37 цитат «пытки» — избранное

Собрали 37 цитат на тему «пытки» — от классиков литературы до современных мыслителей.

1. «

   — Оно повторяется, снова и снова. Я будто в аду. — Только без «будто». — Что это такое? — Это пытки, на которые ты сам себя обрек. Вина — это топливо, плюс немного таланта, чтобы было веселей. — Пожалуйста, мне надо выбраться отсюда, как мне выбраться? — Очень просто — никак. Пока ты не поверишь, что заслужил это. А я еще не видел, чтобы кому-нибудь это удавалось.

   — Оно повторяется, снова и снова. Я будто в аду. — Только без «будто». — Что это такое? — Это пытки, на которые ты сам себя обрек. Вина — это топливо, плюс немного таланта, чтобы было веселей. — Пожалуйста, мне надо выбраться отсюда, как мне выбраться? — Очень просто — никак. Пока ты не поверишь, что заслужил это. А я еще не видел, чтобы кому-нибудь это удавалось.

   — Люцифер Морнингстар · сериал
2. «

   Нет для человека пытки страшней, чем презрение собственного ребенка.

   Нет для человека пытки страшней, чем презрение собственного ребенка.

   — Наринэ Абгарян · книга
3. «

   Уже в школе отец подсовывал статьи о пионерах-героях, но их Антон читать не любил: он сомневался, что никого не выдаст, если ему, как пионеру Смирнову, станут отпиливать ножовкой правую руку, и очень от этого мучился. ... Американский психоаналитик, пытаясь выяснить детские комплексы Антона, страшно удивился, узнав, что больше всего ребенок страдал от подобной мысли. И сказал, что теперь понимает разницу между своим и русским народом — по крайней мере, в середине двадцатого века.

   Уже в школе отец подсовывал статьи о пионерах-героях, но их Антон читать не любил: он сомневался, что никого не выдаст, если ему, как пионеру Смирнову, станут отпиливать ножовкой правую руку, и очень от этого мучился. ... Американский психоаналитик, пытаясь выяснить детские комплексы Антона, страшно удивился, узнав, что больше всего ребенок страдал от подобной мысли. И сказал, что теперь понимает разницу между своим и русским народом — по крайней мере, в середине двадцатого века.

   — Александр Чудаков · книга
4. «

   [Пытка апельсинами длилась третий час] — Будешь у меня есть апельсины до тех пор, пока не скажешь, куда спрятал талон. — Вы мне весь товар так скормите, сколько денег пропадёт. — За всё, что ты съел, и ещё скушаешь, ты сам и заплатишь. — По себестоимости, 2 рубля килограмм? — Отпускная стоимость для тебя это рубль штука. — Чего?! Рубль!? — Даже не рубль, а рубль двадцать. — А двадцать за что?! — За обслуживание.

   [Пытка апельсинами длилась третий час] — Будешь у меня есть апельсины до тех пор, пока не скажешь, куда спрятал талон. — Вы мне весь товар так скормите, сколько денег пропадёт. — За всё, что ты съел, и ещё скушаешь, ты сам и заплатишь. — По себестоимости, 2 рубля килограмм? — Отпускная стоимость для тебя это рубль штука. — Чего?! Рубль!? — Даже не рубль, а рубль двадцать. — А двадцать за что?! — За обслуживание.

   — Сан Саныч Мурашко · фильм
5. «

   Ничего не утаивай! — сказал я себе в тот день, когда мои экзекуторы впервые учинили надо мной пытку. Сжимать зубы — глупо! У тебя нет никаких секретов. Пусть они знают, что перед ними человек из плоти и крови! Не скрывай своего ужаса, кричи, когда будет больно! Упрямое молчание их только раззадоривает, оно лишь подкрепляет их убеждение, что душа — не более чем замок, к которому они обязаны терпеливо подобрать отмычку. Дай волю чувствам! Открой своё сердце!

   Ничего не утаивай! — сказал я себе в тот день, когда мои экзекуторы впервые учинили надо мной пытку. Сжимать зубы — глупо! У тебя нет никаких секретов. Пусть они знают, что перед ними человек из плоти и крови! Не скрывай своего ужаса, кричи, когда будет больно! Упрямое молчание их только раззадоривает, оно лишь подкрепляет их убеждение, что душа — не более чем замок, к которому они обязаны терпеливо подобрать отмычку. Дай волю чувствам! Открой своё сердце!

   — Дж. М. Кутзее · книга
6. «

   — Вам надели их [наручники] на свежую рану? — Р-разумеется, ваше преосвященство. Свежие раны для того и существуют. От старых мало проку: они будут только ныть, а не жечь вас, как огнем.

   — Вам надели их [наручники] на свежую рану? — Р-разумеется, ваше преосвященство. Свежие раны для того и существуют. От старых мало проку: они будут только ныть, а не жечь вас, как огнем.

   — Этель Лилиан Войнич · книга
7. «

   В Аушвице самым страшным было не то, что они лишали нас хлеба, пытали нас, отбирали наши жизни... Самое страшное, что они с нами сделали, они раздавили наши души, нашу способность к состраданию, и наполнили эту пустоту ненавистью, даже по отношению к своим.

   В Аушвице самым страшным было не то, что они лишали нас хлеба, пытали нас, отбирали наши жизни... Самое страшное, что они с нами сделали, они раздавили наши души, нашу способность к состраданию, и наполнили эту пустоту ненавистью, даже по отношению к своим.

   — Перемирие (La tregua) · фильм
8. «

   — Он точно не божественное создание? — Он определенно человек. — Пытку водой пробовала? — Дважды. — Зубочистки под ногти? — Я что, похожа на дилетанта? — «Nickelback» на повторе включала? — С этого я начала.

   — Он точно не божественное создание? — Он определенно человек. — Пытку водой пробовала? — Дважды. — Зубочистки под ногти? — Я что, похожа на дилетанта? — «Nickelback» на повторе включала? — С этого я начала.

   — Люцифер Морнингстар · сериал
9. «

   Кто знает… Всегда придумывает новое. В прошлый раз подвесил одного на дереве… за какое место подвесил, сам понимаешь. Выламывал зубы. Когда зубов не осталось, разжег костер и медленно выжигал глаза. Жаловался, что глаз меньше, чем зубов… Потом разбивал кости на пальцах, а отрубывал потом…

   Кто знает… Всегда придумывает новое. В прошлый раз подвесил одного на дереве… за какое место подвесил, сам понимаешь. Выламывал зубы. Когда зубов не осталось, разжег костер и медленно выжигал глаза. Жаловался, что глаз меньше, чем зубов… Потом разбивал кости на пальцах, а отрубывал потом…

   — Юрий Никитин · книга
10. «

    — Не понимаю, почему нас еще не убили? — Потому что Сенред будет меня пытать, чтобы выяснить, что я знаю. — Ты не боишься? — Нет. Ни капельки. — Не понимаю, как можно не бояться боли. — Нет, я боюсь боли, просто я ее не почувствую. — Да? Ты что, впадешь в какой-нибудь транс? — Что ты несешь? Я не боюсь, потому что мы сбежим из этой грязной тюрьмы! — У тебя есть план!? — Пока нет.

    — Не понимаю, почему нас еще не убили? — Потому что Сенред будет меня пытать, чтобы выяснить, что я знаю. — Ты не боишься? — Нет. Ни капельки. — Не понимаю, как можно не бояться боли. — Нет, я боюсь боли, просто я ее не почувствую. — Да? Ты что, впадешь в какой-нибудь транс? — Что ты несешь? Я не боюсь, потому что мы сбежим из этой грязной тюрьмы! — У тебя есть план!? — Пока нет.

    — Мерлин · сериал
11. «

    Если вы хотите от кого-нибудь избавиться, не обязательно так мучить беднягу. Лучше колесуйте или сожгите его. А женить несчастного на мне — это слишком жестоко.

    Если вы хотите от кого-нибудь избавиться, не обязательно так мучить беднягу. Лучше колесуйте или сожгите его. А женить несчастного на мне — это слишком жестоко.

    — Галина Гончарова · книга
12. «

    Пытка довольно простая. В каждую руку — 15 гвоздей, по одному на каждую фалангу пальца.

    Пытка довольно простая. В каждую руку — 15 гвоздей, по одному на каждую фалангу пальца.

    — Сион · аниме
13. «

    Пытка есть пытка, а унижение есть унижение, только если ты сам выбираешь, что будешь страдать.

    Пытка есть пытка, а унижение есть унижение, только если ты сам выбираешь, что будешь страдать.

    — Чак Паланик · книга
14. «

    – Боже. Что вы с ним сделали? – Просто задали ему пару вопросов. – Сомневаюсь, что он снова станет нормальным. – Он может быть полезен. – Если кора головного мозга повреждена, неизвестно, что с ним будет. – Всё в этом мире для чего-нибудь нужно. Верно?... Послушай. Если твои люди будут так обращаться с заключёнными, от них не будет никакого толку. В худшем случае он умрёт в собственном дерьме, ничего не сказав. – Я вас прекрасно понимаю. – И тут в игру вступает психология. Пытать может любой, а вот сломать человека, не причиняя ему физического вреда – это искусство.

    – Боже. Что вы с ним сделали? – Просто задали ему пару вопросов. – Сомневаюсь, что он снова станет нормальным. – Он может быть полезен. – Если кора головного мозга повреждена, неизвестно, что с ним будет. – Всё в этом мире для чего-нибудь нужно. Верно?... Послушай. Если твои люди будут так обращаться с заключёнными, от них не будет никакого толку. В худшем случае он умрёт в собственном дерьме, ничего не сказав. – Я вас прекрасно понимаю. – И тут в игру вступает психология. Пытать может любой, а вот сломать человека, не причиняя ему физического вреда – это искусство.

    — врач в колонии · фильм
15. «

    Но люди глупы, пытки не действуют. Под пыткой человек скажет что угодно, лишь бы остановить боль.

    Но люди глупы, пытки не действуют. Под пыткой человек скажет что угодно, лишь бы остановить боль.

    — Хани Салами · фильм
16. «

    Нас унижали, да, но мы не униженные. Униженные — другие, те, кто надругался над нами.

    Нас унижали, да, но мы не униженные. Униженные — другие, те, кто надругался над нами.

    — Эрих Мария Ремарк · книга
17. «

    – Твоя попытка убрать Фитца и Симмонс провалилась, но Фитц может уже не быть прежним, так что я придумаю новые способы испортить остаток твоей жизни, и мы сделаем всё, чтобы вытащить из тебя сведения о Гидре, но твоя пытка... она будет внутри тебя. – И немного снаружи. – Да. Не без того. Ты посвятил всю свою жизнь самовлюблённому психопату, которому было плевать на всех, и теперь он мёртв. До конца жизни ты будешь мучиться вопросом «Кто ты без него?».

    – Твоя попытка убрать Фитца и Симмонс провалилась, но Фитц может уже не быть прежним, так что я придумаю новые способы испортить остаток твоей жизни, и мы сделаем всё, чтобы вытащить из тебя сведения о Гидре, но твоя пытка... она будет внутри тебя. – И немного снаружи. – Да. Не без того. Ты посвятил всю свою жизнь самовлюблённому психопату, которому было плевать на всех, и теперь он мёртв. До конца жизни ты будешь мучиться вопросом «Кто ты без него?».

    — агент «Щ.И.Т.а» Фил Колсон · сериал
18. «

    Я многое могу вытерпеть, просто не одобряю пытки, особенно платные – даже со скидкой.

    Я многое могу вытерпеть, просто не одобряю пытки, особенно платные – даже со скидкой.

    — Макс Фрай · книга
19. «

    Пусть наши утраты будут для нас испытанием, но не пыткой.

    Пусть наши утраты будут для нас испытанием, но не пыткой.

    — Эльчин Сафарли · книга
20. «

    Вынули душу, копались в ней вонючими пальцами, плевали в нее, гадили, потом сунули ее обратно и говорят: «Живи».

    Вынули душу, копались в ней вонючими пальцами, плевали в нее, гадили, потом сунули ее обратно и говорят: «Живи».

    — Ольга Берггольц · книга