — Елена Котова · книга
17. «

    Психиатрия выделяет три основных типа психических отклонений – психоз, невроз и асоциальное поведение.

    Психиатрия выделяет три основных типа психических отклонений – психоз, невроз и асоциальное поведение.

    — Майкл Слэйд · книга
18. «

    В мире нет лучшего психиатра, нежели щенок, облизывающий вам лицо.

    В мире нет лучшего психиатра, нежели щенок, облизывающий вам лицо.

    — Джин Хилл
19. «

    Друзья мои, открывается клуб сумасшедших. Вписка по пригласительным!

    Друзья мои, открывается клуб сумасшедших. Вписка по пригласительным!
20. «

    Сколько нужно психиатров, чтобы поменять лампочку? Один, но лампочка должна хотеть поменяться.

    Сколько нужно психиатров, чтобы поменять лампочку? Один, но лампочка должна хотеть поменяться.