591 фраза, которые всё говорят о «путешествия»

Собрали 591 цитата на тему «путешествия» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   Можно сколько угодно носиться по свету и посещать всякие города, но главное — отправиться потом туда, где у тебя будет возможность вспомнить ту кучу вещей, которые ты повидал. Ты нигде не побываешь по-настоящему, пока не вернешься домой.

   Можно сколько угодно носиться по свету и посещать всякие города, но главное — отправиться потом туда, где у тебя будет возможность вспомнить ту кучу вещей, которые ты повидал. Ты нигде не побываешь по-настоящему, пока не вернешься домой.

   — Терри Пратчетт · книга
2. «

   Перед ней вспыхнули далёкие вечера, в которых она с упоением читала про драконов и высокие водопады; про горы, которые таят бирюзу под снегами; про истоптанную многими ногами дорогу с юга на север; про жемчужный песок под тонкими пальмами; про факиров и шарлатанов; про прелесть дикой, опасной жизни. Спрашивала себя: «Неужели так правда бывает? Неужели можно жить так свободно, красиво?» Но потом закрывала книгу — дверь в мир, о котором мечтала. Возвращалась в мир предсказуемый и серьёзный.

   Перед ней вспыхнули далёкие вечера, в которых она с упоением читала про драконов и высокие водопады; про горы, которые таят бирюзу под снегами; про истоптанную многими ногами дорогу с юга на север; про жемчужный песок под тонкими пальмами; про факиров и шарлатанов; про прелесть дикой, опасной жизни. Спрашивала себя: «Неужели так правда бывает? Неужели можно жить так свободно, красиво?» Но потом закрывала книгу — дверь в мир, о котором мечтала. Возвращалась в мир предсказуемый и серьёзный.

   — Мария Фариса · книга
3. «

   Важно путешествие, а не то, куда ты идёшь.

   Важно путешествие, а не то, куда ты идёшь.
4. «

   Ваган не написал ей ни одного письма. Вести от него приносили странники: цыгане, торговцы, циркачи, бродяги и собиратели сказок. Ваган каждому встречному путнику говорил: «Передайте Майре, что она моё солнце. Я даже вдалеке греюсь её лучами». Слова как монеты переходили от одного к другому, иногда попадали к скупцам, которые прятали их под землю. «Скажите Майре, что она всегда будет моим Захиром, моей Психеей и моим Сфинксом». Когда кончились деньги, Ваган отрывал позолоченные пуговицы от мундира и вместе с посланием жене отдавал скитальцам. В каждом оазисе женщины пустыни пришивали ему новые пуговицы ― погонщики караванов срезали их с покойников и горстями приносили в оазис. Бедуинки оставляли себе те, что с блестящими камешками. Остальные ― с орлами, звёздами, клятвами — пришивали на кафтаны гостей, пока те в мужских шатрах расплачивались за ночлег историями и новостями.

   Ваган не написал ей ни одного письма. Вести от него приносили странники: цыгане, торговцы, циркачи, бродяги и собиратели сказок. Ваган каждому встречному путнику говорил: «Передайте Майре, что она моё солнце. Я даже вдалеке греюсь её лучами». Слова как монеты переходили от одного к другому, иногда попадали к скупцам, которые прятали их под землю. «Скажите Майре, что она всегда будет моим Захиром, моей Психеей и моим Сфинксом». Когда кончились деньги, Ваган отрывал позолоченные пуговицы от мундира и вместе с посланием жене отдавал скитальцам. В каждом оазисе женщины пустыни пришивали ему новые пуговицы ― погонщики караванов срезали их с покойников и горстями приносили в оазис. Бедуинки оставляли себе те, что с блестящими камешками. Остальные ― с орлами, звёздами, клятвами — пришивали на кафтаны гостей, пока те в мужских шатрах расплачивались за ночлег историями и новостями.

   — Сказки для беспокойных · книга
5. «

   Нам подскажи, гроза, что положить в рюкзак В нём самым ценным, честно, будет свободное место Страстно любить нельзя всё, что с собой не взять Строить мы здесь должны счастье передвижным

   Нам подскажи, гроза, что положить в рюкзак В нём самым ценным, честно, будет свободное место Страстно любить нельзя всё, что с собой не взять Строить мы здесь должны счастье передвижным
6. «

   Духи и люди вовлечены в бесконечное путешествие.

   Духи и люди вовлечены в бесконечное путешествие.

   — Томагавк(T.Hawk) · игра
7. «

   Я бы и сам от себя с радостью сбежал, с одной зубной щеткой и сменой белья за пазухой, но сей трюк был неосуществим по техническим причинам.

   Я бы и сам от себя с радостью сбежал, с одной зубной щеткой и сменой белья за пазухой, но сей трюк был неосуществим по техническим причинам.

   — Макс Фрай · книга
8. «

   Как же мне пережить миллионы и миллионы одинаковых дней, двух зеркал, бесконечно отражающихся друг в друге? Я составляю план. Перестану ходить в школу, угоню машину и каждый день буду мчаться в новом направлении далеко-далеко. На восток, запад, север и юг. Я представляю, как поеду так далеко и так быстро, что оторвусь от земли, подобно аэроплану, и взлечу вверх, туда, где время утекает прочь, словно песок, уносимый ветром.

   Как же мне пережить миллионы и миллионы одинаковых дней, двух зеркал, бесконечно отражающихся друг в друге? Я составляю план. Перестану ходить в школу, угоню машину и каждый день буду мчаться в новом направлении далеко-далеко. На восток, запад, север и юг. Я представляю, как поеду так далеко и так быстро, что оторвусь от земли, подобно аэроплану, и взлечу вверх, туда, где время утекает прочь, словно песок, уносимый ветром.

   — Лорен Оливер · книга
9. «

   Да, иногда можно и попутешествовать, но нельзя бродить по миру вечно. Даже тебя наверняка кто-нибудь ждет дома.

   Да, иногда можно и попутешествовать, но нельзя бродить по миру вечно. Даже тебя наверняка кто-нибудь ждет дома.

   — Кузнец Лениграст · игра
10. «

    Протягивая мне руку, смерть касается моего лба теперь. Холодно. Очень холодно. Мерзнет тело мое, душа да сердце. Я возвысилась на семь слоев над землей, о полоса. Услышьте меня. Смотрите, знайте меня! Я — Великолепная Валиде, Матерь всех правоверных, Обладательница званий, Старшая Валиде, Убитая Валиде Кёсем Султан! Прошел освежающий дождь, сладкая теплота весны, аромат цветущих веток. Погас свет... Покинула... Я покинула шестидверный дом мира. Ни справа, ни слева, ни спереди, ни сзади, ни снизу, ни сверху... Закрылись все двери. Предо мной целое неизведанное путешествие...

    Протягивая мне руку, смерть касается моего лба теперь. Холодно. Очень холодно. Мерзнет тело мое, душа да сердце. Я возвысилась на семь слоев над землей, о полоса. Услышьте меня. Смотрите, знайте меня! Я — Великолепная Валиде, Матерь всех правоверных, Обладательница званий, Старшая Валиде, Убитая Валиде Кёсем Султан! Прошел освежающий дождь, сладкая теплота весны, аромат цветущих веток. Погас свет... Покинула... Я покинула шестидверный дом мира. Ни справа, ни слева, ни спереди, ни сзади, ни снизу, ни сверху... Закрылись все двери. Предо мной целое неизведанное путешествие...

    — Кёсем Султан · сериал
11. «

    Не важно, куда мы пойдём. Пункт назначения не важен. Важно само путешествие.

    Не важно, куда мы пойдём. Пункт назначения не важен. Важно само путешествие.

    — Крея · игра
12. «

    Мы как-то раньше умели быть более счастливыми. Может быть, от того, что всего было так мало? Какая-то живая жизнь была. А сейчас эта гонка за деньгами, за положением. Такое ощущение, что сейчас все работают, работают, чтобы потом вырваться ненадолго за границу, потратить деньги, опять приехать, работать, работать, работать. Мне не нравится это. Мне не нравится установка на успех, не нравится, что мы проповедуем силу. Я считаю, что проповедовать надо нравственность, доброту, честность, сочувствие.

    Мы как-то раньше умели быть более счастливыми. Может быть, от того, что всего было так мало? Какая-то живая жизнь была. А сейчас эта гонка за деньгами, за положением. Такое ощущение, что сейчас все работают, работают, чтобы потом вырваться ненадолго за границу, потратить деньги, опять приехать, работать, работать, работать. Мне не нравится это. Мне не нравится установка на успех, не нравится, что мы проповедуем силу. Я считаю, что проповедовать надо нравственность, доброту, честность, сочувствие.

    — Вера Васильева
13. «

    В пустыне или в девственных лесах никогда не надо пропускать ни одного события, как бы ни было оно незначительно, полностью не разобравшись в нем. Здесь все имеет важное значение и почти всегда служит предостережением. Любая тайна должна быть разгадана, если ты не желаешь умереть.

    В пустыне или в девственных лесах никогда не надо пропускать ни одного события, как бы ни было оно незначительно, полностью не разобравшись в нем. Здесь все имеет важное значение и почти всегда служит предостережением. Любая тайна должна быть разгадана, если ты не желаешь умереть.

    — Луи Жаколио · книга
14. «

    Вдали от родного языка и близких, лишенные всех наших привычных личин и подпорок (ведь не знаешь даже цены на трамвайный билет), мы целиком на поверхности. Но в то же время, чувствуя себя не в своей тарелке, мы открываем в каждом предмете и в каждом дивом существе их истинную волшебную сущность.

    Вдали от родного языка и близких, лишенные всех наших привычных личин и подпорок (ведь не знаешь даже цены на трамвайный билет), мы целиком на поверхности. Но в то же время, чувствуя себя не в своей тарелке, мы открываем в каждом предмете и в каждом дивом существе их истинную волшебную сущность.

    — Альбер Камю · книга
15. «

    Само путешествие важнее места назначения, ведь каждое препятствие делает тебя сильнее.

    Само путешествие важнее места назначения, ведь каждое препятствие делает тебя сильнее.

    — Екатерина Соболь · книга
16. «

    Меня всегда тянуло в пустыню. К её горячему ветру и открытым просторам. Но главным образом мне надоела жизнь в городе. Её однообразие. Мои бесконечные вялые попытки то работать, то учиться. И мне осточертело болезненное безволие, поразившее людей моего поколения, моего пола и моего класса.

    Меня всегда тянуло в пустыню. К её горячему ветру и открытым просторам. Но главным образом мне надоела жизнь в городе. Её однообразие. Мои бесконечные вялые попытки то работать, то учиться. И мне осточертело болезненное безволие, поразившее людей моего поколения, моего пола и моего класса.

    — Робин Дэвидсон · фильм
17. «

    Ты так долго брела в одиночестве, что поняла: ты и одна можешь выжить. Теперь ты не просишь еды у других, ты смастерила себе лук и стрелы. Заточила копьё, глядишь внимательно, потому всегда цела и сыта. Ты узнала про себя, что, оказывается, ты ловка и метка. Ягуары и пумы прячутся в зарослях, чтобы не столкнуться с тобой на одной тропинке.

    Ты так долго брела в одиночестве, что поняла: ты и одна можешь выжить. Теперь ты не просишь еды у других, ты смастерила себе лук и стрелы. Заточила копьё, глядишь внимательно, потому всегда цела и сыта. Ты узнала про себя, что, оказывается, ты ловка и метка. Ягуары и пумы прячутся в зарослях, чтобы не столкнуться с тобой на одной тропинке.

    — Мария Фариса · книга
18. «

    Покинь свою страну, чтобы успех найти, Пять несомненных благ ты обретешь в пути: Заботы и доход, рассеянье и знанье, И собеседника, с кем время провести. Пусть говорят тебе, что ждут в пути невзгоды, Что трудно боль разлук и грусть перенести: Не забывай, что жизнь средь зависти и злобы Куда страшней, чем смерть, от коей не уйти.

    Покинь свою страну, чтобы успех найти, Пять несомненных благ ты обретешь в пути: Заботы и доход, рассеянье и знанье, И собеседника, с кем время провести. Пусть говорят тебе, что ждут в пути невзгоды, Что трудно боль разлук и грусть перенести: Не забывай, что жизнь средь зависти и злобы Куда страшней, чем смерть, от коей не уйти.

    — Тысяча и одна ночь · книга
19. «

    Если ты куда-то приезжаешь, включай сердце и проживай эти места. Иначе зачем ты здесь?

    Если ты куда-то приезжаешь, включай сердце и проживай эти места. Иначе зачем ты здесь?

    — Франц Вертфоллен
20. «

    Если после двухмесячного одиночного плаванья с вами начал говорить Бог, диктуя вслух утерянные главы Библии, а вы уже почти убедили его разбавить философию капелькой экшена, чтобы было веселее — это не страшно. Страшно, если спасатели опять нагрянут не вовремя и священные тексты вновь окажутся неизвестными людям...

    Если после двухмесячного одиночного плаванья с вами начал говорить Бог, диктуя вслух утерянные главы Библии, а вы уже почти убедили его разбавить философию капелькой экшена, чтобы было веселее — это не страшно. Страшно, если спасатели опять нагрянут не вовремя и священные тексты вновь окажутся неизвестными людям...

    — Андрей Белянин · книга