14 цитат «Жизненные цитаты на тему «различия»» — что говорили умные люди

14 цитат про «Жизненные цитаты на тему «различия»»: короткие афоризмы для статуса и развёрнутые мысли для дневника.

1. «

   Между ничегонеделанием и ленью такая же разница, как между гурманством и обжорством.

   Между ничегонеделанием и ленью такая же разница, как между гурманством и обжорством.

   — Дэвид Митчелл · книга
2. «

   ...каждый не похож на другого и понятен во всех своих притязаниях, и что в большинстве случаев этот каждый не может ни понять другого, ни увидеть его, ни прочесть.

   ...каждый не похож на другого и понятен во всех своих притязаниях, и что в большинстве случаев этот каждый не может ни понять другого, ни увидеть его, ни прочесть.

   — Франсуаза Саган · книга
3. «

   У мужчин голова устроена не так, как у нас, и мы их никогда не поймём. Но и обойтись без них не можем.

   У мужчин голова устроена не так, как у нас, и мы их никогда не поймём. Но и обойтись без них не можем.

   — Роберт Хайнлайн · книга
4. «

   Все, что у нас есть общего, — наша внешность. Даже если мы смотрим одно и то же, слушаем одинаковую музыку, разделяем одно время на двоих, мы абсолютно разные.

   Все, что у нас есть общего, — наша внешность. Даже если мы смотрим одно и то же, слушаем одинаковую музыку, разделяем одно время на двоих, мы абсолютно разные.

   — Кей
5. «

   Скажем так: путешествия, возможность увидеть мир во всей совокупности его прекрасных и омерзительных черт несколько смягчают наше изначальное неприятие «другого». Воспитывают нечто вроде смирения, дают осознание того, что никогда, никогда тебе не понять до самого дна душу другого человека. Мы — разные. Мы — странные. Смиримся с этим.

   Скажем так: путешествия, возможность увидеть мир во всей совокупности его прекрасных и омерзительных черт несколько смягчают наше изначальное неприятие «другого». Воспитывают нечто вроде смирения, дают осознание того, что никогда, никогда тебе не понять до самого дна душу другого человека. Мы — разные. Мы — странные. Смиримся с этим.

   — Дина Рубина · книга
6. «

   Ха! Жизнь посылает искушения, испытания и лекарства, главное — способность отличать первое от второго и третьего.

   Ха! Жизнь посылает искушения, испытания и лекарства, главное — способность отличать первое от второго и третьего.

   — Елена Котова · книга
7. «

   Но, несмотря на различие между нашими семьями, образованием, занятиями и музыкальными вкусами, я буду утверждать, что мы тесно связаны. У нас одна человеческая натура. Каким бы уникальным ни было ваше или мое воспитание, если бы мы могли волшебным образом поменяться местами, как в истории о принце и нищем, то мы, вероятно, вели бы себя в этих ситуациях до удивительного одинаково.

   Но, несмотря на различие между нашими семьями, образованием, занятиями и музыкальными вкусами, я буду утверждать, что мы тесно связаны. У нас одна человеческая натура. Каким бы уникальным ни было ваше или мое воспитание, если бы мы могли волшебным образом поменяться местами, как в истории о принце и нищем, то мы, вероятно, вели бы себя в этих ситуациях до удивительного одинаково.

   — Дуглас Кенрик · книга
8. «

   Я не считаю себя исключительной личностью и не думаю, что все остальные настолько отличаются от меня, что мне их никогда не понять. И хотя живу самой обычной жизнью, иногда кажется, что я живу на Марсе. У меня даже голова кружится от ощущения, что все вокруг не такие, как я.

   Я не считаю себя исключительной личностью и не думаю, что все остальные настолько отличаются от меня, что мне их никогда не понять. И хотя живу самой обычной жизнью, иногда кажется, что я живу на Марсе. У меня даже голова кружится от ощущения, что все вокруг не такие, как я.

   — Содзи Симада · книга
9. «

   Его странная жизнь не сделала его ни угрюмым, ни кровожадным. То обстоятельство, что он убивал с радостным смехом, — вовсе не доказывало его прирожденной жестокости. Чаще всего он убивал, чтобы добыть пищу. Правда, будучи человеком, он убивал иногда и для своего удовольствия, чего не делает никакое другое животное. Ведь из всех созданий в мире одному лишь человеку дано убивать бессмысленно, с наслаждением, только ради удовольствия причинить страдания и смерть.

   Его странная жизнь не сделала его ни угрюмым, ни кровожадным. То обстоятельство, что он убивал с радостным смехом, — вовсе не доказывало его прирожденной жестокости. Чаще всего он убивал, чтобы добыть пищу. Правда, будучи человеком, он убивал иногда и для своего удовольствия, чего не делает никакое другое животное. Ведь из всех созданий в мире одному лишь человеку дано убивать бессмысленно, с наслаждением, только ради удовольствия причинить страдания и смерть.

   — Эдгар Райс Берроуз · книга
10. «

    Люди все разные, как птицы в лесу и как звери лесные, и как цветочки на лугу. Одна птица клюет-клюет и никогда сыта не бывает, и глаза у нее жадные и несчастные, а другая птичка клюнет, чивикнет и улетит, и весело ей, летает и поёт.

    Люди все разные, как птицы в лесу и как звери лесные, и как цветочки на лугу. Одна птица клюет-клюет и никогда сыта не бывает, и глаза у нее жадные и несчастные, а другая птичка клюнет, чивикнет и улетит, и весело ей, летает и поёт.

    — Константин Дмитриевич Бальмонт · книга
11. «

    Нет ни злых, ни добрых людей, есть только различные точки зрения, которые иногда входят друг с другом в противоречие.

    Нет ни злых, ни добрых людей, есть только различные точки зрения, которые иногда входят друг с другом в противоречие.

    — Бернар Вербер · книга
12. «

    Мы такие схожие порою: И Иисуса, и Шиву об одном Молим при любом режиме и строе. В городе и на селе глухом.

    Мы такие схожие порою: И Иисуса, и Шиву об одном Молим при любом режиме и строе. В городе и на селе глухом.

    — Марина Матисс
13. «

    Я позицию выбрал такую, На которой держаться нельзя,— И с нее кое-как атакую Вас, мои дорогие друзья.

    Я позицию выбрал такую, На которой держаться нельзя,— И с нее кое-как атакую Вас, мои дорогие друзья.

    — Александр Петрович Межиров
14. «

    ... Один человек отличается от другого именно суммой накопленного им опыта, суммой переживаний — и отложившихся в голове, и забытых. Поэтому даже похожие события каждый из нас видит совершенно по-разному. Кто-то раньше впервые сталкивается со смертью, а кто-то позже. Кто-то сразу встречает любовь, кто-то ждет дольше. Два свидетеля одной и той же аварии, как мы знаем, расскажут о ней совершенно по-своему, каждый — на собственном языке, непонятном другому. В мире не сто элементов, а два миллиарда, и все они проявляют разные свойства.

    ... Один человек отличается от другого именно суммой накопленного им опыта, суммой переживаний — и отложившихся в голове, и забытых. Поэтому даже похожие события каждый из нас видит совершенно по-разному. Кто-то раньше впервые сталкивается со смертью, а кто-то позже. Кто-то сразу встречает любовь, кто-то ждет дольше. Два свидетеля одной и той же аварии, как мы знаем, расскажут о ней совершенно по-своему, каждый — на собственном языке, непонятном другому. В мире не сто элементов, а два миллиарда, и все они проявляют разные свойства.

    — Рэй Брэдбери · книга