39 цитат «Рим» — что говорили умные люди

Тема «Рим» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 39 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   — Мы могли победить, Спартак? Мы вообще могли победить? — Уже сражаясь с ними, мы одержали победу. Стоило одному человеку сказать «не повинуюсь», и Рим задрожал от страха. Нас были десятки тысяч и мы все говорили «нет». В этом тоже была победа — увидеть рабов, поднявших головы. Увидеть, как они встают с колен, расправляют плечи, поют песни. Видеть, как они сбегают с горы, крича, слышать, как они поют на равнинах... — Но теперь они все мертвы...

   — Мы могли победить, Спартак? Мы вообще могли победить? — Уже сражаясь с ними, мы одержали победу. Стоило одному человеку сказать «не повинуюсь», и Рим задрожал от страха. Нас были десятки тысяч и мы все говорили «нет». В этом тоже была победа — увидеть рабов, поднявших головы. Увидеть, как они встают с колен, расправляют плечи, поют песни. Видеть, как они сбегают с горы, крича, слышать, как они поют на равнинах... — Но теперь они все мертвы...

   — Антонин · фильм
2. «

   Наша республика — что-то вроде богатой вдовушки. Большинство римлян любят ее как свою мать, но Красс мечтает жениться на старушке, если говорить вежливо.

   Наша республика — что-то вроде богатой вдовушки. Большинство римлян любят ее как свою мать, но Красс мечтает жениться на старушке, если говорить вежливо.

   — Гракх · фильм
3. «

   — Я выйду замуж и уеду в Феррару, а ты уедешь из Рима и мы больше не увидимся. — Ты уже выходила замуж, а я уезжал из Рима и все же мы стоим лицом к лицу.

   — Я выйду замуж и уеду в Феррару, а ты уедешь из Рима и мы больше не увидимся. — Ты уже выходила замуж, а я уезжал из Рима и все же мы стоим лицом к лицу.

   — Лукреция Борджиа · сериал
4. «

   — Мы взяли Рим. — Славные вести. — Написанные кровью. Путь до курии усыпан трупами... — У тебя не было выбора. — Выбор есть всегда, если готов проиграть.

   — Мы взяли Рим. — Славные вести. — Написанные кровью. Путь до курии усыпан трупами... — У тебя не было выбора. — Выбор есть всегда, если готов проиграть.

   — Козимо де Медичи · сериал
5. «

   Тень Рима огромна и ты умрешь под ней, кусок за куском, под рев толпы.

   Тень Рима огромна и ты умрешь под ней, кусок за куском, под рев толпы.

   — Гай Клавдий Глабр · сериал
6. «

   С помощью богов мы бьёмся за славу Рима. Но что это за слава?

   С помощью богов мы бьёмся за славу Рима. Но что это за слава?

   — Мариус · игра
7. «

   — Римом правит народ, а не вы, почтенная знать. — (в сторону) Римом правят легионеры Помпея, а не мы, почтенная знать.

   — Римом правит народ, а не вы, почтенная знать. — (в сторону) Римом правят легионеры Помпея, а не мы, почтенная знать.

   — Гней Помпей · сериал
8. «

   Пусть будет Рим размыт волнами Тибра! Пусть рухнет свод воздвигнутой державы! Мой дом отныне здесь. Все царства — прах. Земля — навоз; равно дает он пищу Скотам и людям. Но величье жизни — в любви.

   Пусть будет Рим размыт волнами Тибра! Пусть рухнет свод воздвигнутой державы! Мой дом отныне здесь. Все царства — прах. Земля — навоз; равно дает он пищу Скотам и людям. Но величье жизни — в любви.

   — Уильям Шекспир · книга
9. «

   — Говорят, ты и сам будто бы знатного рода. — Я был рожден рабыней и рабом. — Я так и подумал, когда увидел, что ты не умеешь читать. Но римлянам очень льстит твое благородное происхождение, это тешит их спесь. Они не выдержали бы мысли, что сражаются против раба, особенно Красс.

   — Говорят, ты и сам будто бы знатного рода. — Я был рожден рабыней и рабом. — Я так и подумал, когда увидел, что ты не умеешь читать. Но римлянам очень льстит твое благородное происхождение, это тешит их спесь. Они не выдержали бы мысли, что сражаются против раба, особенно Красс.

   — Тигран Левант · фильм
10. «

    Высока была цивилизация Рима. Его законы, его гений не умерли и сейчас, его военное искусство и система и теперь еще возбуждают удивление, его великолепные, грандиозные здания, развалины которых уцелели местами, служат образцами красоты строительного искусства, а между тем этот самый Рим не знал ни жалости, ни сострадания. В числе великолепных и величественных его развалин мы не видим ни одного госпиталя или богодельни, приюта для престарелых и сирот. Эти человеческие чувства были совершенно незнакомы народу Рима, находившему удовольствие, забаву и наслаждение в муках и страданиях подобных им людей. Царь Агриппа по мыслям и понятиям, по вкусам и привычкам был настоящий римлянин. Рим был его идеалом, а идеалы Рима были его идеалами!

    Высока была цивилизация Рима. Его законы, его гений не умерли и сейчас, его военное искусство и система и теперь еще возбуждают удивление, его великолепные, грандиозные здания, развалины которых уцелели местами, служат образцами красоты строительного искусства, а между тем этот самый Рим не знал ни жалости, ни сострадания. В числе великолепных и величественных его развалин мы не видим ни одного госпиталя или богодельни, приюта для престарелых и сирот. Эти человеческие чувства были совершенно незнакомы народу Рима, находившему удовольствие, забаву и наслаждение в муках и страданиях подобных им людей. Царь Агриппа по мыслям и понятиям, по вкусам и привычкам был настоящий римлянин. Рим был его идеалом, а идеалы Рима были его идеалами!

    — Генри Райдер Хаггард · книга
11. «

    Войны, победы, мирные соглашения сопровождались не только заключением военно-политических союзов, но также и религиозными компромиссами римлян с богами и культами других народов. Из новых союзных земель в столичный город переселялись люди, а вместе с ними и их боги.

    Войны, победы, мирные соглашения сопровождались не только заключением военно-политических союзов, но также и религиозными компромиссами римлян с богами и культами других народов. Из новых союзных земель в столичный город переселялись люди, а вместе с ними и их боги.

    — Игорь Николаевич Яблоков · книга
12. «

    Излишества погубили Римскую империю. Вот, к примеру, кондиционеры. Из-за кондиционеров окна были закрыты; никто не услышал, как приближаются варвары.

    Излишества погубили Римскую империю. Вот, к примеру, кондиционеры. Из-за кондиционеров окна были закрыты; никто не услышал, как приближаются варвары.

    — Гаррисон Кейллор
13. «

    О, Рим! Ты поистине единый, вечный.

    О, Рим! Ты поистине единый, вечный.

    — Джузеппе Гарибальди
14. «

    Недовольство иноземным владычеством, разочарования, вызванные подавлением антиримских восстаний, нарастание социального и имущественного расслоения порождали настроение неуверенности, апатии, бесперспективности. Империя систематически грабила покоренные народы посредством налогов (римляне от налогов были освобождены). Поборы вызывали протест. В Палестине появляется большое количество бродячих проповедников, возвещавших скорый приход спасителя, мессии, который спасет народ.

    Недовольство иноземным владычеством, разочарования, вызванные подавлением антиримских восстаний, нарастание социального и имущественного расслоения порождали настроение неуверенности, апатии, бесперспективности. Империя систематически грабила покоренные народы посредством налогов (римляне от налогов были освобождены). Поборы вызывали протест. В Палестине появляется большое количество бродячих проповедников, возвещавших скорый приход спасителя, мессии, который спасет народ.

    — Игорь Николаевич Яблоков · книга
15. «

    Правила поведения за рулём в Риме простые: никогда не оглядывайся, никогда не смотри по сторонам и, главное, ни в коем случае не медли — просто жми на газ и молись.

    Правила поведения за рулём в Риме простые: никогда не оглядывайся, никогда не смотри по сторонам и, главное, ни в коем случае не медли — просто жми на газ и молись.

    — Майкл Такер · книга
16. «

    В Риме даже земляная пыль — историческая ценность!

    В Риме даже земляная пыль — историческая ценность!
17. «

    Колокольный звон над Римом кажется неутомимым, - все неистовей прилив волн, идущих на прорыв. Но внезапно миг настанет. Он иссякнет, он устанет, остановится, остынет, как вода, куда-то схлынет, и откатится куда-то гул последнего раската, - в землю или в небеса?

    Колокольный звон над Римом кажется неутомимым, - все неистовей прилив волн, идущих на прорыв. Но внезапно миг настанет. Он иссякнет, он устанет, остановится, остынет, как вода, куда-то схлынет, и откатится куда-то гул последнего раската, - в землю или в небеса?

    — Маргарита Иосифовна Алигер
18. «

    Императорский период в истории древнеримской религии (31 г. до н.э. — 476г. н. э.) был ознаменован прежде всего появлением культа императора, обожествлением политических деятелей, военачальников и других отличившихся людей. Одним их первых был официально деифицирован после смерти Цезарь. Его преемник, император Август уже при жизни удостоился божественных почестей. Начиная с Августа, культ императора становится стержнем государственной религии.

    Императорский период в истории древнеримской религии (31 г. до н.э. — 476г. н. э.) был ознаменован прежде всего появлением культа императора, обожествлением политических деятелей, военачальников и других отличившихся людей. Одним их первых был официально деифицирован после смерти Цезарь. Его преемник, император Август уже при жизни удостоился божественных почестей. Начиная с Августа, культ императора становится стержнем государственной религии.

    — Игорь Николаевич Яблоков · книга
19. «

    Ручаться можно лишь за одно в мире — за мощь великого кесаря.

    Ручаться можно лишь за одно в мире — за мощь великого кесаря.

    — Борис Соколов · книга
20. «

    Римская религия не только не поощряет набожности, но можно даже сказать относится к ней отрицательно. Римский народ создан был для действования; мечтательность, мистическое созерцание были ему чужды и подозрительны. Он больше всего чтит спокойствие, порядок и точность; все, возбуждает и смущает душу, ему не нравится.

    Римская религия не только не поощряет набожности, но можно даже сказать относится к ней отрицательно. Римский народ создан был для действования; мечтательность, мистическое созерцание были ему чужды и подозрительны. Он больше всего чтит спокойствие, порядок и точность; все, возбуждает и смущает душу, ему не нравится.

    — Борис Соколов · книга