38 глубоких цитат про «пытки»

Собрали 38 цитат на тему «пытки» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   — Вам надели их [наручники] на свежую рану? — Р-разумеется, ваше преосвященство. Свежие раны для того и существуют. От старых мало проку: они будут только ныть, а не жечь вас, как огнем.

   — Вам надели их [наручники] на свежую рану? — Р-разумеется, ваше преосвященство. Свежие раны для того и существуют. От старых мало проку: они будут только ныть, а не жечь вас, как огнем.

   — Этель Лилиан Войнич · книга
2. «

   — Зара! Я, конечно, понимаю, что ты очень хотела бы срезать с его ступней плоть и отправить его голым в пустыню на смерть. Но ты подумай... — Ты прав.

   — Зара! Я, конечно, понимаю, что ты очень хотела бы срезать с его ступней плоть и отправить его голым в пустыню на смерть. Но ты подумай... — Ты прав.

   — Лоуренс Аравийский · игра
3. «

   Нельзя пытать того, кому нечего терять.

   Нельзя пытать того, кому нечего терять.

   — Люцифер · сериал
4. «

   — Скажи мне, где это место, Аякс. Я всё равно его найду... и ты это знаешь, так зачем тебе всё это? — Ни хрена я тебе не скажу! — Ааа... Хочешь проверить, на сколько ты крут? Тебе не нужно умирать здесь сегодня — оставим это на завтра. И кроме того, ломаются все, Аякс. Значит, ты хочешь «рассказать» мне, где убежище? Нет? Ладно, тогда продолжим.

   — Скажи мне, где это место, Аякс. Я всё равно его найду... и ты это знаешь, так зачем тебе всё это? — Ни хрена я тебе не скажу! — Ааа... Хочешь проверить, на сколько ты крут? Тебе не нужно умирать здесь сегодня — оставим это на завтра. И кроме того, ломаются все, Аякс. Значит, ты хочешь «рассказать» мне, где убежище? Нет? Ладно, тогда продолжим.

   — Майкл Рудин · книга
5. «

   Мне похрену, что ты ничего не знаешь, я всё равно буду тебя пытать!

   Мне похрену, что ты ничего не знаешь, я всё равно буду тебя пытать!

   — мистер Блондин · фильм
6. «

   Иногда этот тяжёлый тюремный сон прерывался нечеловеческим, звериным воем. От него стыла кровь, леденело нутро. Крик нёсся из того же забетонированного подземелья. Где-то рядом мучили арестованного. Он мог быть виновным, мог не быть. Что это меняло? Истязали живого человека. Вой и чужая боль контузили не на час, не на день. На всю жизнь. Нас, разбуженных, схваченных за живое криком предсмертья, вскидывало с постелей в глубоком среднеазиатском тылу.

   Иногда этот тяжёлый тюремный сон прерывался нечеловеческим, звериным воем. От него стыла кровь, леденело нутро. Крик нёсся из того же забетонированного подземелья. Где-то рядом мучили арестованного. Он мог быть виновным, мог не быть. Что это меняло? Истязали живого человека. Вой и чужая боль контузили не на час, не на день. На всю жизнь. Нас, разбуженных, схваченных за живое криком предсмертья, вскидывало с постелей в глубоком среднеазиатском тылу.

   — Тамара Петкевич · книга
7. «

   Молитвы — это прекрасно. Без них никогда никогда не изобрели бы тиски для пальцев и «испанский сапог».

   Молитвы — это прекрасно. Без них никогда никогда не изобрели бы тиски для пальцев и «испанский сапог».

   — Стивен Кинг · книга
8. «

   — Ты не плохо выглядишь, — бросил Глокта через плечо. — За исключением ожогов на лице, конечно. Ты похудел. — Голод помогает. — В самом деле, в самом деле. Я сбросил вес в Гуркхуле. И не только потому, что от меня отрезали куски.

   — Ты не плохо выглядишь, — бросил Глокта через плечо. — За исключением ожогов на лице, конечно. Ты похудел. — Голод помогает. — В самом деле, в самом деле. Я сбросил вес в Гуркхуле. И не только потому, что от меня отрезали куски.

   — Джо Аберкромби · книга
9. «

   — О, брат, ты только послушай. О, я такой музыки не слышал со времен Серебряного Города, пожалуй. — Что, в аду нет музыки? — Только для пыток. И, зачастую, ужасная. В последнее время ставим песни одного юнца по имени Бибер. Господи, слыхал бы ты их вопли.

   — О, брат, ты только послушай. О, я такой музыки не слышал со времен Серебряного Города, пожалуй. — Что, в аду нет музыки? — Только для пыток. И, зачастую, ужасная. В последнее время ставим песни одного юнца по имени Бибер. Господи, слыхал бы ты их вопли.

   — Люцифер Морнингстар · сериал
10. «

    В аду на обед подают манку. С комочками.

    В аду на обед подают манку. С комочками.

    — Привратник (Gatekepeer) · игра
11. «

    — Мы будем долго пытать тебя. — Я скажу вам всё, что захотите. — Сначала пытки, а потом уже разговоры.

    — Мы будем долго пытать тебя. — Я скажу вам всё, что захотите. — Сначала пытки, а потом уже разговоры.

    — Тролль Силач · сериал
12. «

    Чем древнее страна, тем изощреннее там истязают и умерщвляют людей.

    Чем древнее страна, тем изощреннее там истязают и умерщвляют людей.

    — Борис Акунин · книга
13. «

    Ты говоришь по-американски? Признаюсь, я не всегда следую заветам Господа нашего. Но знаешь, у него есть пара отличных идей. «Око за око». Слышал об этом когда-нибудь? Если ты отберёшь что-нибудь у меня, я имею право отобрать что-нибудь у тебя. Ты забрал наше лекарство. Так что, если ты не против, я заберу твой палец. Око за око. Нельзя красть наш Нектар. Это на память.

    Ты говоришь по-американски? Признаюсь, я не всегда следую заветам Господа нашего. Но знаешь, у него есть пара отличных идей. «Око за око». Слышал об этом когда-нибудь? Если ты отберёшь что-нибудь у меня, я имею право отобрать что-нибудь у тебя. Ты забрал наше лекарство. Так что, если ты не против, я заберу твой палец. Око за око. Нельзя красть наш Нектар. Это на память.

    — Морган Дюваль · игра
14. «

    Пусть наши утраты будут для нас испытанием, но не пыткой.

    Пусть наши утраты будут для нас испытанием, но не пыткой.

    — Эльчин Сафарли · книга
15. «

    — Финрод понял, отчего Маэдрос страдал. Не от того, что его пытали. От того, что пытка закончилась. Лютиэн изумленно распахнула глаза. Это действительно было непредставимо. — Тебе страшно? — Ородрет взял ее за руку. — Мне тоже стало страшно, когда я услышал объяснение. Это странное свойство наших fear — не знаю, проклятие или дар. Если нас терзает нечто, что мы бессильны изменить, и неспособны перенести — мы со временем начинаем испытывать от этого некое извращенное удовольствие. И избавление от страданий потом кажется нам мукой... Видимо, иначе не выжить; видимо, это свойство природы — нам на благо... но если мучения длятся слишком долго — потребность в них делается неистребимой. В это сложно поверить, не испытав на себе... Речь не только о Майтимо — многие нолдор, особенно в последнее время, начали чувствовать что-то вроде этого... Они полюбили жизнь, которую мы здесь ведем — но не так, как любите вы, синдар. Они упиваются сознанием своей обреченности и своей волей к смерти.

    — Финрод понял, отчего Маэдрос страдал. Не от того, что его пытали. От того, что пытка закончилась. Лютиэн изумленно распахнула глаза. Это действительно было непредставимо. — Тебе страшно? — Ородрет взял ее за руку. — Мне тоже стало страшно, когда я услышал объяснение. Это странное свойство наших fear — не знаю, проклятие или дар. Если нас терзает нечто, что мы бессильны изменить, и неспособны перенести — мы со временем начинаем испытывать от этого некое извращенное удовольствие. И избавление от страданий потом кажется нам мукой... Видимо, иначе не выжить; видимо, это свойство природы — нам на благо... но если мучения длятся слишком долго — потребность в них делается неистребимой. В это сложно поверить, не испытав на себе... Речь не только о Майтимо — многие нолдор, особенно в последнее время, начали чувствовать что-то вроде этого... Они полюбили жизнь, которую мы здесь ведем — но не так, как любите вы, синдар. Они упиваются сознанием своей обреченности и своей волей к смерти.

    — Ольга Брилёва · книга
16. «

    — Вас еще не пытали? — Нет, но меня били. — Этого мало. Нужно пройти моральные пытки.

    — Вас еще не пытали? — Нет, но меня били. — Этого мало. Нужно пройти моральные пытки.

    — аббат Фариа · фильм
17. «

    Чаще всего волю узника ломала доброта, а не пытка. Человек всегда ощетинивается против давления, но доброта подкрадывается сзади и бьёт в спину, и воля твоя растворяется в слезах и благодарности. Куда труднее поставить стену против доброты.

    Чаще всего волю узника ломала доброта, а не пытка. Человек всегда ощетинивается против давления, но доброта подкрадывается сзади и бьёт в спину, и воля твоя растворяется в слезах и благодарности. Куда труднее поставить стену против доброты.

    — Дик Фрэнсис · книга
18. «

    Нет более жестокой пытки, чем собственные чувства, особенно если они никому не нужны.

    Нет более жестокой пытки, чем собственные чувства, особенно если они никому не нужны.

    — Лика Верх · книга
19. «

    Да здравствуют вечные орудия пыток: Жизнь, Любовь, Смерть.

    Да здравствуют вечные орудия пыток: Жизнь, Любовь, Смерть.

    — Михаил Саулович Туровский
20. «

    Я помню эти пытки. Эти молнии, которые пронизывают каждую клеточку твоего тела.

    Я помню эти пытки. Эти молнии, которые пронизывают каждую клеточку твоего тела.

    — Эбардо (Эо) · сериал