18 сильных цитат: «ранимость»

18 цитат про «ранимость»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Из беззащитности, ранимости спохватывалась ты казаться стервой – и вдруг поступала согласно этой претензии, а под блеском глаз дрожала робость...

   Из беззащитности, ранимости спохватывалась ты казаться стервой – и вдруг поступала согласно этой претензии, а под блеском глаз дрожала робость...

   — Михаил Веллер · книга
2. «

   Из-за своей ранимости, женщина стремится обезоружить всех.

   Из-за своей ранимости, женщина стремится обезоружить всех.

   — Геннадий Ефимович Малкин
3. «

   — Всё нормально. Меня не так просто обидеть. — Мне так не кажется. — Неужели? — Мне кажется, внутри ты очень ранима. И, зная об этом, ты покрылась шипами, чтобы до тебя не добрались. Ты как бы говоришь: «Если хочешь меня обидеть, будь готов пораниться первым».

   — Всё нормально. Меня не так просто обидеть. — Мне так не кажется. — Неужели? — Мне кажется, внутри ты очень ранима. И, зная об этом, ты покрылась шипами, чтобы до тебя не добрались. Ты как бы говоришь: «Если хочешь меня обидеть, будь готов пораниться первым».

   — Селена (Лилит) · игра
4. «

   …Чем больше людей приближаешь к себе, тем становишься ранимей.

   …Чем больше людей приближаешь к себе, тем становишься ранимей.

   — Магда Сабо · книга
5. «

   Каким бы сильным или чёрствым не был человек, в его жизни бывают периоды, когда и он становится легко ранимым, словно малое дитя...

   Каким бы сильным или чёрствым не был человек, в его жизни бывают периоды, когда и он становится легко ранимым, словно малое дитя...

   — Али Апшерони · книга
6. «

   Те, у кого ранимая душа, хотели бы навсегда забыть свое прошлое. Но оно будет преследовать тебя всегда, как бы ты не желал от него избавиться.

   Те, у кого ранимая душа, хотели бы навсегда забыть свое прошлое. Но оно будет преследовать тебя всегда, как бы ты не желал от него избавиться.

   — Анджела Блан · аниме
7. «

   Даже если раны детства заживают, ранимость никогда не проходит. Возраст не служит защитой от душевной травмы.

   Даже если раны детства заживают, ранимость никогда не проходит. Возраст не служит защитой от душевной травмы.

   — Марио Пьюзо · книга
8. «

   ...ранимость всегда идёт рука об руку с обаянием юности, ароматом юности.

   ...ранимость всегда идёт рука об руку с обаянием юности, ароматом юности.

   — Франсуаза Саган · книга
9. «

   Не думала, что Трибрид настолько раним.

   Не думала, что Трибрид настолько раним.

   — Клео Сованде · сериал
10. «

    Я очень беззащитная. Мне все время кажется, что то, что у меня есть, я не заслуживаю. Мне часто бывает плохо от того, что мне кажется, что все надо мной мысленно насмехаются. Я часто занимаюсь самоедством. Но все эти качества не мешают мне быть счастливой. Я с ними борюсь. Я очень ранимая в душе, но могу проявлять агрессивность, ранить, могу доминировать. Я все время непредсказуема в эмоциональном плане. В общем, я такой хорошо сдерживающий себя фрик.

    Я очень беззащитная. Мне все время кажется, что то, что у меня есть, я не заслуживаю. Мне часто бывает плохо от того, что мне кажется, что все надо мной мысленно насмехаются. Я часто занимаюсь самоедством. Но все эти качества не мешают мне быть счастливой. Я с ними борюсь. Я очень ранимая в душе, но могу проявлять агрессивность, ранить, могу доминировать. Я все время непредсказуема в эмоциональном плане. В общем, я такой хорошо сдерживающий себя фрик.

    — Меган Фокс
11. «

    Ранимость есть симптом наличествующей неполноценности.

    Ранимость есть симптом наличествующей неполноценности.

    — Карл Густав Юнг · книга
12. «

    Даже самая собранная женщина не может собраться, когда дело доходит до любви. Под своей оболочкой мы ранимы и подвержены воздействию!

    Даже самая собранная женщина не может собраться, когда дело доходит до любви. Под своей оболочкой мы ранимы и подвержены воздействию!

    — Кэрри Брэдшоу · сериал
13. «

    Очень тяжело и неспокойно жить, когда ты не имеешь границ, словно по какой-то причине остался без кожи и связан каждым своим выходящим наружу нервным волокном со всем миром. Все связано с тобой. Ты связан со всем. Неловкий взгляд, немягкое слово извне — и ты уже летишь в пропасть паники, стыда и собственной никчемности, рассыпаясь на тысячи частей, или начинаешь яростно защищаться, чтобы в эту пропасть не упасть. И я знаю точно — для того, кто без кожи, мир колюч по определению, любое неловкое прикосновение ранит. И тут важно, как бы ни было сложно, сквозь боль увидеть, что дело не в мире, с ним все ок. И даже, как ни странно, дело не во мне. Нет виноватых. Дело в отсутствии кожи. Мир изменить, чтобы он стал мягок как материнская утроба, невозможно. А вот психологическую кожу нарастить можно. Сложно. Долго. Но можно.

    Очень тяжело и неспокойно жить, когда ты не имеешь границ, словно по какой-то причине остался без кожи и связан каждым своим выходящим наружу нервным волокном со всем миром. Все связано с тобой. Ты связан со всем. Неловкий взгляд, немягкое слово извне — и ты уже летишь в пропасть паники, стыда и собственной никчемности, рассыпаясь на тысячи частей, или начинаешь яростно защищаться, чтобы в эту пропасть не упасть. И я знаю точно — для того, кто без кожи, мир колюч по определению, любое неловкое прикосновение ранит. И тут важно, как бы ни было сложно, сквозь боль увидеть, что дело не в мире, с ним все ок. И даже, как ни странно, дело не во мне. Нет виноватых. Дело в отсутствии кожи. Мир изменить, чтобы он стал мягок как материнская утроба, невозможно. А вот психологическую кожу нарастить можно. Сложно. Долго. Но можно.

    — Татьяна Фишер · книга
14. «

    Мужская гордость — хрупкая вещь, а это — единственная броня, которая у них есть: мужчины намного ранимее, чем женщины, с ними надо обращаться очень аккуратно, иначе они ломаются.

    Мужская гордость — хрупкая вещь, а это — единственная броня, которая у них есть: мужчины намного ранимее, чем женщины, с ними надо обращаться очень аккуратно, иначе они ломаются.

    — Роберт Хайнлайн · книга
15. «

    Нас растили сильными, но не чувствительными, учили бороться с ранимостью, отвергая её. И кем мы в итоге стали? Динозаврами.

    Нас растили сильными, но не чувствительными, учили бороться с ранимостью, отвергая её. И кем мы в итоге стали? Динозаврами.
16. «

    Мне нравится уединенность, но время от времени я испытываю приступы клаустрафобии, тогда я хочу окунуться в большую группу людей. Я имею склонность к одиночеству, потому что иногда становлюсь очень ранимым. Это похоже на то, когда вы выходите на улицу и сталкиваетесь с проблемами, которые, кажется, не в ваших силах преодолеть. Я считаю себя довольно ранимым человеком, я как ребенок, который впервые увидел мир.

    Мне нравится уединенность, но время от времени я испытываю приступы клаустрафобии, тогда я хочу окунуться в большую группу людей. Я имею склонность к одиночеству, потому что иногда становлюсь очень ранимым. Это похоже на то, когда вы выходите на улицу и сталкиваетесь с проблемами, которые, кажется, не в ваших силах преодолеть. Я считаю себя довольно ранимым человеком, я как ребенок, который впервые увидел мир.

    — Эксл Роуз
17. «

    Роскошь быть ранимой, трепетной и уязвимой возможна только при очень близких отношениях, когда стопроцентно доверяешь человеку.

    Роскошь быть ранимой, трепетной и уязвимой возможна только при очень близких отношениях, когда стопроцентно доверяешь человеку.

    — Мишель Пфайффер
18. «

    You seem to replace your brain with your heart You take things so hard and then you fall apart You try to explain, but before you can start Those cry baby tears come out of the dark.

    You seem to replace your brain with your heart You take things so hard and then you fall apart You try to explain, but before you can start Those cry baby tears come out of the dark.