97 глубоких цитат про «размышления»

Тема «размышления» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 97 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   От спокойного размышления толку гораздо больше, чем от порывов отчаяния.

   От спокойного размышления толку гораздо больше, чем от порывов отчаяния.

   — Франц Кафка · книга
2. «

   Вот этот стул мне напоминает нашу жизнь. Мы тоже плывём по течению. Нас топят, мы выплываем. Хотя, кажется, никого этим не радуем.

   Вот этот стул мне напоминает нашу жизнь. Мы тоже плывём по течению. Нас топят, мы выплываем. Хотя, кажется, никого этим не радуем.

   — Остап Бендер · фильм
3. «

   Больше всего люблю просто думать, как можно глубже. Свободные мысли в чистом виде. И все. Хотя думать свободные мысли в чистом виде — это в каком-то смысле все равно что создавать пустоту...

   Больше всего люблю просто думать, как можно глубже. Свободные мысли в чистом виде. И все. Хотя думать свободные мысли в чистом виде — это в каком-то смысле все равно что создавать пустоту...

   — Харуки Мураками · книга
4. «

   Тот, кто учится, не размышляя, впадает в заблуждение. Тот, кто размышляет, не желая учиться, окажется в затруднении.

   Тот, кто учится, не размышляя, впадает в заблуждение. Тот, кто размышляет, не желая учиться, окажется в затруднении.

   — Хун Цзычен
5. «

   И вроде ещё здесь, но куда все делись. И вроде ещё жив, но вороны уже слетелись.

   И вроде ещё здесь, но куда все делись. И вроде ещё жив, но вороны уже слетелись.
6. «

   О том поразмыслив, что ждет впереди, Цель выбрав благую, к ней прямо иди.

   О том поразмыслив, что ждет впереди, Цель выбрав благую, к ней прямо иди.

   — Абулькасим Фирдоуси
7. «

   Побудь один в каком-нибудь другом месте. Мне нужно поразмыслить и я предпочту это делать рядом с дорогим вином.

   Побудь один в каком-нибудь другом месте. Мне нужно поразмыслить и я предпочту это делать рядом с дорогим вином.

   — Ребекка Майклсон · сериал
8. «

   Разве не правда, что мы начинаем свою жизнь под родительским кровом верящими во все на свете милыми детьми? Потом наступает День потерявших веру, когда понимаешь, что ты жалок, несчастен, беден, слеп и гол и, словно вселяющий ужас, убитый горем призрак, с содроганием продираешься сквозь нескончаемый кошмар этой жизни.

   Разве не правда, что мы начинаем свою жизнь под родительским кровом верящими во все на свете милыми детьми? Потом наступает День потерявших веру, когда понимаешь, что ты жалок, несчастен, беден, слеп и гол и, словно вселяющий ужас, убитый горем призрак, с содроганием продираешься сквозь нескончаемый кошмар этой жизни.

   — Джек Керуак · книга
9. «

   Будь моя воля, я бы только размышлял. Лишь размышления делают нас свободными. Только вот на нас начинает давить какая-то неведомая сила, жизнь усложняется, и свобода исчезает. Уверен, когда я был ребенком, я мог себе позволить размышлять гораздо больше. Видимо, все люди с возрастом превращаются в дураков.

   Будь моя воля, я бы только размышлял. Лишь размышления делают нас свободными. Только вот на нас начинает давить какая-то неведомая сила, жизнь усложняется, и свобода исчезает. Уверен, когда я был ребенком, я мог себе позволить размышлять гораздо больше. Видимо, все люди с возрастом превращаются в дураков.

   — Сохэй Сайкава · аниме
10. «

    Слепа человеческая вера в чудо, слепа, наивна и дремуча. Но пока толпы фанатично настроенных, от скуки сходящих с ума людей складывают консервы в пыльные чуланы, чудо всё же происходит. Оно в этом бледном небе, в хищно изогнувшихся чёрных ветвях обнажённых деревьев, оно в этих сонных птицах, оно в головокружительном танце снега за окном. Оно в этих смешных людях, оно в нас с тобой. Оно везде.

    Слепа человеческая вера в чудо, слепа, наивна и дремуча. Но пока толпы фанатично настроенных, от скуки сходящих с ума людей складывают консервы в пыльные чуланы, чудо всё же происходит. Оно в этом бледном небе, в хищно изогнувшихся чёрных ветвях обнажённых деревьев, оно в этих сонных птицах, оно в головокружительном танце снега за окном. Оно в этих смешных людях, оно в нас с тобой. Оно везде.

    — Аль Квотион · книга
11. «

    Ежеминутное, преходящее становится радостным и осмысленным только тогда, когда оно проходит сквозь слова. А без этого та радость от настоящего, к которой призывали меня мудрецы, просто невозможна. Все настоящее ничтожно, никчемно, если оно не ведет к словам и если слова не ведут к нему. Только слова как-то оправдывают существование сущего, придают смысл минутному, делают ненастоящее — настоящим, меня — мной.

    Ежеминутное, преходящее становится радостным и осмысленным только тогда, когда оно проходит сквозь слова. А без этого та радость от настоящего, к которой призывали меня мудрецы, просто невозможна. Все настоящее ничтожно, никчемно, если оно не ведет к словам и если слова не ведут к нему. Только слова как-то оправдывают существование сущего, придают смысл минутному, делают ненастоящее — настоящим, меня — мной.

    — Михаил Шишкин · книга
12. «

    Артур: Я думаю, мы все погибнем гораздо раньше. И знаете что? Я не против. Достойная смерть. Нам надо остановить Степного Волка. А Супермена с нами нет. У тебя нет суперсилы — без обид... Этот, возможно, работает на врага. Мы не знаем... Ты — путаешься у меня под ногами... Ух, ты — прекрасна. Ты такая крутая, сильная. Я в курсе, что мы воевали с амазонками, но это было до моего дня рождения... А знаете что? Я не хочу умирать. Я молод, умен, у меня до фига планов. Я так до конца и не смог выбрать — море или суша? И был один всю жизнь. Но быть частью чего-то большего... Возможно, я боюсь, потому что привык... Брюс: Эмм... [указывает взглядом на лассо Гестии на ноге Аквамена] Диана: Это была красивая речь. Артур [обращаясь к Флешу]: Если ты хоть раз заикнешься — я натравлю на тебя пираний. Барри: Я, честно говоря, вообще отключился после фразы «мы все погибнем»!

    Артур: Я думаю, мы все погибнем гораздо раньше. И знаете что? Я не против. Достойная смерть. Нам надо остановить Степного Волка. А Супермена с нами нет. У тебя нет суперсилы — без обид... Этот, возможно, работает на врага. Мы не знаем... Ты — путаешься у меня под ногами... Ух, ты — прекрасна. Ты такая крутая, сильная. Я в курсе, что мы воевали с амазонками, но это было до моего дня рождения... А знаете что? Я не хочу умирать. Я молод, умен, у меня до фига планов. Я так до конца и не смог выбрать — море или суша? И был один всю жизнь. Но быть частью чего-то большего... Возможно, я боюсь, потому что привык... Брюс: Эмм... [указывает взглядом на лассо Гестии на ноге Аквамена] Диана: Это была красивая речь. Артур [обращаясь к Флешу]: Если ты хоть раз заикнешься — я натравлю на тебя пираний. Барри: Я, честно говоря, вообще отключился после фразы «мы все погибнем»!

    — Барри Аллен (Флэш) · фильм
13. «

    Зачем спасать мир живых? Нам, тем, кто уже умер? Чтобы они поняли, что душа самоценна и обрести покой. Любовь никому не нужна, никто ей не нужен. Люди перемалывают сами себя, переваривают сами себя, сгорают, как спички.

    Зачем спасать мир живых? Нам, тем, кто уже умер? Чтобы они поняли, что душа самоценна и обрести покой. Любовь никому не нужна, никто ей не нужен. Люди перемалывают сами себя, переваривают сами себя, сгорают, как спички.

    — Анна Бергстрем · книга
14. «

    Большинство людей моего возраста проводят кучу времени, размышляя о том, что они будут делать в следующие пять или десять лет. Так вот: то время, которое они проводят в этих размышлениях, я провожу за выпивкой.

    Большинство людей моего возраста проводят кучу времени, размышляя о том, что они будут делать в следующие пять или десять лет. Так вот: то время, которое они проводят в этих размышлениях, я провожу за выпивкой.

    — Эми Уайнхаус
15. «

    В первый миг испуга нам лезет в голову всякий вздор, но стоит немного подумать — и все становится на свои места.

    В первый миг испуга нам лезет в голову всякий вздор, но стоит немного подумать — и все становится на свои места.

    — Франц Кафка · книга
16. «

    Талибы могли сжечь наши книги, взорвать школьные здания, но они не могли запретить нам думать.

    Талибы могли сжечь наши книги, взорвать школьные здания, но они не могли запретить нам думать.

    — Малала Юсуфзай · книга
17. «

    Я хочу покончить со всякой работой, хочу побыть самим собой, посмотреть, каково это. Я себя-то почти не знаю. Я ведь оглушенный. Все знаю о других, а о себе совсем мало. Я не знаю, а чувствую только. А чувствую слишком много. Я весь высох. Я хочу, чтобы у меня были целые дни, недели, месяцы только для размышлений. Не так, как сейчас, когда я могу размышлять лишь урывками. А это такое счастье – размышлять.

    Я хочу покончить со всякой работой, хочу побыть самим собой, посмотреть, каково это. Я себя-то почти не знаю. Я ведь оглушенный. Все знаю о других, а о себе совсем мало. Я не знаю, а чувствую только. А чувствую слишком много. Я весь высох. Я хочу, чтобы у меня были целые дни, недели, месяцы только для размышлений. Не так, как сейчас, когда я могу размышлять лишь урывками. А это такое счастье – размышлять.

    — Генри Миллер · книга
18. «

    Я не человек действий. Моей сильной стороной являются размышления — и последующие сожаления.

    Я не человек действий. Моей сильной стороной являются размышления — и последующие сожаления.

    — Роберт Шекли · книга
19. «

    Я мог бы выпить море, я мог бы стать другим - Вечно молодым, вечно пьяным. Я мог бы стать рекою, быть темною водой, Вечно молодым, вечно пьяным. Я мог бы стать скалою, но уже другой... Кто-то молодой, кто-то пьяный Хочет стать рекою, быть темною водой Вечно молодой, вечно пьяный.

    Я мог бы выпить море, я мог бы стать другим - Вечно молодым, вечно пьяным. Я мог бы стать рекою, быть темною водой, Вечно молодым, вечно пьяным. Я мог бы стать скалою, но уже другой... Кто-то молодой, кто-то пьяный Хочет стать рекою, быть темною водой Вечно молодой, вечно пьяный.
20. «

    Рано или поздно в жизни каждого человека наступает момент, когда он задумывается — кто заплачет, когда его не станет?

    Рано или поздно в жизни каждого человека наступает момент, когда он задумывается — кто заплачет, когда его не станет?