35 цитат про «пустыня», которые захочется сохранить

Тема «пустыня» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 35 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Нас, девушек из песков, не так просто сжить со свету.

   Нас, девушек из песков, не так просто сжить со свету.

   — Элвин Гамильтон · книга
2. «

   Пустыня уводит наших мужчин и не всегда возвращает. Мы знаем это и мы к этому привыкли. Хотя они не возвращаются, но они всегда с нами: они облака, не проливающиеся дождем, звери, прячущиеся меж камней, вода, которую, как милость, дарит нам земля. Они становятся частью всего... Они вливаются в Душу Мира.

   Пустыня уводит наших мужчин и не всегда возвращает. Мы знаем это и мы к этому привыкли. Хотя они не возвращаются, но они всегда с нами: они облака, не проливающиеся дождем, звери, прячущиеся меж камней, вода, которую, как милость, дарит нам земля. Они становятся частью всего... Они вливаются в Душу Мира.

   — Пауло Коэльо · книга
3. «

   Бывает, идёшь по пустыне, просто уже изнемогаешь от жары, пота и жажды. И вдруг видишь колодец, думаешь: «Наконец-то! Источник!». Падаешь, ползёшь к нему… а там нет колодца. Мираж.

   Бывает, идёшь по пустыне, просто уже изнемогаешь от жары, пота и жажды. И вдруг видишь колодец, думаешь: «Наконец-то! Источник!». Падаешь, ползёшь к нему… а там нет колодца. Мираж.

   — Юрий Ильичёв · книга
4. «

   Песчаное море поражало своей бесконечностью и непрестанным движением, а кочевники укрощали пески, как дикого зверя, в то же время испытывая благоговейный ужас, как перед жестоким тираном.

   Песчаное море поражало своей бесконечностью и непрестанным движением, а кочевники укрощали пески, как дикого зверя, в то же время испытывая благоговейный ужас, как перед жестоким тираном.

   — Элвин Гамильтон · книга
5. «

   Живя в песках, привыкаешь к жару.

   Живя в песках, привыкаешь к жару.

   — Элвин Гамильтон · книга
6. «

   Если долго стоять в пустыне, пустыня заговорит с тобой и откроет истину.

   Если долго стоять в пустыне, пустыня заговорит с тобой и откроет истину.

   — Энджела Монтенегро · сериал
7. «

   Вор из Кабула проверял крепость моего намерения. — Думаешь, ты в джунглях натерпелся страху? Нет, вот где будет страшно. Джинны — существа из мира бескрайних песков. Вызвать на битву их можно только в пустыне. Ты должен превратить свою жизнь в пустыню.

   Вор из Кабула проверял крепость моего намерения. — Думаешь, ты в джунглях натерпелся страху? Нет, вот где будет страшно. Джинны — существа из мира бескрайних песков. Вызвать на битву их можно только в пустыне. Ты должен превратить свою жизнь в пустыню.

   — Мария Фариса · книга
8. «

   Мы всегда старались быть бодрыми и смотреть в будущее с надеждой. Никто не сидел у костра, хныкая и вздыхая, никто не предлагал: «Давайте поговорим о смерти». Жизнь в пустыне тяжела, и чтобы просто выжить, нам необходимо было напрягать все силы, а уныние отбирало эти силы.

   Мы всегда старались быть бодрыми и смотреть в будущее с надеждой. Никто не сидел у костра, хныкая и вздыхая, никто не предлагал: «Давайте поговорим о смерти». Жизнь в пустыне тяжела, и чтобы просто выжить, нам необходимо было напрягать все силы, а уныние отбирало эти силы.

   — Уорис Дири · книга
9. «

   Ни ручейка, ни болотца, кругом выжженная пустыня; иссохшие пресмыкающиеся светились среди камней; насекомые наполняли воздух беспокойным трепетанием, они летали, вычерчивая медные, нефритовые, перламутровые спирали, они впивались в кожу воинов и кололи их своими острыми хоботками.

   Ни ручейка, ни болотца, кругом выжженная пустыня; иссохшие пресмыкающиеся светились среди камней; насекомые наполняли воздух беспокойным трепетанием, они летали, вычерчивая медные, нефритовые, перламутровые спирали, они впивались в кожу воинов и кололи их своими острыми хоботками.

   — Жозеф Анри Рони-Старший · книга
10. «

    Горячее солнце, горячий песок, Горячие губы, воды бы глоток В горячей пустыне не видно следа, Скажи, караванщик, когда же вода?

    Горячее солнце, горячий песок, Горячие губы, воды бы глоток В горячей пустыне не видно следа, Скажи, караванщик, когда же вода?
11. «

    До самого горизонта одни океаны песков, Тонкое марево рвется шелком иных миров, По скользкому следу кобры с бархана и на бархан - Пустыня хранит молчанье тысячелетних ран...

    До самого горизонта одни океаны песков, Тонкое марево рвется шелком иных миров, По скользкому следу кобры с бархана и на бархан - Пустыня хранит молчанье тысячелетних ран...

    — Франц Вертфоллен
12. «

    Никто не знает, как часто рука Бога видна в пустыне, что бродит для жизни человека.

    Никто не знает, как часто рука Бога видна в пустыне, что бродит для жизни человека.

    — Томас Коул
13. «

    Я родилась в пустыне, и мы с ней были одним целым.

    Я родилась в пустыне, и мы с ней были одним целым.

    — Элвин Гамильтон · книга
14. «

    Когда мы заселим пустыни, исчезнут оазисы.

    Когда мы заселим пустыни, исчезнут оазисы.

    — Станислав Ежи Лец · книга
15. «

    Чай был с козьим молоком и солью. София сделала глоток и поморщилась. — Такой пьют в пустыне, где живут люди-тени, — пояснил хозяин. — Это где такая? — Она рядом, я там был с божьего благословения. Своих любимчиков Творец отводит в эту пустыню и растягивает между молотом одиночества и наковальней воспоминаний, чтобы с каждым ударом приближать нас к разгадке, для чего мы здесь, и что нас водит по кругу.

    Чай был с козьим молоком и солью. София сделала глоток и поморщилась. — Такой пьют в пустыне, где живут люди-тени, — пояснил хозяин. — Это где такая? — Она рядом, я там был с божьего благословения. Своих любимчиков Творец отводит в эту пустыню и растягивает между молотом одиночества и наковальней воспоминаний, чтобы с каждым ударом приближать нас к разгадке, для чего мы здесь, и что нас водит по кругу.

    — Мария Фариса · книга
16. «

    Меня всегда тянуло в пустыню. К её горячему ветру и открытым просторам. Но главным образом мне надоела жизнь в городе. Её однообразие. Мои бесконечные вялые попытки то работать, то учиться. И мне осточертело болезненное безволие, поразившее людей моего поколения, моего пола и моего класса.

    Меня всегда тянуло в пустыню. К её горячему ветру и открытым просторам. Но главным образом мне надоела жизнь в городе. Её однообразие. Мои бесконечные вялые попытки то работать, то учиться. И мне осточертело болезненное безволие, поразившее людей моего поколения, моего пола и моего класса.

    — Робин Дэвидсон · фильм
17. «

    Пустыня въедается и в кожу, и в душу.

    Пустыня въедается и в кожу, и в душу.

    — Элвин Гамильтон · книга
18. «

    Если в моей пустыне слишком много колодцев, пусть Господь наведёт порядок, уничтожив лишние. Силовые линии должны тяготеть над тобой, напрягать, направлять, толкать вверх и вперёд, всякий раз они будут явлены тебе как некие обстоятельства, отнюдь не всегда благоприятные, но не оценивай! Их языка ты ещё не постиг. А я, пытаясь объяснить тебе суть этого языка, рассказал тебе о пустыне, о пути от колодца к колодцу. Так не уповай на чудесный остров, похожий на запасённое впрок благо, блага в нём не больше, чем в обильной жатве деревянных кеглей. Ты на нём превратишься в сонного вола. Сейчас сокровища твоего острова кажутся тебе нетленными, но как скоро ты перестанешь их замечать! И чтобы сделать их опять сокровищами, мне придётся придумать для тебя пустыню, натянуть силовые линии, сотворить картину, драгоценную своей цельностью и чуждую вещественности. Если я захочу сберечь для тебя твой остров, я подарю тебе уклад жизни, в которой он будет главным сокровищем.

    Если в моей пустыне слишком много колодцев, пусть Господь наведёт порядок, уничтожив лишние. Силовые линии должны тяготеть над тобой, напрягать, направлять, толкать вверх и вперёд, всякий раз они будут явлены тебе как некие обстоятельства, отнюдь не всегда благоприятные, но не оценивай! Их языка ты ещё не постиг. А я, пытаясь объяснить тебе суть этого языка, рассказал тебе о пустыне, о пути от колодца к колодцу. Так не уповай на чудесный остров, похожий на запасённое впрок благо, блага в нём не больше, чем в обильной жатве деревянных кеглей. Ты на нём превратишься в сонного вола. Сейчас сокровища твоего острова кажутся тебе нетленными, но как скоро ты перестанешь их замечать! И чтобы сделать их опять сокровищами, мне придётся придумать для тебя пустыню, натянуть силовые линии, сотворить картину, драгоценную своей цельностью и чуждую вещественности. Если я захочу сберечь для тебя твой остров, я подарю тебе уклад жизни, в которой он будет главным сокровищем.

    — Антуан де Сент-Экзюпери · книга
19. «

    Он не представлял себе любовь без обладания, но Фатима родилась в пустыне, и если что-то и может научить его этому, то лишь пустыня.

    Он не представлял себе любовь без обладания, но Фатима родилась в пустыне, и если что-то и может научить его этому, то лишь пустыня.

    — Пауло Коэльо · книга
20. «

    Мой любимый анекдот: два человека умирают от жажды в пустыне и вдруг видят магазин. Заходят: «Воды, воды», а продавец говорит: «Воды нет, только галстуки». Идут дальше и вдруг видят бар. Вбегают, просят воды, а бармен им говорит: «Мы не подаем людям без галстука».

    Мой любимый анекдот: два человека умирают от жажды в пустыне и вдруг видят магазин. Заходят: «Воды, воды», а продавец говорит: «Воды нет, только галстуки». Идут дальше и вдруг видят бар. Вбегают, просят воды, а бармен им говорит: «Мы не подаем людям без галстука».

    — Жан Рено