316 высказываний на тему «разлука»

Тема «разлука» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 316 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Я знаю, мы скоро разлучимся опять и, может быть, на веки: оба пойдем разными путями до гроба; но воспоминание о ней останется неприкосновенным в душе моей.

   Я знаю, мы скоро разлучимся опять и, может быть, на веки: оба пойдем разными путями до гроба; но воспоминание о ней останется неприкосновенным в душе моей.

   — Михаил Юрьевич Лермонтов · книга
2. «

   Отпусти меня, я расклеилась.

   Отпусти меня, я расклеилась.
3. «

   Нужно заботиться о себе и защищать близких, даже если это порой означает разлуку.

   Нужно заботиться о себе и защищать близких, даже если это порой означает разлуку.

   — Стефани Майер · книга
4. «

   Знаешь, я же знаю, Что с тобой та давно другая разделяет одеяло. Я её искала, Я е запеленговала на общественных порталах. И наверно ты с ней делаешь вид, Что с ней счастлив даже сам перед собою. Но только я то знаю, Как твоё сердце отвечает мне, Когда зову его я…

   Знаешь, я же знаю, Что с тобой та давно другая разделяет одеяло. Я её искала, Я е запеленговала на общественных порталах. И наверно ты с ней делаешь вид, Что с ней счастлив даже сам перед собою. Но только я то знаю, Как твоё сердце отвечает мне, Когда зову его я…
5. «

   Я не стану посвящать Вас в детали наших отношений. Самым лучшим в них были попытки начать все сначала. Поскольку мы оба обожали это занятие, то начинали все сначала каждые пару месяцев. Мы считали друг друга «любовью всей жизни». Но это только когда мы в очередной раз были в разлуке и пытались вновь соединиться. Остальное время мы так не считали. И вот наконец осенью наступил решающий момент: у нее появился другой. Человек, с которым, по ее словам, можно не только соединиться, но и остаться…

   Я не стану посвящать Вас в детали наших отношений. Самым лучшим в них были попытки начать все сначала. Поскольку мы оба обожали это занятие, то начинали все сначала каждые пару месяцев. Мы считали друг друга «любовью всей жизни». Но это только когда мы в очередной раз были в разлуке и пытались вновь соединиться. Остальное время мы так не считали. И вот наконец осенью наступил решающий момент: у нее появился другой. Человек, с которым, по ее словам, можно не только соединиться, но и остаться…

   — Даниэль Глаттауэр · книга
6. «

   Когда уходите на пять минут, Не забывайте оставлять тепло в ладонях. В ладонях тех, которые вас ждут, В ладонях тех, которые вас помнят...

   Когда уходите на пять минут, Не забывайте оставлять тепло в ладонях. В ладонях тех, которые вас ждут, В ладонях тех, которые вас помнят...

   — Омар Хайям
7. «

   Сильные не ищут замену человеку, который был им дорог, а смотрят в упор в ту пустоту, которая образовалась после его ухода. Слабые же в эту пустоту пытаются запихнуть кого угодно, лишь бы создать иллюзию, что в их жизни нет пустых мест.

   Сильные не ищут замену человеку, который был им дорог, а смотрят в упор в ту пустоту, которая образовалась после его ухода. Слабые же в эту пустоту пытаются запихнуть кого угодно, лишь бы создать иллюзию, что в их жизни нет пустых мест.
8. «

   Ну, как ты там? Я соскучилась. В синеве Твоих морей мой совсем уж не виден образ. У нас дожди, мой друг… Я снова пишу тебе. Жду встречи и вспоминаю улыбку, голос…

   Ну, как ты там? Я соскучилась. В синеве Твоих морей мой совсем уж не виден образ. У нас дожди, мой друг… Я снова пишу тебе. Жду встречи и вспоминаю улыбку, голос…
9. «

   Кто бы видел, как мы с ней прощались. На её лице кипели слезы. На вокзале дискантом кричали маленькие злые паровозы. Шла узкоколейная дорога к берегу песчаному разлуки. Вы меня касались так немного, жалобно протянутые руки. Всколыхнулись шрамами царапин, я их знаю, это наши шрамы. ... Я стою, оставленный, на трапе, молча счастья взвешиваю граммы! Мало! Как цветов на Антарктиде... Женщина уходит при народе, женщина уходит, посмотрите... Женщина уходит и уходит.

   Кто бы видел, как мы с ней прощались. На её лице кипели слезы. На вокзале дискантом кричали маленькие злые паровозы. Шла узкоколейная дорога к берегу песчаному разлуки. Вы меня касались так немного, жалобно протянутые руки. Всколыхнулись шрамами царапин, я их знаю, это наши шрамы. ... Я стою, оставленный, на трапе, молча счастья взвешиваю граммы! Мало! Как цветов на Антарктиде... Женщина уходит при народе, женщина уходит, посмотрите... Женщина уходит и уходит.

   — Глеб Яковлевич Горбовский
10. «

    Не поворотишь время вспять, грядущее — всегда расплата! Я ведь ни в чем не виноват - и ты ни в чем не виновата.

    Не поворотишь время вспять, грядущее — всегда расплата! Я ведь ни в чем не виноват - и ты ни в чем не виновата.

    — Иван Переверзин
11. «

    Та встреча не чета простой удаче, Была любовь, и было все иначе!

    Та встреча не чета простой удаче, Была любовь, и было все иначе!

    — Д'Артаньян · фильм
12. «

    Единственное, что я мог сделать, чтобы пережить разлуку, это полностью исчезнуть из твоей жизни. Ты была бы несчастлива здесь со мной. Я не был бы счастлив там. Мы с тобой из разделённого мира...

    Единственное, что я мог сделать, чтобы пережить разлуку, это полностью исчезнуть из твоей жизни. Ты была бы несчастлива здесь со мной. Я не был бы счастлив там. Мы с тобой из разделённого мира...

    — Януш Леон Вишневский · книга
13. «

    Ваган не написал ей ни одного письма. Вести от него приносили странники: цыгане, торговцы, циркачи, бродяги и собиратели сказок. Ваган каждому встречному путнику говорил: «Передайте Майре, что она моё солнце. Я даже вдалеке греюсь её лучами». Слова как монеты переходили от одного к другому, иногда попадали к скупцам, которые прятали их под землю. «Скажите Майре, что она всегда будет моим Захиром, моей Психеей и моим Сфинксом». Когда кончились деньги, Ваган отрывал позолоченные пуговицы от мундира и вместе с посланием жене отдавал скитальцам. В каждом оазисе женщины пустыни пришивали ему новые пуговицы ― погонщики караванов срезали их с покойников и горстями приносили в оазис. Бедуинки оставляли себе те, что с блестящими камешками. Остальные ― с орлами, звёздами, клятвами — пришивали на кафтаны гостей, пока те в мужских шатрах расплачивались за ночлег историями и новостями.

    Ваган не написал ей ни одного письма. Вести от него приносили странники: цыгане, торговцы, циркачи, бродяги и собиратели сказок. Ваган каждому встречному путнику говорил: «Передайте Майре, что она моё солнце. Я даже вдалеке греюсь её лучами». Слова как монеты переходили от одного к другому, иногда попадали к скупцам, которые прятали их под землю. «Скажите Майре, что она всегда будет моим Захиром, моей Психеей и моим Сфинксом». Когда кончились деньги, Ваган отрывал позолоченные пуговицы от мундира и вместе с посланием жене отдавал скитальцам. В каждом оазисе женщины пустыни пришивали ему новые пуговицы ― погонщики караванов срезали их с покойников и горстями приносили в оазис. Бедуинки оставляли себе те, что с блестящими камешками. Остальные ― с орлами, звёздами, клятвами — пришивали на кафтаны гостей, пока те в мужских шатрах расплачивались за ночлег историями и новостями.

    — Сказки для беспокойных · книга
14. «

    Если довелось влюбиться, будь готов к печали от разлук.

    Если довелось влюбиться, будь готов к печали от разлук.

    — Султан Сулейман I Великолепный · сериал
15. «

    Мы вместе умирали много раз перед рассветом. Я вспоминаю, что запомнил — имя, губы и смех в глазах, воздушность платья, лето... И сладкое тепло её груди, и это расстоянье меж сосков, измеренное сотней долгих поцелуев, а меж зрачков — биенье сердца и две слезы. Я так люблю её. До самой глубины глубин. И до последних взмахов крыла над пропастью, когда душа и плоть едины. И плоть уже не плоть. И не душа — душа. Жизнь так нелепа без любви. Я понял это. И я люблю ее жестокость, нежность... И чистоту! Той ночи не хватает. Пусто. А голос скрипки летит ко мне сквозь темноту. <...> Вся кровь моя отравлена тоской. Повсюду хмурый сумрак. Бессонница прокурена насквозь. Печальная постель. И я теперь другой... И вот я снова заставляю руку писать и спорить с тишиной.

    Мы вместе умирали много раз перед рассветом. Я вспоминаю, что запомнил — имя, губы и смех в глазах, воздушность платья, лето... И сладкое тепло её груди, и это расстоянье меж сосков, измеренное сотней долгих поцелуев, а меж зрачков — биенье сердца и две слезы. Я так люблю её. До самой глубины глубин. И до последних взмахов крыла над пропастью, когда душа и плоть едины. И плоть уже не плоть. И не душа — душа. Жизнь так нелепа без любви. Я понял это. И я люблю ее жестокость, нежность... И чистоту! Той ночи не хватает. Пусто. А голос скрипки летит ко мне сквозь темноту. <...> Вся кровь моя отравлена тоской. Повсюду хмурый сумрак. Бессонница прокурена насквозь. Печальная постель. И я теперь другой... И вот я снова заставляю руку писать и спорить с тишиной.

    — Хайме Сабинес
16. «

    Тихонько белый снег кружится, Стучась в моё окно. Как нежен шёпот мыслей О той, что далеко.

    Тихонько белый снег кружится, Стучась в моё окно. Как нежен шёпот мыслей О той, что далеко.
17. «

    Мне очень нужен твой голос...

    Мне очень нужен твой голос...
18. «

    Каждая встреча — начало разлуки.

    Каждая встреча — начало разлуки.

    — Японские пословицы и поговорки
19. «

    А те, с кем разошлись, научили нас любить и не изменять голосу сердца. Важно, чтобы это понимание процедилось сквозь горечь, обиду, желание мести.

    А те, с кем разошлись, научили нас любить и не изменять голосу сердца. Важно, чтобы это понимание процедилось сквозь горечь, обиду, желание мести.

    — Эльчин Сафарли · книга
20. «

    Те, что на фотоснимке целуются, Так похожи на нас, пока еще...

    Те, что на фотоснимке целуются, Так похожи на нас, пока еще...